-->

История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2, Святополк-Мирский (Мирский) Дмитрий Петрович-- . Жанр: Литературоведение / Культурология / Прочая старинная литература. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bazaknig.info.
История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2
Название: История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2
Дата добавления: 15 январь 2020
Количество просмотров: 131
Читать онлайн

История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2 читать книгу онлайн

История русской литературы с древнейших времен по 1925 год. Том 2 - читать бесплатно онлайн , автор Святополк-Мирский (Мирский) Дмитрий Петрович

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский История русской литературы с древнейших времен по 1925 год История русской литературы с древнейших времен по 1925 г.В 1925 г. впервые вышла в свет «История русской литературы», написанная по-английски. Автор — русский литературовед, литературный критик, публицист, князь Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890—1939). С тех пор «История русской литературы» выдержала не одно издание, была переведена на многие европейские языки и до сих пор не утратила своей популярности. Что позволило автору составить подобный труд? Возможно, обучение на факультетах восточных языков и классической филологии Петербургского университета; или встречи на «Башне» Вячеслава Иванова, знакомство с плеядой «серебряного века» — О. Мандельштамом, М. Цветаевой, А. Ахматовой, Н. Гумилевым; или собственные поэтические пробы, в которых Н. Гумилев увидел «отточенные и полнозвучные строфы»; или чтение курса русской литературы в Королевском колледже Лондонского университета в 20-х годах... Несомненно одно: Мирский являлся не только почитателем, но и блестящим знатоком предмета своего исследования. Книга написана простым и ясным языком, блистательно переведена, и недаром скупой на похвалы Владимир Набоков считал ее лучшей историей русской литературы на любом языке, включая русский. Комментарии Понемногу издаются в России важнейшие труды литературоведов эмиграции. Вышла достойным тиражом (первое на русском языке издание 2001 года был напечатано в количестве 600 экз.) одна из главных книг «красного князя» Дмитрия Святополк-Мирского «История русской литературы». Судьба автора заслуживает отдельной книги. Породистый аристократ «из Рюриковичей», белый офицер и убежденный монархист, он в эмиграции вступил в английскую компартию, а вначале 30-х вернулся в СССР. Жизнь князя-репатрианта в «советском раю» продлилась недолго: в 37-м он был осужден как «враг народа» и сгинул в лагере где-то под Магаданом. Некоторые его работы уже переизданы в России. Особенность «Истории русской литературы» в том, что она писалась по-английски и для англоязычной аудитории. Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.). Николай Акмейчук Русская литература, как и сама православная Русь, существует уже более тысячелетия. Но любознательному российскому читателю, пожелавшему пообстоятельней познакомиться с историей этой литературы во всей ее полноте, придется столкнуться с немалыми трудностями. Школьная программа ограничивается именами классиков, вузовские учебники как правило, охватывают только отдельные периоды этой истории. Многотомные академические издания советского периода рассчитаны на специалистов, да и «призма соцреализма» дает в них достаточно тенденциозную картину (с разделением авторов на прогрессивных и реакционных), ныне уже мало кому интересную. Таким образом, в России до последнего времени не существовало книг, дающих цельный и непредвзятый взгляд на указанный предмет и рассчитанных, вместе с тем, на массового читателя. Зарубежным любителям русской литературы повезло больше. Еще в 20-х годах XIX века в Лондоне вышел капитальный труд, состоящий из двух книг: «История русской литературы с древнейших времен до смерти Достоевского» и «Современная русская литература», написанный на английском языке и принадлежащий перу… известного русского литературоведа князя Дмитрия Петровича Святополка-Мирского. Под словом «современная» имелось в виду – по 1925 год включительно. Книги эти со временем разошлись по миру, были переведены на многие языки, но русский среди них не значился до 90-х годов прошлого века. Причиной тому – и необычная биография автора книги, да и само ее содержание. Литературоведческих трудов, дающих сравнительную оценку стилистики таких литераторов, как В.И.Ленин и Л.Д.Троцкий, еще недавно у нас публиковать было не принято, как не принято было критиковать великого Л.Толстого за «невыносимую абстрактность» образа Платона Каратаева в «Войне и мире». И вообще, «честный субъективизм» Д.Мирского (а по выражению Н. Эйдельмана, это и есть объективность) дает возможность читателю, с одной стороны, представить себе все многообразие жанров, течений и стилей русской литературы, все богатство имен, а с другой стороны – охватить это в едином контексте ее многовековой истории. По словам зарубежного биографа Мирского Джеральда Смита, «русская литература предстает на страницах Мирского без розового флера, со всеми зазубринами и случайными огрехами, и величия ей от этого не убавляется, оно лишь прирастает подлинностью». Там же приводится мнение об этой книге Владимира Набокова, известного своей исключительной скупостью на похвалы, как о «лучшей истории русской литературы на любом языке, включая русский». По мнению многих специалистов, она не утратила своей ценности и уникальной свежести по сей день. Дополнительный интерес к книге придает судьба ее автора. Она во многом отражает то, что произошло с русской литературой после 1925 года. Потомок древнего княжеского рода, родившийся в семье видного царского сановника в 1890 году, он был поэтом-символистом в период серебряного века, белогвардейцем во время гражданской войны, известным литературоведом и общественным деятелем послереволюционной русской эмиграции. Но живя в Англии, он увлекся социалистическим идеями, вступил в компартию и в переписку с М.Горьким, и по призыву последнего в 1932 году вернулся в Советский Союз. Какое-то время Мирский был обласкан властями и являлся желанным гостем тогдашних литературных и светских «тусовок» в качестве «красного князя», но после смерти Горького, разделил участь многих своих коллег, попав в 1937 году на Колыму, где и умер в 1939.«Когда-нибудь в будущем, может, даже в его собственной стране, – писал Джеральд Смит, – найдут способ почтить память Мирского достойным образом». Видимо, такое время пришло. Лучшим, самым достойным памятником Д.П.Мирскому служила и служит его превосходная книга. Нелли Закусина "Впервые для массового читателя – малоизвестный у нас (но высоко ценившийся специалистами, в частности, Набоковым) труд Д. П. Святополк-Мирского". Сергей Костырко. «Новый мир» «Поздней ласточкой, по сравнению с первыми "перестроечными", русского литературного зарубежья можно назвать "Историю литературы" Д. С.-Мирского, изданную щедрым на неожиданности издательством "Свиньин и сыновья"». Ефрем Подбельский. «Сибирские огни» "Текст читается запоем, по ходу чтения его без конца хочется цитировать вслух домашним и конспектировать не для того, чтобы запомнить, многие пассажи запоминаются сами, как талантливые стихи, но для того, чтобы еще и еще полюбоваться умными и сочными авторскими определениями и характеристиками". В. Н. Распопин. Сайт «Book-о-лики» "Это внятный, добротный, без цензурных пропусков курс отечественной словесности. Мирский не только рассказывает о писателях, но и предлагает собственные концепции развития литпроцесса (связь литературы и русской цивилизации и др.)". Николай Акмейчук. «Книжное обозрение» "Книга, издававшаяся в Англии, написана князем Святополк-Мирским. Вот она – перед вами. Если вы хотя бы немного интересуетесь русской литературой – лучшего чтения вам не найти!" Обзор. «Книжная витрина» "Одно из самых замечательных переводных изданий последнего времени". Обзор. Журнал «Знамя» Источник: http://www.isvis.ru/mirskiy_book.htm === Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890-1939) ===

Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала

Перейти на страницу:

великий Островский, который между 1850 и 1886 (год его смерти) годами мог

бы сказать: «Русская драма – это я». Театрами, лучше всего воплощавшими

идеалы бытового реализма, были императорские драматические театры обеих

столиц, особенно Малый театр в Москве. И актеры, и авторы того времени

сосредоточивали внимание исключительно на типах и нравах. Драматическое

построение было в загоне, и все его традиционные аспекты, всякая

«скрибовщина» и всякий «сардуизм» (от имени Сарду, французского

драматурга) тщательно избегались. Остров ский, чрезвычайно плодовитый

автор, не оставил достойных преемников. Все драматурги, следовавшие за ним,

не поднимались выше второго разряда, и к концу века русская драматургия

пришла в состояние застоя, хотя на сцене продолжали появляться

первоклассные бытовые актеры и поток бытовых пьес не истощался. Самыми

популярными драматургами этой школы были Н. Я. Соловьев (1845–1898),

который имел честь сотрудничать с самим Островским в нескольких пьесах;

Виктор Крылов (1838–1906), многолетний заведующий репертуаром

Петербургского императорского театра; романист Потапенко; и Виктор Рыжков,

творчество которого пришлось уже на первые годы двадцатого века.

Первую революцию в русской драматургии произвели пьесы Чехова и

основание Московского Художественного театра К. С. Станиславским

(Алексеевым) и Владимиром Немировичем-Данченко. Постановка Чайки этой

труппой ознаменовала начало новой эпохи. Принципом Стани славского был

реализм a outrance (беспощадный). Театр был двойником Мейнингенской

труппы и театра Антуан. Всякая «театральность» и условность безжалостно

изгонялись со сцены; в поисках реализма доходили до того, что иной раз за -

ставляли актеров говорить, повернувшись спиной к публике, и заменяли

традиционную трапецию сценической комнаты на «реалистические» комнаты с

прямыми углами. В этом смысле Станиславский только продолжил и

преувеличил старую традицию. Истинным его нововведением было полное

подчинение актера постановщику и сурово навязываемое равенство актеров

между собой. Это была труппа из одних звезд, или, вернее, труппа без звезд.

Система эта великолепно подходила для чеховских пьес, которые тоже убирают

«героя» и доводят реализм до упразднения всякого сюжета, превращая пьесу в

серию «кусков жизни». Другой характерной чертой чеховской драматургии был

перенос главного интереса с социальных фактов – типов и нравов – на

эмоциональные факты: психологию и атмосферу. В главе, посвященной Чехову,

я достаточно останавливался на его пьесах, а в главах о Горьком и Андрееве

указал на печальные результаты, к которым подражание Чехову привело. Не

драматичная, психологическая и ультрареалистическая школа Чехова сохранила

193

господство только на короткое время. Это был слишком очевидный тупик, и

совершенство, достигнутое идеальным соответствием актера и драматурга в

чеховских постановках Станиславского, было бесплодное совершенство: у него

не было завтрашнего дня. Попытка влить в чеховские формы социальное

значение не принесла плодов, несмотря на огромный успех пьесы На дне и

Детей Ванюшина, проблемной пьесы С. Найденова (1868–1922). К 1910 г.

чеховский реализм (но, конечно, речь не о самих чеховских пьесах) был

мертвее, чем старый реализм Островского.

Новый тип реализма возник в пьесах Арцыбашева, который (под

некоторым влиянием Стриндберга) попытал свои силы в психологиче ской

проблемной драме и сумел написать несколько довольно грубых, но вполне

игровых пьес. В другом направлении пошел Илья Сургучев, возродивший

обычную психологическую драму XIX века. В 1914 г. немалый успех имели его

Осенние скрипки, хорошо выстроенная психологическая драма на старинную

тему – любовное соперничество между женщиной средних лет и молоденькой

девушкой. Она традиционна по архитектуре, но полна чеховских «атмосферных

деталей» (и сценических ремарок), и конец у нее типично чехов ский,

«размытый». В это же самое время А.Н. Толстой писал свои легкомысленные,

откровенно мелодраматические пьесы, где при слабой конструкции было много

действия. Но всего этого было недостаточно, чтобы вдохнуть в реалистическую

драму новую жизнь и возродить драматургиче скую манеру письма. Реализм был

обречен. Задолго до 1914 г. Станиславский перешел от ультра-реализма к новой

условности а la Гордон Крейг. Мейерхольд в 1906 г. создал совершенно

нереалистический театр и начал свой путь к еще более «подрывающей основы»,

чисто зрелищной и антилитературной режиссуре.

Первой антиреалистической порослью стали символистские и

метафизические драмы в традиционной постановке. Символистские драмы

Андреева (которые в 1906–1907 гг. не сходили со сцены), помимо того, что это

посредственная литература, на сцене очень скучны. Это просто

диалогизированные молебствия, написанные плохой прозой. Более поздняя

андреевская манера, такая же плохая литературно, с драматургической точки

зрения гораздо лучше, и Тот, кто получает пощечины могла бы положить

начало развитию грубой народной мелодрамы с метафизическими претензиями.

Но этого не произошло.

Настоящие символисты тоже не преуспели в создании собственной

драматургии, да и не очень старались. Драмы Сологуба, как и драмы Гуго фон

Гофмансталя, просто сборники лирической декламации, которые надо судить по

поэтическому значению отдельных пассажей. Значительно важнее и

перспективнее были опыты Блока в этом направлении. Балаганчик (1906) и

Незнакомка (1907) – шедевры романтической иронии в традиции Тика и Гоцци

и, будучи поставлены, оказались прекрасными спектаклями. Роза и крест

(1913) – первоклассная романтическая трагедия, но все-таки пьесы Блока – это

прежде всего поэзия и уже попутно – драма. Тем не менее они остаются

единственным достижением русской поэтической драмы последнего времени.

Символисты пытались возродить настоящую трагедию. Но темные и

перегруженные украшениями трагедии Вячеслава Иванова – всего лишь

разросшиеся хоровые оды. Младшие символисты и постсимволисты обратились

к Корнелю и Расину вместо слишком далеких афинян. Гумилев и Николай

Владимирович Недоброво (1883–1919, тонкий критик и теоретик уходящего

символизма) писали неоклассические трагедии. Обе трагедии, Гондла Гумилева

(1917, написана рифмованным анапестом) и Юдифь Недоброво (издана

посмертно, написана александрийским стихом) замечательны более по

194

намерению, чем по исполнению. Однако обе имеют достоинства – подлинно

героический дух и благородная нагота рисунка.

Тесно связано с символизмом творчество и идеи Николая Николаевича

Евреинова (род. 1879), режиссера и драматурга. Его мысли о театре как великой

религиозной и утешительной силе, истинном воплощении Божества, породили

лозунг «театрализации жизни» – превращения жизни в вечную радость и

преображение ее бедности веселым вином драматического искусства. Всего

характернее эта мысль выражена в комедии Евреинова Главная вещь, где

символический Параклет (Утешитель), появляясь в самых неожиданных и

разных масках, приносит веселье и радость жизни подавленным и унылым

обитателям пошлого и скучного пансионата, заставив их «играть в жизни, как

на сцене» и жить иллюзиями. Влияние Евреинова на сценическое искусство

миновало, и, в общем, он стоит вне основного направления.

Самые представительные люди этого главного направления – Мейерхольд позднего

периода и Таиров. Цель направления – «разлитературить» сцену; насколько это возможно,

Перейти на страницу:
Комментариев (0)
название