Воскрешение Латунина

Но тут не тот вариант. Даже если предположить, что Латунин не умер тридцать шесть лет назад… Невероятно, конечно… Но даже в этом случае ему сейчас должно было бы быть за сто лет, а этому, судя по медицинским данным, немногим за шестьдесят. К тому же Латунин был смертельно болен, а этот вполне здоров. Я предположил, что он – родственник, ну, скажем, незаконный сын или внук. Мы проверили – нет, все потомки Латунина на месте. К тому же, исключительное сходство, память о тех людях, которых знал настоящий Латунин, привычки, голос…

– Ясно, – перебил Возгривин. – Значит, личность установить не удалось. Прискорбно, майор! Продолжайте.

– Тогда я решил идти другим путем и доказать по крайней мере, что этот человек – не Латунин…

К сожалению, как стало ясно из дальнейшего, и в этом случае майору не сопутствовала удача. Прежде всего, он попытался сверить почерки, но если образцов почерка Латунина №1 было предостаточно, то нынешний Латунин не написал пока ни строчки, не считая пометок синим карандашом на книгах, а все документы диктовал специально приставленному секретарю. С отпечатками пальцев ситуация была обратная: отпечатки нынешнего Латунина были получены быстро, но сравнивать оказалось не с чем, ибо по понятным причинам в картотеках соответствующих учреждений «пальцы» великого вождя отсутствовали. Осмотр бумаг на предмет поиска сальных или чернильных отпечатков пальцев покойного диктатора не дал результатов. Оставались менее надежные способы: экспертиза голоса и расстояние между зрачками, но фонограммы Латунина, как и фотографии, были выполнены много лет назад, что создавало трудности и не давало необходимой точности.

– Да, – подытожил Возгривин. – Вот так и стоим на месте. Эх, хотя бы один надежный отпечаток пальца настоящего Латунина!

– Постойте! – встрепенулся Николай Иванович. – Я, кажется, могу вам помочь.

Товарищ Возгривин и майор при этих словах застыли и обратились в слух.

– В журнале «Уголек» было написано… Да, точно, в февральском номере… Однажды один приближенный Латунина сболтнул в узком кругу, что не будет давать вождю книги из личной библиотеки, поскольку тот возвращает их грязными, с сальными отпечатками пальцев. Наверное, за обедом читал… Латунину эти слова передали, и был большой шум. Так я думаю…

– Эх, Николай Иванович, – вздохнул Возгривин, – где теперь эти книги искать? Все соратники поумирали, книги рассеялись, это на несколько месяцев работы. Да и то вряд ли.

– Почему? – удивился Премьер. – Этот жив. Я его встречал недавно. Да и тебе он знаком…

– Неужели Зундулович? – ахнул Возгривин. – Ах, черт! Майор, поезжайте по адресу…

– Я знаю адрес, товарищ Возгривин, – перебил Гребнев. – Это же Дом на Набережной, где Рипкин живет.

– Ну, спасибо, Николай, за идею! – улыбнулся товарищ Возгривин. – Как я сам не догадался? Впрочем, я «Уголек» не читаю. Думал даже прикрыть его, грешным делом, но если это подтвердится… Пусть тогда он хоть каждый день на меня карикатуры публикует!..

Домой Премьер возвращался уже