Воскрешение Латунина

ы, успевшие разочароваться во всем и вся. Теперь они несли транспаранты, на которых красовались наскоро написанные лозунги: «Да здравствует Латунин, наш отец и Учитель!», «С Латуниным – к порядку!», «Смерть диссидентам!», «Латунина – в Главный Совет!» Во главе одной из колонн шел, заботливо поддерживаемый под руки, товарищ Зундулович, надевший по этому случаю все свои награды.

«Ла-ту-нин! Ла-ту-нин! О-тец!» – скандировали тысячи голосов.

– Ничего, скоро успокоятся, – сказал товарищ Ермолаев Возгривину. – Это затмение ненадолго, шок своего рода. Надо будет устроить показательный суд над этими жуликами…

– Обязательно, – кивнул тот. – Без вождя они быстро остынут.

– «Ла-ту-ни-на! Ла-ту-ни-на! Ла-ту-ни-на! – скандировала толпа. Внезапно в ее центре возникло какое-то подобие водоворота, а затем десятки рук подняли над толпой знакомую всем фигуру в полувоенном френче с густыми рыжеватыми усами и с неизменной трубкой.

– О, господи! – ахнул Андрей Гаврилович. – Это-то кто?

– Выясним! – зло проговорил сбитый с толку Возгривин, – обязательно выясним! Ну, я ему покажу!

– Ему-то покажешь, – вмешался молчавший до этого товарищ Мишутин. – А им? Посмотри на них!

Фигура во френче сделала едва заметный жест рукой, и площадь мгновенно стихла. Кто-то заботливо подсунул неизвестному мегафон.

– Братья и сестры! – разнесся над толпой гортанный голос. – Дорогие соотечественники! Вы ждали меня? Я пришел! Я снова со своим народом, и теперь мы будем всегда вместе во имя нашего светлого будущего!

Вся площадь ответила дружным ревом: «Отец! Отец! Ла-ту-нин! Ла-ту-нин с нами!»

– Сергей! – шепнул Возгривин товарищу Мишутину. – Дай приказ, я эту публику вычищу за пять минут!

– Поздно, – тихо проговорил Мишутин, не отрывая глаз от площади. – Поздно! ОН уже воскрес…