В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

«Чудесно, – застонал Снейп про себя. – Теперь она думает, что я дурею от недотраха».

Он кисло поблагодарил Спраут за заботу и перевёл разговор на что-то другое.

История с некро-зеркалом окончательно всё запутала, но обдумать её Северус не успел.

Старший Нотт после разбирательства у директора напросился проведать «родные стены и любимого сына», вытребовал открыть камин в кабинет слизеринского декана и, обаятельно улыбаясь, едва ли не зашвырнул Снейпа в дымоход.

Северус приготовился к Круцио или к чему похлеще. Боевые маги славились неуравновешенностью и всяким отсутствием логики, а Нотт, что ни говори, был первым бойцом магической Британии и никаких оправданий наверняка слушать бы не стал.

Однако, Нотт неторопливо опустился в кресло, задумчиво осмотрел Снейпа с ног до головы и произнёс:

– Подумать только, а ведь мы тебя боялись до судорог. Как же, любимчик Лорда, личный зельевар. Отравитель. Интриган. Самого Малфоя, первую блядь Британии, отучил на сторону смотреть. Мы даже представить боялись, как это у тебя получилось – ведь не красотой же ты его взял. А на деле-то…

– Не припомню, чтобы я претендовал на ваше уважение, – не выдержав, огрызнулся Снейп, ему отчего-то стало страшно обидно.

– Руквуд тоже тебя нахваливал через слово. Мол, гений, уникум и всё такое, – Нотт подпёр щеку рукой и вздохнул: – Это Люций вместо тебя зелья варил? Я не удивлюсь.

– Что. Вам. От меня нужно, – чеканным от бешенства голосом произнёс Снейп. Мало ему отказа из Гильдии, так ещё тупой боевик будет обвинять его в бездарности.

Нотт поднял глаза в потолок, поморщился, почесал в затылке и вдруг стремительно вскочил с кресла. Снейп даже дёрнуться не успел, как психованный боевик взял его за отвороты сюртука и, пристально уставился в глаза:

– Узнаю, что разболтал кому – умирать будешь пару недель, а может, и больше.

Нотт отпустил Снейпа и как ни в чём не бывало опять уселся в кресло.

– Люциус серьёзно ранен, – сказал он, – третьи сутки не приходит в сознание. Если… – Нотт стиснул зубы и стукнул кулаком по подлокотнику. – Когда очнётся, понадобятся зелья. Много.

– Ранен? – не веря, переспросил Снейп. – Где? Почему? Как?

– Откуда я знаю, где и почему, – с досадой выплюнул Нотт. – Очухается, расскажет, и я там выжгу всё на милю вокруг. Очередь из магловского автомата практически в упор. Потроха, позвоночник, лёгкие. И очень сильно посёкся при аппарации – как только целиком не расщепился, ума не приложу.

– Магловский… – просипел Снейп неожиданно севшим голосом. – Что он делал у маглов?

– А вот это точно не твоего ума дело, – буркнул Нотт. – Ну как, согласен?

– Что? – не понял Снейп и, забыв про палочку, зашарил за спиной в поисках стула.

– Зелья будешь варить? Если нет, то скажи, кто у вас сейчас лучший.

– Я лучший, – сквозь зубы прошипел Северус. – Сейчас и всегда.

Нотт смерил его недоверчивым взглядом:

– Точно? Не хвастаешь? Смотри, за Люца я не то, что тебя, я полный состав Визенгамота испепелю на месте.

У Северус внезапно перехватило дыхание. Ну ясно же всё, «первая блядь» Люци, бросив опостылевшего полукровку, моментально нашёл себе утешение. Ожидаемо, но почему-то очень больно. Снейп тряхнул головой. «Нашёл время, – сердито подумал он. – Это всё не важно пока. Драко!»

– Нарцисса и Драко покуда на моём попечении, – как будто услышав мысли Северуса, сказал Нотт. – В Малфой-мэнор не суйся, нет там никого. И крестнику ничего не говори. Он ещё мал, помочь ничем не сможет. Незачем пугать и расстраивать ребёнка. Ясно?

Снейп подавленно кивнул. Похоже, Драко у него тоже заберут. «Настоящий Блэк» Нарцисса не преминет воспользоваться такой удобной оказией. Один ритуал, и всё – близких людей у Снейпа не останется вовсе.

Поэтому теперь он сутками варил нужные зелья и тайно отправлял их в Нотт-мэнор. Лучшие котлы, уникальный инструментарий, тщательно рассчитанные дозы сильнейших и сложнейших зелий собственной разработки, часть из которых так и осталась незапатентованной.

И галлоны Кроветворного и Заживляющего – об этом он старался не думать, чтобы не дрожали руки. Боевики всё-таки. Может быть, им нужно не для Люца, а про запас.

Близилось Рождество, и оно обещало быть очень грустным.

Некроно́микон (англ. Necronomicon) – книга, придуманная Говардом Лавкрафтом и часто упоминаемая в литературных произведениях, основанных на мифах Ктулху. По версии Г. Лавкрафта, написал эту книгу некий Абдул Альхазред по прозвищу Безумный Араб. Однако, несмотря на явно литературное происхождение Некрономикона, находится множество сторонников идеи о том, что эта древняя книга существовала на самом деле.

====== Глава 37 ======

– Не любит тебя Клык, – разочарованно постановил Рональд, глядя вслед улепётывающему псу Хагрида. – Наверное, ты слизнями пропах.

Он запахнул старенькую мантию, лоснившуюся на локтях, и поёжился – мороз был небольшим, но с озера дул противный сырой ветер.

– Заткнись, Уизли, – Поттер недобро прищурился, – а то я сейчас попрошу Гермиону закрыть уши и расскажу, чем ты пахнешь и отчего этот запах нехорош.

– Мальчики, не ссорьтесь, – устало проговорила Гермиона в десятый, наверное, раз.

Невилл вздохнул и натянул капюшон мантии поглубже. Идея посетить Хагрида стала казаться ему неудачной – Рон и Гарри цеплялись друг к другу с самого обеда. Первым начал, ясное дело, Уизли – ему показалось, будто Поттер чересчур дружелюбен с Хорьком. Гарри, против обыкновения, не смолчал, и теперь они периодически переругивались, заставляя нервничать Невилла и Гермиону.

– Где его носит, этого Хагрида? – Поттер в нетерпении притопнул ногой. – Холодно же. Пойдёмте в замок, я замёрз.

Рональд внимательно осмотрел мантию Поттера из роскошного тёмно-зелёного бархата, подбитую мехом и украшенную золочёной вышивкой по обшлагам и капюшону, и сердито засопел, явно собираясь ляпнуть что-то неприятное.

– Клык же здесь, – торопливо сказал Невилл в надежде предотвратить очередной обмен «любезностями», – значит, и Хагрид где-то рядом. Давайте посмотрим на огороде.

– Я в снег не полезу, – Поттер стащил одну перчатку, явно шитую в Косом переулке, и потёр разом заалевшую щёку. – Пошли в библиотеку лучше.

– Мы же хотели здесь поговорить, – робко напомнил Невилл. Рассерженный Поттер почему-то пугал его, хотелось бежать без оглядки хоть в огород, хоть в замок, без разницы. – Нам нужно что-то важное тебе рассказать.

– Если про войну с тёмными магами до победного конца, то не надо, – буркнул Гарри. – Достало.

«Зря ты так», – успел подумать Невилл, прежде чем багровый от бешенства Рональд разразился гневной речью о слизняках-предателях, за славу и шмотки красующихся в девчачьих журнальчиках.

– Мальчики, – Гермиона едва не плакала, Невилл никогда не видел её такой огорчённой, – мальчики, ну что же вы?

Поттер молчал, гневно раздувая ноздри и демонстративно глядя куда-то поверх Уизли. Неприятное чувство усилилось, Невилл растерянно топтался перед спорщиками, из последних сил борясь с желанием плюнуть на всё и удрать куда подальше. Гермиона уже в открытую всхлипывала, а Рон умолк на полуслове и принялся боязливо озираться.

– Всё сказал? – поинтересовался Гарри холодно.

– Да ну тебя, – как-то растерянно сказал Рон, – тоже мне герой.

Откуда-то из-за хагридовой хижины раздался тоскливый собачий вой, и Невилл, лязгая зубами от внезапного ужаса, проговорил:

– П-пойдёмте, п-п-пойдемте с-скорей отсюда!

– Клык! Ты чего это, а? Никак обидел кто? Дык я его… – раскатистый бас Хагрида на миг унял панику. Но Клык опять заскулил тоненько и жалобно, и Невилл едва удержался, чтобы не вторить ему.

– Слава Мерлину, – с чувством сказал Гарри и звонко выкрикнул: – Хагрид, к тебе гости!

– Гарри! И вы, ребятки! – лесничий вышел из-за хижины, и приветственно раскинул руки. – А я тут в лес ходил. Силки-то снегом завалило, дай, думаю, новые поставлю. Замёрзли? Сейчас чайку попьём.