Спящий океан (СИ)

— Судя по тону вашей беседы и по тому, как вы пытаетесь начать, мне не следует ждать положительного ответа? — осведомился Виктор, так как Ровена запнулась.

Жар ударил в лицо бедняжки, она едва ли могла дышать. Спина покрылась испариной, а вместе с ней и ладони.

Набрав в легкие воздуха Ровена начала перечислять достоинства юноши, перемежая высокие сравнения с недостатками ее характера, почти вознося того в ранг бога, а себя она ругала, как только могла. В конце концов она сообщила ему, что неверно понимала их отношения, что Виктор был для нее добрым другом, с которым она могла разделить все свои мысли и переживания, и извинялась как только могла, что по ее вине не сумела во время прояснить их отношения, тем самым введя его в заблуждение.

Свои долгие размышления она объяснила тем, что объяснение Виктора застало ее врасплох и она подумать не могла о том, какие на самом деле юноша мог бы питать к ней чувства.

Она продолжала все в том же духе еще около часа, переходя от самопорицаний к объяснениям и кончила, дав ему понять, что не в силах ответить взаимностью из-за упомянутых выше причин.

Виктор молчал, удрученный признаниями Ровены. А бедняжка не могла успокоиться видя, что между ними снова повисла тяжелая тишина.

— Я понимаю вас. — задумчиво начал вдруг юноша. — Пока вы говорили, я восстанавливал в памяти все дни нашего совместного досуга. Пожалуй, соглашусь с вами в том, что тактичность моя сослужила мне здесь плохую службу. Из моего к вам отношения действительно нельзя было точно понять мои намерения. Я должен выражать свои мысли яснее, а действия мои должны были бы быть более четкими. Я вел себя слишком сдержанно и часто сухо, из чего вы и сделали подобные выводы. Соответственно, вы привыкли воспринимать меня как друга. Но позвольте мне теперь сменить тактику. Я понял свою ошибку. Теперь я доволен, так как вы знаете о моих намерениях, а значит у вас не будет сомнений на мой счет. Позвольте мне ухаживать за вами так, как должен делать влюбленный мужчина, который хочет добиться ответной реакции со стороны возлюбленной.

Ровена охнула и устремила испуганный взор на Виктора.

— Но я вовсе не имела это в виду! О, зачем вы опять…. Ей-богу, мне стыдно за то, что вы все еще считаете меня достойной вас! Знаете, я просто не могу… понимаете, я не могу вам ничего обещать…. Или даже… А есть ли смысл в этом всем?

— Доверьтесь мне. Я знаю, что делаю. Я не виню вас ни в чем, так как вижу вашу искренность. Позвольте мне делать то, что я считаю обязан был сделать еще в самом начале наших отношений.

— Но я совсем не желаю мучать вас! Зачем же вы тратите свое время? Неужели в округе нет более достойных девушек? Я просто уверена, непременно они есть!

Мне так неудобно перед вашей семьей. Прошу вас, подумайте об этом всем как следует. А та девушка, которую вам прочила ваша матушка? Вот, почему бы вам не подумать о ней?

— Не переживайте и не беспокойтесь ни о чем. Позвольте мне делать то, что я задумал по собственному желанию. Я не призываю вас поощрять меня. Вы можете считать себя свободной от всех обязательств, которые вы полагаете возложенными на вас по отношению ко мне.

Ровена было открыла рот, но Виктор поднял руку, призывая ее к молчанию.

— Прошу вас, молчите. Не говорите больше ничего. Думаю, мне сейчас стоит отправиться домой, я не в силах продолжать прогулку и вижу вы тоже сильно истощены.

Закусив губу Ровена устремила умоляющий взгляд на юношу, тот хранил серьезность и непроницаемость. Он поклонился ей с большой учтивостью, поднялся в седло и пришпорил лошадь, направив ее в сторону города.

19

В один из дней мадам де Бриссак снова посетила особняк графа Клифорда, чем привела тетушку Элизабет в неописуемую радость. Отобедав, Ровена и ее достопочтенная знакомая поднялись в комнату, где Луиза тут же вальяжно разлеглась на канапе, сорвав с себя шелковую накидку, прикрывавшую пикантное декольте.

— Итак, ваш отец не злится на вас?

— Кажется нет. Он был так любезен, что даже не подумал упрекать меня.

— И вы сказали все Виктору? Все-таки решились, я вижу? И что же теперь?

Ровена пересказала Луизе разговор с Виктором, дав той понять чем именно все закончилось и как должно было теперь продолжиться, выразив свои опасения на этот счет.

— Ну, что же вы так?! Не переживайте. Мы уладим это дело. Оно даже и к лучшему! Мы будем использовать юношу очень выгодно для вас.

— Использовать!? — в ужасе воскликнула Ровена. — Но это же бесчестно и грубо! О, все, что угодно, но играть его чувствами я не могу.

— А кто вам сказал, что мы будем ими играть? Не беспокойтесь, ничего такого, что задело бы его честь, достоинство и повредило бы вашей репутации. Все очень естественно и ненавязчиво.

— Но я не желаю, чтобы он страдал из-за меня.

— А он уже страдает из-за вас, так что не стройте из себя невинность. Но углублять его страдания мы не станем.

Тут Луиза замолчала, внимательно глядя на Ровену, которая все никак не могла успокоиться и переходила с места на место.

— Я вот все думаю, и кто же этот таинственный незнакомец из-за которого вы стольким жертвуете? — вымолвила она красноречиво.

Ровена взглянула на Луизу и, вспыхнув, отвернулась, пробубнив пару нечленораздельных восклицаний.

— Чтобы поспособствовать вам в осуществлении ваших целей мне необходимо знать насколько высоко летает та птица, которую вы хотите схватить. Вы понимаете меня? — промурлыкала маркиза.

Но видя, что Ровена слишком смущена, она вздохнула и продолжила:

— Впрочем, как хотите. Я говорила вам, что и сама догадаюсь.

И выдержав театральную паузу, она произнесла:

— Это герцог Оттавский. Верно?

Ровена вздрогнула при упоминании этого имени. Вся кровь отлила от ее лица. Она устремила испуганный и растерянный взор на маркизу, та пребывала в беспечном настроении.

— Что вы так испугались? Я же права, да?

— Ну...в общем-то, да. — произнесла Ровена еле-еле. — Но как вы узнали?!

— О, поверьте, это было очень просто, учитывая, что ваши чувства все написаны у вас на лице. И что вас так смущает? Вполне прекрасная кандидатура. Я не вижу причин по которым вам бы стоило стыдиться своих чувств к нему.

— Вы так думаете?!

— Уверена. Я же говорила вам, что он относится к вам вполне благосклонно, а со мной у вас есть все шансы… — тут Луиза осеклась и заерзала, словно ее что-то побеспокоило, — ладно, не будем об этом. Давайте лучше о другом.

Ровена, обретя снова вдохновение и радость, вся просияла, устремив на свою благодетельницу восхищенный взор, совершенно забыв, что минуту назад она была мрачна словно туча.

В это время Луиза осведомилась о ее нарядах, попросив снова показать гардероб.

После осмотра она обратилась к пакетам с платьями, которые загодя в комнату доставила служанка.

— У вас, что же, нет ни одного платья с декольте? — расстроенно произнесла Луиза.

— Нет, меня смущают подобные наряды. Я как-то и не привыкла к ним.

— Вот здесь, — указала она на пакеты, — наряды, которые я не нашу. Что-то должно вам подойти. Привыкайте носить декольте и использовать более экстравагантные решения в своем гардеробе, у вас все слишком скучно и блекло.

Раз уж мы живем в таком веке, где декольте решает очень многое и где грамотно подобранный цвет и фасон гарантируют вам половину успеха, то этим не стоит пренебрегать.

Пока горничная помогала Ровене избавляться от платья и примерять то, что подала ей маркиза, последняя все продолжала свою речь.

— Вы должны быть всегда красивы, веселы и легки. И не прячьте свою грудь, пока молоды, это тоже немаловажный атрибут успеха, ибо так вы сможете завоевать больше внимания.

— Но мне вовсе не нужно много внимания, мне нужен только один мужчина.

— Какая глупость! Забудьте фон Ламберга, если хотите его завоевать! Если вы будете привлекательны для большинства мужчин, то и для герцога вы будете привлекательны. Если вы будете мыслить так, как сейчас, то герцога вам не видать никогда. Поэтому начиная с этого момента мы будем думать гораздо масштабнее. Запомните, чем больше мужчин будут вами восхищаться, тем дороже вы станете для своего возлюбленного.