Воскрешение Латунина

и запрещались, но люди все равно собирались, причем споры порой кончались потасовкой, что резко увеличивало объем работы рот особого назначения. Впрочем, сам Рипкин продолжал охранять никому, как ему казалось, не нужную дачу. Следует признать, что обиталище покойного великого вождя Коле понравилось, и в свободное от наряда время он часто гулял по огромному, запущенному саду.

Как-то, ближе к вечеру, Коля и его неизменный приятель Вася удобно примостились под сенью высокого клена и, пользуясь отсутствием начальства, занялись чудом добытой бутылкой портвейна. После завершения этого приятного дела, бравые вояки принялись рассуждать о глобальных проблемах, время от времени перекуривая. Внезапно они заметили чуть сгорбленную невысокую фигуру, приближающуюся к ним из глубины сада.

– Глядь, – прокомментировал Вася, – артист, что Латунина играет.

Коля всмотрелся.

– Точно. И усы отрастил, прямо как у Латунина. И френч его. Видать, в роль входит.

– Значит, скоро съемки, – рассудил Вася.

Между тем фигура приблизилась к приятелям. Коля стал прикидывать, имеет ли смысл вставать. Покидать насиженное место не хотелось, но Рипкин, рассудив, что актеру надо помочь войти в роль великого вождя и верховного главнокомандующего, решил подыграть. Он быстро застегнулся, вскочил и встал по стойке «смирно». Вася крайне удивился, но последовал его примеру.

– Здравия желаем, товарищ фельдмаршал! – отрубил сержант.

Вася только рот раскрыл от удивления, но затем понял шутку товарища и, выпучив глаза, стал «есть глазами» вечернего гостя.

– Вольно! – произнес человек, махнув рукой. – Отдыхайте, товарищи.

– Слушайте, товарищ артист, – не выдержал Вася, которому эта игра надоела. – У вас не будет сигаретки? А то у нас одна на двоих осталась.

– Снабжают плохо? – блеснул желтыми глазами тот. – Рассобачились интенданты? Нехорошо…

Он минуту помолчал, а затем достал из кармана френча пачку «Черногории» и протянул ребятам. Взяв по папиросе, они закурили.

– Вы из какого театра? – поинтересовался Коля.

– Из Художественного, – человек улыбнулся в рыжеватые с проседью усы. – Художественный – лучший театр нашей страны!

– А съемки скоро начнутся? – вступил в разговор Вася.

– Съемки? – почти весело переспросил усатый. – Скоро, товарищи бойцы, скоро. Думаю, вы тоже сможете сыграть роль. Хорошую роль!

– В массовке? – понимающе кивнул Вася. – А вы здорово похожи на Латунина. Только тот был выше ростом, кажется.

– Нет, – вмешался всезнающий Коля. – Росту Латунин был как раз такого, это его снимали хитро, чтоб выше казался. А скажите, товарищ, кто режиссером будет?

– Фильм буду ставить я! – с некоторой гордостью ответил актер. – Это будет хороший фильм. Почти как у Чаплина. Вы Чаплина любите?

– Старье! – махнул рукой Вася. – Для тех, кому за семьдесят.

– Чаплин – великий актер, – безапелляционно заявил желтоглазый и, пожелав спокойной ночи «товарищам бойцам», направился к зданию, где когда-то обитал Латунин, подарив на прощанье своим собеседникам