Жесткая посадка

ерживающие в своих ладонях Умикан, приобрели плоские очертания и потеряли рельеф, став сразу похожими на гребень, вырезанный из чёрного картона. Серое небо почти сливалось с морским горизонтом. Наступала полночь. Катер покачивался на волнах, готовый к выходу в Охотское море.

Виктор, в миру - Живец. Хребет

Мы смотрели, как догорает вертолёт, минут десять. Никто из нас не подходил к нему близко - пусть их друзья хоронят своих мертвецов! Затем ламуты снова навьючили на себя добычу, и мы трусцой побежали на север - к небольшому озеру, спрятавшемуся среди ледниковых холмов. Озеро находилось в полутора километрах от вертолёта, и бежали туда мы двадцать минут - причём предыдущие приключения меня уже закалили настолько, что от основного отряда я отстал минут на пять-семь, не более.

Возле озера мы разожгли небольшой костерок - чуть больше тех, что мы разводили, когда прятались по увалам от преследующих нас бойцов.

– Это нормальный костерок для тайги, парень, - Егор Тяньги похлопал меня по плечу, и в этом не было ничего покровительственного, - немного для света, немного для тепла, в основном для чая.

– Мы большие костры только зимой палим - на кочёвке, когда очень холодно и где дров много, - поддержал его Илья. После того как я добровольно пошёл отвлекать внимание «секретчиков» у вертолёта, он разговаривал со мной с большим уважением, а с Зимом вообще не разговаривал, видимо, боясь очередного нагоняя за неаккуратное обращение с винтовкой.

– Что с этим со всем делать? - Егор ткнул в кучу захваченного у солдат барахла. - Одежда и обувь - ясно, женщины их от крови отстирают, подошьют, мы в них ходить будем. Ружья тоже заберём. А с этим что? - он показал рукой на каски и бронежилеты, которые сложил отдельной кучей.

– Добавь сюда и это. - Зим положил туда четыре пистолета, которые нёс отдельно.

– А ты не возьмёшь? - улыбнулся Егор.

– Зачем? Человек с пистолетом - труп против человека с карабином. Или дробовиком, - сказал Зим, немного помедлив. - В любом случае от них лучше избавиться. Утопить, то есть.

– А закопать? - неосторожно решил вмешаться я.

Все снова посмотрели на меня снисходительно.

– Закопать - выкопают. Медведь или лисы - просто так, для интересу. Всё хоронит без остатка только вода.

– Это точно, - согласился Егор. - Помнишь кости на Янранае? Это людей в камни закапывали - вон они все наружу вылезли. Вон севернее есть другой лагерь - Улахан-тарын называется. Там большое озеро есть, Чак-Чак. В нём голец водится. Вку-уснай! Вот там, кто от работы умирал или кого расстреливали, прямо в этом озере и топили. На ноги - петлю из проволоки, к петле - кусок скалы, и в воду. Вода там глу-убокая…

– Ладно, Егор, ты сейчас что делать-то будешь?

– Ну как что? Сколько времени у нас есть, пока новые вертолёты не появились?

– Думаю я, дня два - точно. А вернее - дней пять. Машины надо подготовить для поисковых работ, их не вдруг найдёшь, как всегда, на них надо посадить хорошие, проверенные экипажи. Этим всё равно займутся