Крейсера

иральской пристани, куда свозили японцев, и на Светланской, - писал очевидец, - стояла такая толпа народу, что удивляешься, откуда во Владивостоке столько жителей. Мы проводили своих пленных приветливо, снабдив их, у кого не было, шляпами, кого сапогами; на некоторых были надеты матросские фуражки (бескозырки)". Среди горожан не было заметно никакого злорадства, "скорее даже сочувствие к чужому, хотя и враждебному горю веяло от сдержанного спокойствия толпы", - писал в те дни корреспондент "Одесского листка". Многие жители Владивостока узнавали среди японцев своих прежних знакомых, хотя эти друзья-приятели и делали вид, будто они по-русски - ни бе ни ме ни кукареку. Один страховой агент даже обиделся на японского поручика Токодо:

- Ну чего притворяешься? У тебя же лавка была на Продольной. Я у тебя горшок покупал... Ну? Вспомнил?

Японец поднял глаза к небу, как бы рассматривая облака, почесал переносицу и вдруг улыбнулся широкой улыбкой:

- Шестнадцать рублей взял... Хорош ли товар?

- Отличный! - расцвел страховой агент. - До сих пор вся семья не нарадуется...

Перед отбытием на вокзал капитан-лейтенант Мизугуци произнес речь, в которой благодарил русских за гостеприимство, после чего японцы кланялись публике. К перрону был подан состав, чтобы отвезти пленных до Ярославля. Тут наше российское сострадание проявилось сверх всякой меры: в вагоны к японцам совали бутылки с вином, дарили коробки папирос и печенья... На крейсерах говорили, что это уже сущее безобразие:

- Так нельзя! Ведь еще неизвестно, каково нашим-то в плену японском живется. Может, они на луну извылись...

В ночь на 16 апреля в Уссурийском заливе, близ города, снова появились японские крейсера; теперь жители, убоясь обстрела, с пожитками уходили в сопки. Но японцы на этот раз не стреляли, что-то сбрасывая в воду, а с наступлением дня тихо ушли... Иессен не стронул отряд с рейда, справедливо решив, что с японских Крейсеров поставлены мины.

- Очевидно, Камимура решил сковать маневренность наших крейсеров, отчего сразу усилится интенсивность перевозок японских войск к Порт-Артуру, - говорил он. - Вильгельм Карлович извещает меня, что возле того самого места, где погиб адмирал Макаров на "Петропавловске", водолазы обнаружили еще один "минный букет" - целую связку мин... У нас нет хорошей партии траления. Чем помочь горю?

Горю помогли любители аэронавтики. Доморощенными способами они умудрились склеить аэростат, который с высоты выглядывал японские мины на глубине...

* * *

Долго гадали в экипажах матросы, загибая пальцы на заскорузлых руках кого теперь назначат на место Макарова.

- Зиновия? - говорили о Рожественском. - Не, он на Балтике вторую эскадру собирает. Ежели, скажем, Григория? - говорили о Чухнине. - Так его от Севастополя на пневматике не отсосешь. Федора? - говорили о Дубасове. Так его и даром не надо: тигра такая, будто ее сырым мясом кормят...

Командующим флотом Тихого океана был назначен вице-адмирал Николай Илларионович Скрыдлов,