В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

– Короче, хомяк, бежишь до первого попавшегося слизеринца и приводишь его сюда. Задача ясна? Вперёд!

Бежать, подгоняемым щекочущим заклятием, было невероятно унизительно. Благо, первый попавшийся слизеринец обнаружился за следующим же поворотом. Невилл резко остановился и шумно перевёл дух.

– Там вас Флинт зовёт, – заикаясь сильнее обычного, сказал он. – Туда. В тот коридор.

Альфред Бёрк, старший префект Слизерина – а на кого бы Невилл ещё налетел, с его-то везучестью? – подозрительно оглядел запыхавшегося и растрёпанного вестника и вынул палочку:

– Надеюсь, это не шутка, Лонгботтом. Веди.

Невилл и повёл. А что ему оставалось делать?

– Бля, он Бёрка приволок. Да что ж мне сегодня так не везёт-то?

– Кары без грехов не бывает, Флинт. Что у тебя?

– Покушение на Поттера.

– Однако. Где трупы?

– Погоди скалиться, Бёрк. Зови декана, тут дело серьёзное.

– Прекрасный шерри, господин директор, – Стивен Макмиллан пригубил душистый напиток чайного цвета и бросил на Снейпа насмешливый взгляд. – Предлагаю выпить за неудавшееся покушение. Мистер Снейп?

Мистер Снейп с трудом подавил желание выхватить палочку и поучить мистера Макмиллана учтивости. Спешно отправляя сову в попечительский совет Хогвартса, Северус ждал Люциуса. Случай с троллем показал, что Малфой весьма серьёзно относился к своим обязанностям.

Поттер там или не Поттер, но Люц никогда в жизни не спустил бы Дамблдору нахождение в школе неохраняемого артефакта. Тот же тролль, по слухам, стоил директору немало нервов – Малфой сумел-таки устроить бучу в Министерстве и поспособствовал заметному падению дамблдорового авторитета у чиновников.

Но Люц не пришёл.

Вместо него явился Стивен Макмиллан, невысокий юркий старикашка, глава небольшого клана торговцев овечьей шерстью. В прошлой войне Макмилланы поддерживали Дамблдора – их семья насчитывала всего десять поколений чистокровных, и они очень рассчитывали возвыситься в случае победы Оплота светлых сил.

Но победа Дамблдора была столь неоднозначной и так мало изменила расстановку политических сил, что Макмилланы тут же дистанцировались от своего неудачливого покровителя и взяли сторону Монтегю. Лорд-канцлер прилюдно пожурил недальновидного главу рода и доверил ему кресло одного из попечителей Хогвартса – в знак примирения и для демонстрации своих мирных намерений Дамблдору.

Эту историю Северус узнал от Люца, в то время она показалась ему очередной светской дребеденью. Какая разница, кто там в попечителях? Жалованье не задерживают, и ладно. Теперь оставалось только проклясть себя за наивность – от попечителей целиком зависело финансирование школы, а оттого они могли серьёзно ограничить полномочия Дамблдора.

Между тем, Макмиллан продолжал сверлить Северуса хитрым взглядом.

– Благодарю вас, – холодно ответил Снейп, – я предпочитаю виски.

Макгонагалл фыркнула, и Северус пообещал сам себе, что на ближайшем же ночном дежурстве обработает валериановым настоем горгулью перед директорским кабинетом.

– Полно, мистер Макмиллан, – лукаво усмехнулся директор. – Не смейтесь, Северусу и без того досталось. Сложные у него подопечные, что ни говори.

Снейп дёрнул уголком рта, а Макгонагалл опять фыркнула и отсалютовала своим бокалом:

– Минус пятьдесят баллов, Север. Твоим придётся постараться, чтобы возместить убыль.

– Ещё до Рождества я сравняю счёт, – неприятно улыбнулся Снейп. – И не сомнительными претензиями к здравомыслию, а честными троллями за непроходимую тупость и необоримую лень.

– Ты не посмеешь…

– Северус, Минерва! – из негромкого голоса Дамблдора исчезло всякое добродушие. – Мистер Макмиллан, не сочтите эти препирательства доказательством необъективности преподавателей Хогвартса в оценке знаний.

– Я объективен, – сказал Снейп. – Предельно.

– Наслышан, – сухо произнёс Макмиллан. – Мой внук Эрни учится на первом курсе.

Снейп пожал плечами и скривился. Он и деда-то считал тупицей, что уж говорить о внуке.

– Подытожим, – после нескольких секунд напряжённого молчания, продолжил Макмиллан. – Зеркало Еиналеж представляет собой безобидный артефакт, позволяющий человеку увидеть свои действительные желания, и вам, мистер Дамблдор, оно было необходимо для проведения неких исследований в области ментальных наук. Пока всё верно?

– Именно, – улыбнувшись, согласился Дамблдор. – Я, конечно, сглупил, оставив зеркало в классе. Но здесь, – и директор плавно повёл рукой, указываю на тикающую и звенящую дребедень, заполонившую его кабинет, – нет никаких условий для работы. Магический резонанс, знаете ли, не шутка. Мне и в голову не могло прийти, что кто-то возьмётся обустраивать заброшенный класс.

«А ещё я, Верховный Чародей и прочая, не знаю ни единого запирающего заклятия, – мысленно передразнил Снейп директора. – Мы, исследователи, всегда забываем об этих несущественных мелочах».

– Да что вы, мистер Дамблдор, – замахал руками Макмиллан. – К вам-то какие претензии? Всем ведомы ваши заслуги в развитии магических наук. К несчастью, именно этот класс группа первокурсников облюбовала для проведения досуга. Дети сочли артефакт обычным магическим зеркалом и не обратили на него никакого внимания. Так?

– Увы, – развёл руками директор. – Впрочем, детям ничего не грозило. В таком возрасте большинство грезит лишь о хороших оценках и подарках на Рождество.

Обе шотландские овцы – Макгонагалл и Макмиллан – захихикали и ещё разок приложились к шерри. «Одна овца и один баран, – поправил себя Снейп. – Лонгботтом, имея в родителях живых мертвецов, точно грезил бы о хороших оценках. Люци, скотина, где тебя носит, когда ты так нужен?»

– Это так, – крякнул Макмиллан, мечтательно зажмуриваясь. – Детство – счастливая пора. Безмятежность и невинность.

Снейп стиснул подлокотники кресла и попытался успокоиться. В конце концов, старый баран вовсе не тот, чьи слова стоит близко принимать к сердцу.

– Идём дальше, – Макмиллан повертел в руках бокал, явно надеясь на добавку. Дамблдор не стал расстраивать уважаемого члена попечительского совета, подлетевшая бутылка деликатно ткнулась тому в руку, не занятую стаканом. – Благодарствую. Мистер Поттер в компании с мистером Флинтом… Кстати, странная компания для мистера Поттера. Мистер Снейп, должным ли вы образом надзираете за героем магической Британии? Ведь вам вверили, хе-хе, самое дорогое, можно сказать.

– Мне тоже это не нравится, Северус, – Маккошка, по своему обыкновению, поджала губы. – Даже в Слизерине есть дети вполне уважаемых семейств, Гарри же почему-то общается с…

– Минерва, – чеканным голосом сказал Снейп и выпрямился, – это твоё «даже в Слизерине»... Я бы попросил впредь выбирать выражения.

– Прости, Северус, – Дамблдор примирительно вскинул руки и широкие, расшитые золотом рукава мантии взметнулись, как крылья феникса. – Минерва взволнована участием в этом инциденте своих воспитанников, а потому язвит. Прости, пожалуйста.

Снейп сухо кивнул и вновь откинулся на спинку кресла: «Мерлин простит».

– Гм… – откашлялся озадаченный Макмиллан. – Так вот. Мистер Флинт заметил артефакт и, не зная о его истинной природе, посчитал опасным. При этом он ударил грязнокр… гм… маглорождённую ученицу. Затем Флинт вызвал вас, мистер Снейп, а вы озаботились нынешним разбирательством. Я ничего не забыл?

– Забыли, – холодно сказал Снейп. – И я, и мистер Флинт были крайне озабочены наличием неизвестного артефакта в классе, куда господа гриффиндорцы настойчиво приглашали мистера Поттера. Мы пеклись о вверенном нам самом дорогом.

– Северус, – мягко сказал Дамблдор, – я знаю о непростых нравах твоего факультета и хочу спросить. Гарри свободен в своих поступках? Я говорил с мистером Лонгботтомом. Он утверждает, что Гарри находится в положении пленника, и обращаются с ним весьма скверно.

– Как? – Макгонагалл вскочила на ноги. – Но почему Гарри ничего нам не сказал? Я-то считала, что…