В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

На полу, скорчившись, неподвижно лежал Люциус в залитой кровью магловской одежде.

====== Глава 35 ======

В гриффиндорской башне всегда было очень шумно, и Лонгботтом уже давно отчаялся отыскать в красно-золотых покоях хоть один тихий уголок, чтобы спокойно готовиться к занятиям. За полгода Невилл так и не привык к перманентному бедламу, царящему в общей гостиной и спальне первого курса, а в спальни девчонок и старшекурсников ему хода не было.

Вот и сегодня, хочешь не хочешь, а им с Гермионой пришлось устраиваться рядом с камином, где по гриффиндорским меркам стояла практически мёртвая тишина – Лаванда Браун «с выражением» читала вслух модный любовный роман.

Окружившие чтицу младшекурсницы вздыхали, охали и взвизгивали на особо душещипательных моментах. Время от времени Лаванда брала передышку, и тогда девочки принимались обсуждать нелёгкую судьбу главной героини. При этом они несли такую чушь, что любимый внук Стальной Августы только головой тряс, моля Годрика о частичной потере памяти.

Гермиона тоже выразительно закатывала глаза, закрывала уши ладошками, но замечаний не делала – Браун и её компания дружно невзлюбили «учёную бобриху» и никогда не скупились на обидные насмешки.

– Говорила тебе, надо в библиотеку идти, – прошептала Гермиона и поморщилась – Лаванда, трагически завывая, декламировала любовные стихи, сочинённые в честь героини романа очередным поклонником.

– В библиотеку уже пошли Поттер с Малфоем и Забини, – буркнул Невилл. – Уизли в такой компании и сам заниматься не сможет, и нам не даст. Будет бухтеть до ужина.

– Сейчас он тоже не занимается, а в плюй-камни играет, – не сдавалась Гермиона. – Пойдём в библиотеку, не могу я это слушать.

– И жизнь её раскололась пополам! – громко воскликнула Браун под умилённые охи слушательниц и с мечтательной поволокой в глазах уставилась в потолок гостиной.

– Пополам и вдребезги, – простонал Невилл. – Ладно, пойдём. Как, во имя Мерлина, жизнь может расколоться? Мне всегда казалось, что она течёт непрерывно.

– Это расхожее выражение, – пояснила Гермиона, завинчивая крышечку чернильницы, – обозначающее резкую перемену образа или качества жизни после какого-либо события.

– Всё равно бред, – упрямо сказал Невилл. – Колоть можно дрова или орехи. А жизнь надо прожить. По возможности подальше от таких идиоток, как Браун.

Они, крадучись, прошмыгнули мимо игроков в плюй-камни. Могли и не красться, Рональд не заметил бы даже пришествия Основателей – красный и встрёпанный, он азартно орал, подбадривая Симуса Финнигана.

Людей в библиотеке было немного, в преддверии рождественских каникул об учёбе думали только самые добросовестные. Невилл и Гермиона сразу увидели Поттера, тот сидел между Забини и Малфоем и что-то писал. Забини некоторое время сосредоточенно смотрел в его записи, потом постучал себе пальцем по лбу, отобрал у Гарри перо и принялся править написанное. Малфой, покачал головой, подтянул к себе один из фолиантов и, то и дело тыкая пальцем в страницу, шёпотом заспорил с Забини.

Невилл вздохнул. Сам он думал тихонько поздороваться с Поттером и устроиться поодаль от слизеринской компании, чтобы не смущать Гарри и не расстраиваться самому. Но Грейнджер немедленно направилась к однокурсникам – участие в научной дискуссии самого Малфоя заставило её потерять всякое благоразумие. Невилл тяжко вздохнул и поплёлся следом. Не бросать же подругу на растерзание слизням!

– Добрый вечер, мальчики! Что это вы делаете? Нам не задавали такого задания, – Гермиона и робость явно создавались в разных мирах и до сих пор ухитрились не повстречаться.

– Грейнджер, иди отсюда, – рассеянно сказал Малфой, торопливо листая книгу. – Вот, Блейз, смотри. Свойства растительных компонентов в комбинированных зельях зависят исключительно от свойств основы. Основы! Да хоть пять камней туда можно бросить.

– Здравствуй, Гермиона, – Гарри приветственно взмахнул рукой. – Привет, Лонгботтом. Как жизнь?

– Это в теории, – возразил Малфою Забини. – А я лично два котла расплавил и угробил мамины серьги. И не надо ухмыляться, Хорёк, я вынул камни из оправы. Грейнджер, Лонгботтом, привет, чего вам?

– Привет, Гарри, – Невилл изо всех сил постарался не обращать внимания на грубиянов и не заикаться от злости пополам со смущением. – У нас всё хорошо и мы по тебе скучали.

– Спасибо, у меня тоже всё в порядке, – улыбнулся Поттер, но тут же немедленно уткнулся в свои записи, – Блейз, ты мог чего-то не учесть. Дневника не вёл и одновременно варил оба зелья – запросто мог забыть что-нибудь.

– Ха! – Забини резко скрестил руки на груди. Получилось настолько по-снейповски, что Невилл невольно отшатнулся. – Он меня будет попрекать! Пойми, Поттер, зельеварение – это не химия и не алхимия. Ваши таблицы не учитывают кучу факторов – от фаз луны до личной мощи зельевара.

– А луна-то при чём? – изумился Гарри.

– Я тебе больше скажу, – Забини вернул Гарри перо и белозубо улыбнулся, заиграв ямочками на щеках, – иногда имеет значение даже географическая широта, на которой расположена зельеварня.

– То есть, мы зря это затеяли? – нахмурившись, спросил Гарри и ткнул пальцем в разграфлённый пергамент.

– Нет, что ты! Для простых зелий ваши таблицы работают. Но! – Забини растопырил пятерню и принялся загибать пальцы. – Водная основа – раз. Не больше двух видов ингредиентов – два. Обычный огонь – три. Стандартный инструментарий – четыре. А дальше, по мере усложнения рецептуры, включаются другие факторы.

– Но мы, – встряла Гермиона, – используем больше двух ингредиентов.

– Грейнджер, – скривился Забини, – иди займись чем-нибудь посильным. Спички там, иголки. Перо заставь полетать, тебе будет интересно.

– Блейз, уймись, – нахмурился Поттер. – Гермиона, мы уже сделали домашнее задание, не беспокойся, пожалуйста. Это внеклассный проект, нам с Драко нужна была консультация потомственного зельевара.

– А что за проект? – Гермиона украдкой взглянула на крепко задумавшегося Малфоя. Вернее, это ей казалось, что украдкой. На самом деле, Невилл прекрасно заметил этот взгляд и содрогнулся от дурных предчувствий. – Может быть, я могу чем-то помочь?

Хорёк поднял на неё свои белёсые гляделки и зло ощерился, явно собираясь нахамить, но Гарри как-то очень по-хозяйски положил ему руку на плечо и сказал обрадованно:

– Конечно, можешь! Ты нас очень выручишь, если проверишь готовые результаты и сведёшь их в таблицы. Ты очень внимательная, и почерк у тебя чудесный. Эти таблицы здорово упростят жизнь таким горе-зельеварам, как мы с Лонгботтомом.

Он засмеялся и подмигнул Невиллу, который, как ни старался, не смог сдержать ответной улыбки.

– Вот так и сидели до самого ужина? – хмуро спросил Рон и вяло повозил тряпкой по старой парте. – По самую маковку в пергаментах, в обнимку со слизнями? Пупсик, ты нюня. Мы о чём договаривались? Как только Поттер выходит из больнички, сразу тащим его в наш штаб.

– Так возьми и оттащи, умник, – огрызнулся Невилл, обмакивая швабру в ведро с водой. – Его водят под конвоем, и не кто-нибудь, а Флинт. Этого тролля Левиосой не завалишь.

Рональд сердито засопел и потёр затылок:

– Тебе не показалось? Может, Флинт просто рядом ошивался.

Возмущённый Невилл даже отвечать не стал. Замечай Уизли хоть что-нибудь, кроме еды и «Квиддичного обозрения», то сам бы всё понял.

– И что, если Флинт? – пожала плечами Гермиона. – Профессор Дамблдор найдёт на него управу.

Лонгботтом и Уизли переглянулись и разом вздохнули – до сих пор не нашёл. По старшему Флинту, бывшему Пожирателю, вообще Азкабан плакал горючими слезами. А вот, поди ж ты, ему даже обвинений не предъявляли. Повоевал, страшная морда, как на прогулку сходил.

И младший Флинт прекрасно чувствовал себя в Хогвартсе. Тупица и сквернослов, он каждый матч калечил игроков других команд, но ничего страшнее отработок у Филча с ним не случалось. Даже на шестой курс перешёл, хотя где Флинт, а где С.О.В. Ясно, что не знаниями он министерскую комиссию взял, а папенькиной страшной славой.