В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

– Монтегю не мой, – пожал плечами Нотт. – Пусть веселится.

– Так, молодые люди, – мадам Помфри подошла совершенно бесшумно, – хватит разговоров. Займите свои места, будем смотреть, что с вами. Гарри, милый, принеси, пожалуйста, из кабинета ящик с зельями. Мистер Малфой, а вы что здесь делаете?

– Уже ухожу, мадам Помфри, я Гарри зашёл проведать.

– Вечером, мистер Малфой. Можете зайти вечером.

– Благодарю, мэм. До свидания.

Он шустро подхватился с кровати Поттера, метнул грозный взгляд на Пьюси, показал язык Нотту и средний палец Флинту. «Хорёк!», – хором выдохнули трое обласканных, а мадам Помфри решительно указала на дверь.

Уже перед самым выходом Малфоя что-то легонько стукнуло в затылок и свалилось под ноги. Это оказался небрежно свёрнутый кусочек пергамента. Драко, не оборачиваясь, призвал его и, выйдя в коридор, развернул.

В записке значились приметы тайника с выпивкой. Семь орфографических ошибок и корявый почерк не оставляли никаких сомнений в авторстве послания.

«Как скажешь, капитан, – ухмыльнулся про себя Малфой. – Твой будущий ловец рад оказать небольшую услугу».

Драко чинно двинулся по коридору и через пару минут столкнулся с Лонгботтомом и лохматой грязнокровкой. Недотепистый внучок Чокнутой Августы набычился и придержал за рукав мантии свою подружку. Малфой одарил парочку любезной улыбкой и сказал:

– Если вы собрались проведать Поттера, то к нему пока не пускают. Мадам Помфри лечит раненых игроков, и ей некогда принимать посетителей. Она разрешила прийти вечером. Честь имею, мисс Грейнджер. До свидания, Лонгботтом.

Он удалился танцующей походкой и расплылся в насмешливой улыбке, услышав за спиной громкий шёпот грязнокровки:

– Вот видишь, Невилл, он не так уж и плох.

====== Глава 30 ======

Глава 30

Может, Флинт и писал с ошибками, но тайник устроил не хуже бывалого контрабандиста. Место было выбрано идеально – в шаге от спальни шестого курса, в простенке между дверью и барельефом, изображающим агонию какого-то неизвестного науке дракона, прямо под держателем для факела. Драко отсчитал четвёртый камень от нижнего крепления держателя, пробормотал пароль, приподнялся на цыпочки, засунул руку прямо в каменную стену, нащупал целую батарею крохотных квадратных бутылочек и вытащил одну.

Ради интереса он взмахнул палочкой, надеясь выявить заклятие иллюзии. Тщетно. Магический фон тайника почти не ощущался, напрочь забитый волшебным огнём факела. Малфой ещё раз посмотрел на тайник – голая каменная стена, просматриваемая из любого места в коридоре. Умирающий дракон выглядел в три раза подозрительнее, чем скучные камни рядом.

«Надо думать, прямо в спальне ещё тайничок имеется, – решил Драко. – Флинт-то у нас затейник. А я всё гадал, о чём с ним Ургхарт разговаривает, пока они не дерутся». Он сунул уменьшенную бутылку дешёвого огневиски в потайной кармашек мантии и отправился в гостиную.

– Привет, неугомонный, – поприветствовала его Милли. – Как там наш герой, дышит?

– Дышит, но неровно, – Драко чмокнул подругу в щёку и присел на стул. – Ко мне. Велел поблагодарить за выпечку.

– Хвастун, – возмутилась Милли. – Бедный мальчик от тебя уже шарахается, сбавь пыл хоть немного. А Нотт?

– Да что с ним сделается? – пожал плечами Малфой. – Очухался.

– Есть сплетня интересная, – Милли отложила вязание, поманила рукой Винса и Грега, корпевших над справочником по зельеварению, и заговорщицким шёпотом поведала: – Лорд Нотт пообещал Паркинсону, что отдаст Панси в мужья любого парня из Ковена. Прямо как в сказке. Вот она теперь и ходит, задрав нос.

– Думаешь, Нотт попал? – заинтересовался Винс. – Младший, в смысле.

– А то, – убеждённо сказала Милли. – Эта задавака на меньшее не согласится.

– Это кто ещё попал, – возразил Грег. – Теодор соплей разводить не станет. Паркинсон в первый же год родит наследника и впряжётся в хозяйство, а оно в Ковене хлопотное. Будет ей сказка. А Тео может и розгой по заду вытянуть, если заметит непорядок. Спорим?

– Да что спорить? – Малфой усмехнулся и бросил злорадный взгляд на задаваку Паркинсон. – Ты прав, дружище. И одним наследником дело не закончится, Теодор – парень основательный. Это папаша у него рыцарь и романтик – женился на Золушке с бала и до сих пор хранит ей верность. А младший Нотт, скорее, в покойного деда пошёл.

– Клевещете, негодники, – Милли опять взялась за крючок, – этого не может быть. Теодор показался мне неплохим мальчиком.

– Ты, дорогая, лучше сама присматривайся к парням, – засмеялся Малфой. – А то глаз от своего вязания не отрываешь. Дождёшься, один Лонгботтом на твою долю и останется.

– Иди, неслух, куда шёл, – махнула рукой Миллисента. – Меня родной папенька с рук сбыть так не пытается, как ты, бессовестный.

Парни засмеялись, а Грег отобрал у Милли крючок и корзину с нитками.

– Пойдём с нами, пока Драко в настроении, – сказал он. – Прогуляешься по замку, выслушаешь от Поттера личную благодарность и полюбуешься на Ковен и квиддичную команду одновременно. Раненые бойцы должны тронуть девичье сердце, правильно, Винс?

– Само собой, – Винсент галантно подал Миллисенте её тёплую мантию. – А женские слёзы лечат лучше, чем слёзы феникса.

Милли, смутившись, попыталась отговориться от незапланированной прогулки, но не преуспела. Винс с Грегом подхватили её под руки и с шуточками повели к выходу из гостиной. Малфой задержался, подойдя к Ургхарту:

– Я Флинту гостинец несу. Так отдать, или сонного зелья туда влить?

– Вот скотина! – Ургхарт вскочил с кресла. – Лей, да побольше. Ты к Поттеру, что ли? Сейчас и я приду, только Снейпу скажу.

Драко кивнул и поспешил за друзьями. По случаю субботы в холодных коридорах Хогвартса было довольно людно. Студенты разных факультетов толпились смешанными группами, обсуждая сегодняшний матч, чинно прогуливались парочки старшекурсников, первачки, вопя, играли в салочки. Малфой и компания шли не торопясь, здороваясь со знакомыми воронами и барсуками, так что Ургхарт сумел догнать их. Так, впятером, они и дошли до массивных дверей Больничного крыла.

– Мистер Ургхарт! – остановила слизеринского префекта мадам Помфри. – Хорошо, что вы пришли. Назначаю вас ответственным за порядок в Больничном крыле. Я пару часов проведу в кабинете мадам Спраут. Могу я на вас положиться?

– Несомненно, мэм, – для боевого мага Ургхарт поклонился довольно изящно. – Не нужно ли вас сопроводить?

– Справлюсь, – сказала мадам Помфри и тихо прибавила. – Камин закрыт, но следилку я оставила. Блетчли и Нотту вставать нельзя ни в коем случае.

Ургхарт благодарно кивнул и прошёл в палату.

К близнецам Уизли пришли их братья – Персиваль и Рональд – и все четверо настороженно наблюдали за большой компанией слизеринцев. Самый младший Уизел кривился и кидал неприязненные взгляды на Поттера.

Малфой тоже посмотрел на Гарри и понял, что вполне разделяет – ф-фу! – чувства рыжего ничтожества. Поттер, бессовестное создание, как ни в чём не бывало, сидел в объятиях мордредова Пьюси и, приоткрыв рот, слушал хвастливые байки уродов из Ковена. Драко Блэк взревел раненым в ляжку громамонтом и нецензурно посулил скорый и бесславный конец роду Пьюси и ещё половине старых семей Британии. Так, на всякий случай.

– О, Тери! Я тебя ждал, – махнул рукой Флинт. – Давай сюда. Ты был на матче?

– Был, – буркнул Ургхарт. – Лучше бы не был, самоубийцы вы хреновы. Я на трибунах раз тридцать за палочку хватался, чтобы ссадить вас с мётел и уволочь в Нотт-мэнор.

Члены команды хором возмутились.

– Не орать здесь, – прошипел префект, – голоса лишу и обездвижу. Майлз, ты как?

Блетчли, всего час назад доставленный из Мунго, приподнял руку и слабо пошевелил пальцами.

– Ну, живой, и то хлеб.

Мрачный Драко Малфой злобными пинками загнал свою дурную половину в глубины подсознания, усадил зардевшуюся Милли рядом с неверным Поттером, а затем и уселся сам по соседству с Крэббом и Гойлом.