Сборник "Уркварт_Ройхо" Книга 4-6 (СИ)

— Круши! — подбадриваю я дружинников.

— Да-а-а! — перекрывая шум боя, откликаются воины, и схватка продолжается.

Сталь бьется о сталь. Наши мечи проникают под костяные ламеллярные доспехи, а вражеские ятаганы вспарывают кольчуги "шептунов". Кровь льется на снег. Ревут олени, хрипят лошади, и кричат раненые. Какофония звуков накрывает ничем непримечательную лесную поляну, и новичок мог бы в них потеряться. Но я не таков и продолжаю делать то, что должен.

Мой ирут встречает ятаган северянина, который надеется достать меня, и отбрасывает кривой клинок в сторону. После чего резкий поворот кисти. Тело подается на противника, и острие пробивает горло северянина. Отлично! Путь к шаману, который хотел меня остановить, свободен. Новый удар ногами по бокам жеребца и, отталкивая в сторону очередного оленя, он выносит меня к вражескому чародею. А шаман, который заметил мое приближение, вскинул руки и попытался послать мне навстречу своих духов. Однако, пшик! Ничего не происходит. Наши маги делают свое дело, и как говорят герои китайских боевиков, мое кунг-фу, круче твоего. И понимая это, нанхас попробовал отвернуть в сторону, но сделать этого не успел. Новый мой подъем на стременах. Выдох! Стремительный росчерк черной полоски на фоне опускающегося к горизонту солнца, и расколотый человеческий череп выплескивает на грязный снег мозг шамана.

В моих жилах бурлит кровь. Энергии много. Агрессия и ярость рвутся наружу и я готов к продолжению смертоубийства, но враги закончились. Пара оленеводов уносится на юг, а трое на север. И я выкрикиваю:

— Догнать! Не дать уйти!

— Щелк! Щелк! — бьют арбалеты "шептунов". Олени валятся на скаку, но пара северян все же исчезает в лесу, и за ними мчатся дружинники.

— Капитан! — окликаю я командира бывших наемников.

— Слушаю, господин граф! — откликается он.

— Доклад!

Короткая заминка и снова голос Хайде:

— У нас четверо убитых и три тяжелораненых. Противник потерял сорок шесть человек. За беглецами выслана погоня! Взяли трех пленников! Жду ваших приказаний!

— Вон там! — я указал на чистый участок дороги, невдалеке от южной опушки. — Организовать стоянку! Пленников беречь! К нашим раненым вызвать магов! Трупы собрать и заготовить дрова, чтобы их сжечь! Для наших павших костер отдельный! Мертвых шаманов не трогать! Вражеских оленей на привязь! Кто и за что возьмется, разберетесь с Богучем!

— Есть!

Закипела работа. К лесу выдвинулись дозоры, и началась подготовка к ночлегу. Продолжить преследование основного вражеского отряда сегодня уже не получится, лошади устали, да и люди не железные. Опять же вот-вот на северные леса опустится ночь, а бродить по безлюдному заснеженному пограничью во тьме, никакого интереса нет, можно как тот барсук, одеть свои жизненно важные органы на сук. Так что до утра мы будем на месте.

— Удачно все сложилось, — подъезжая ко мне, произнес Томаш Смел.

— Неплохо, — оглядывая усыпанную трупами людей и животных испачканную кровью поляну, где колесо войны вновь проехалось по земле, и унесло в дольний мир еще полсотни душ, согласился я с ним.

— И что дальше, граф? Пойдем к Мкирре?

— Сначала отдохнем и пленных допросим, а там определимся, что нам делать. Если северяне направятся к рудникам, как мы думаем, то дорога у нас только одна, мимо крепости по их следам. Ну, а если они что-то иное задумали, станем карты смотреть и думать.

— Вы считаете, что они могут схитрить?

— Запросто.

Тем временем наступил короткий зимний вечер, а за ним своим чередом пришла холодная морозная ночь. Воины разбили лагерь. Сбежавшие с поля боя оленеводы были схвачены. Ни один вражина не ушел, и пока для нас все складывалось весьма неплохо. Тела мертвых врагов были обобраны, а добыча рассортирована. Тощие верховые животные нанхасов, которых согнали в табун, а затем переловили и привязали в лесу, копытами разгребали снег и надеялись найти там травку, но ничего не обнаружив, они начинали грызть кору деревьев и обгладывать кустарник. Для мертвых северян и погибших дружинников были сложены погребальные поленницы, и понемногу все вокруг затихало. Зажигались костры, подле которых располагались уставшие за день люди. И можно было бы отдыхать, так как завтра нам предстояло продолжить погоню за врагом. Но перед этим следовало сделать еще два дела.

Во-первых, конечно же, надо было допросить пленных. Ну, а во-вторых, сжечь тела погибших. А то кто знает, нащупает какой-нибудь неизвестный нам демон дольнего мира мертвые тела, кинет на них один из своих энегопотоков, и пойдут гулять по пограничью десятки умертвий, которые жаждут человеческой плоти и крови. Нам это надо? Само собой, нет. А поскольку хоронить людей в могилах на севере не принято, да и нет на это времени, они будет сожжены, тем более что ночью враг не увидит дыма костров. Однако, это только во вторую очередь, поскольку получение информации дело более важное и приоритетное.

Командиры моего отряда сидели вокруг жаркого костра. Мы все только что поужинали, еще раз обсудили минувший бой, и я обратился к одному из воинов сержанта Амата, десяток которого занимался допросом оленеводов:

— Скажи сержанту, пусть языков тянет. Начинаем с самых разговорчивых.

Воин кивнул и скрылся в темноте, а через пару минут, сопровождаемый двумя дружинниками, у костра упал на колени один из пленников, сильно избитый средних лет человек, в глазах которого было нетрудно разглядеть животный страх. Все ясно, Амат и его люди работали на результат, быстро подавили волю вражеского вояки и теперь он ответит на любой вопрос, лишь бы только его не пытали. Допрос в полевых условиях дело злое и со всех сторон некрасивое. Но пентонала натрия у нас нет, а его магические заменители дороги и тратить эти эликсиры на то, чтобы пообщаться с человеком, здоровье которого никого кроме него самого не беспокоит, слишком расточительно. И учитывая, что про Женевские Конвенции в мире Кама-Нио никто и никогда не слышал, потрошили пленников жестко. Впрочем, это отступление от темы, пора начинать допрос.

— Как тебя зовут? — спросил я пленника.

— Двэн из рода Сапфир, — без промедления ответил нанхас.

— Кто ты в вашем войске?

— Обычный десятник.

— Сколько вас пришло на наши земли?

— Больше тысячи воинов и двадцать семь шаманов.

— А в вашем отряде сколько людей?

— Двести всадников, сотня пехоты с лыжами на санях и десять шаманов. Было. Теперь меньше. Половина воинов Океанские Ястребы, а другая половина из союзников. Все чародеи сплошь наши, из кочевых.

— Какова ваша цель?

Пленник замялся, и тут же от одного из воинов за спиной получил хлесткую пощечину по правому уху. Удар этот болезненный, не всякая барабанная перепонка его выдержит. Поэтому Двэн взвыл от боли и упал лицом в подтаявший от жара костра снег. Однако его быстро подняли, взбодрили пинком и он выпалил:

— Мы должны пройти мимо крепости Мкирра, совершить рывок на рудники в предгорьях Аста-Малаш, а затем отвернуть в сторону, разбиться на мелкие группы и прорываться на юг. Нам приказано выжигать деревни имперцев, вырезать население, перехватывать торговые караваны и наводить на остверов ужас. Этот дальний рейд должен продлиться не меньше месяца.

— А после?

— Когда отряд привлечет к себе все свободные резервы имперцев, и они станут ловить нас всерьез, мы соберемся в кулак. Где, не знаю. И что будет дальше, мне неизвестно.

— Поверю тебе. Пока. Кто командует всей вашей армией?

— Всеми нашими силами руководит славный вождь Ратэрэ Дючин, а Ястребами сотник Вис Беренц.

— А кто руководит вашим отрядом?

— Сотник Костар Обер. Океанский Ястреб. Сын большого вождя.

— Что у вас с продовольствием?

— Плохо. В пустошах добычи нет. Вся дичь выбита или ушла к морю и в горы. В племенах начинается голод, а в пути хорошей охоты не было. Мы надеялись на то, что у вас продовольствие добудем, но пока ничего нет. Поэтому наша полусотня и отстала от основного отряда.