Сборник "Уркварт_Ройхо" Книга 4-6 (СИ)

— Есть некоторые моменты, которые меня смущают. Поэтому над вашим предложением, бесспорно, выгодным для меня, стоит хорошенько поразмыслить.

— И что тебя беспокоит?

— Во-первых, я в курсе того, что Улле Ракойна и Кама-Нио это одно лицо. Это ведь так?

— Да. Все так и есть. В империи Добрую Мать принято называть Улле Ракойна.

— А раз так, то почему Кама-Нио называет врагами своих верных сторонников нанхасов? Обычно, в таких случаях боги и богини занимают нейтральную позицию. То есть если мы воюем с республиканцами, которые, так же как и остверы, веруют в Самура Пахаря, Ярина Воина и Бойру Целительницу, боги не запрещают своим служителям участвовать в боях, но никому не помогают. А тут странность.

Госпожа Ириф удовлетворенно кивнула, и этот жест мне напомнил движение Алая Грача. После чего она ответила:

— Ты прав и не прав граф. В своем послании богиня сказала враг всех людей, а нанхасы тоже люди. Значит, речь шла не о северянах. Понимаешь, о чем я?

— Кажется да. Но тогда непонятно, что это за новый враг и откуда он.

— Эх! — вздохнула Ириф. — Если бы все знать, как бы нам тогда проще жилось. У богов своя логика, которую нам понять очень трудно, а зачастую даже невозможно. Поэтому мы не ведаем, кого богиня определила как врага людей. Может быть это какой-то демон, сумасшедший еретик, мутанты или нечеловеческая раса. Нам неизвестно когда и откуда придет этот противник, да и появится ли он вообще, ибо надвигается это не значит, что враг рядом. И все что нам остается, это верить богине и выполнять Ее волю.

— Ну, раз так, — я встал и поклонился жрице, — я готов оказать вам и вашим жрицам всемерное содействие.

— Отлично! — Ириф продолжала сидеть. — Мы пришлем своих строителей и представительниц в ваш замок уже через несколько дней. Они выберут место, где будет воздвигнуто святилище, и мы более подробно обговорим наши дальнейшие совместные действия.

— Да будет так!

Мы разговаривали с госпожой Ириф еще около часа, и в основном разговор шел на нейтральные темы. Она пыталась составить мой психологический портрет и словно тестировала меня, а я пытался выудить из нее дополнительную информацию о богине и планах жриц Улле Ракойны на будущее. Время пролетело незаметно, собеседница у меня была интересная, и вот наступил вечер. За окном стало смеркаться, и с ночных небес посыпался снежок. Я проводил настоятельницу к карете, и мы расстались добрыми приятелями, если можно так сказать о молодом дворянине и женщине, которая вчетверо его старше. И после этой встречи, вновь оставшись в одиночестве, я мог сказать, что день удался. Но он еще не закончился.

Сначала появился Дэго Дайирин, который обрадовал меня известием, что деньги от последнего похода получены. А затем примчался гонец с гербом Куэхо-Кавейр на плаще, который сообщил, что на границе нашего герцогства замечены нанхасы, боевой отряд в тысячу воинов с парой десятков шаманов. Поэтому мне снова пришлось ломать все свои планы. И отдав Дэго приказ позаботиться о Тиме Теттау, которого, наверняка, скоро выпустят из застенков Тайной Стражи, во главе трех десятков своих воинов, с верным магом за спиной, я направился к городскому телепорту. Впереди был очередной бой, горячая схватка с сильным противником, свист клинков и смертельные заклинания из раздела боевой магии. Только в этот раз не мы пришли к врагу, а он к нам, и северяне в средствах стесняться не станут. Но ничего, нам есть, чем их встретить, а одна тысяча северян это не пять, которые могли бы нас навестить, если бы не было рейда к горе Анхат, так что мы выстоим.

Глава 16

Первый мой бой с северянами в этом году произошел через шесть дней после отбытия из столицы. И тогда я загадал, что как он сложится, таким и весь год будет. Поэтому его можно занести в знаковые события моей жизни. И о нем, как и о начале зимней военной кампании против нанхасов, можно рассказать поподробней…

О том, что этой зимой, как и прошлой, возможен налет противника, герцог Гай, его умудренные жизнью советники и все феодалы владения Куэхо-Кавейр, конечно же, знали. И к тому, что нам придется повоевать, мы были готовы. Но сколько не готовься, когда враг оказываются у твоего порога, выясняется, что к его отражению не все готово, а стройные схемы по обороне рассыпаются и переделываются походу дела. Такова военная реальность.

Однако наши совместные потуги укрепить оборону герцогства все же дали некоторый положительный результат. И когда сборное войско нашего молодого сюзерена сошлось вблизи крепости Содвер и приготовилось к битве, а нанхасы, не вступая в боестолкновение, разделились на три отряда, в десяти километрах от крепости оставили заслон, и начали обходить нас по флангам, дабы устремиться вглубь герцогства, вопроса как поступить, не возникало. Северяне желают малой войны? Они ее получат. И наша полевая армия, которая насчитывала одиннадцать сотен всадников, пятьсот проходивших в окрестных лесах обучение партизан, тысячу ополченцев и двадцать чародеев, тоже разделилась на части и начала погоню за врагом.

Что должен делать каждый отряд и гарнизоны крепостей, командиры понимали достаточно четко, и потому все делалось быстро. Армия распалась на фрагменты и началась война, в первые сутки больше напоминавшая учебные маневры, в которых участники знают свою роль и соблюдают все предписанные им маршруты. Ну, а в целом, диспозиция выглядела следующим образом.

Крепости Содвер, Эрра и Мкирра, гарнизоны которых насчитывали по полторы сотни герцогских дружинников и пару магов, должны были служить точками опоры для наших полевых войск. За высокими стенами в любое время можно оставить раненых, отогреться, восстановить силы, получить продовольствие, пополнить боезапас, поменять лошадей и получить сведения о состоянии дел в пограничье. С этим все понятно.

Правый фланг возглавил мой товарищ и такой же протектор севера, как и я, барон Хиссар, к которому был прикомандирован первый советник герцога Гая шевалье Игнацио Торрэ. В его отряд вошла личная сотня воинов, двести дружинников иных баронов герцогства, пятьсот ополченцев, сотня партизан и пять магов. И с этими силами он был обязан остановить нанхасов на своем направлении и удерживать невидимую линию Содвер — Эрра, а это около шестидесяти километров по прямой. Местность преимущественно лесистая и содержит много оврагов. Вблизи семь пустых деревень, жителям которых приказано эвакуироваться, и в непроходимых дебрях есть три базы, где имелась возможность отдохнуть.

Левый фланг достался мне, графу Уркварту Ройхо, и третьему советнику герцога шевалье Томашу Смелу. У меня триста пятьдесят своих воинов, среди которых десяток барона Эхарта, сотня пеших партизан-лыжников и пять чародеев. А задача у меня точно такая же, как и у Хиссара. Имеющимися силами я должен удерживать оборону по линии Содвер — Мкирра, что составляет шестьдесят девять километров по прямой. И при этом нельзя было дать противнику проникнуть вглубь герцогства и отроги Аста-Малаш, где находятся железоделательные рудники. Местность по большей части холмистая с лесами на востоке и горами на западе. Деревушек всего пара и обе обезлюдели еще позапрошлой зимой. В паре десятков километров левее Мкирры уже знакомые мне рудники, которые некогда принадлежали олигарху Тангиму, где недавно за счет ополченцев усилили охрану и где до сих пор находится около двух тысяч крепостных рода Ройхо. Ну, а помимо этого в зоне моей ответственности есть пять лесных лагерей, которые разбиты на базе охотничьих заимок, и на каждой имеется небольшой запас продовольствия и сухие дрова.

Ну, а что касательно центра, то его, естественно, взял на себя жаждущий подвигов герцог, с которым находился его второй советник Рутман Калей-Ван. У него было пятьсот конников, триста партизан, пятьсот ополченцев и десять магов. И он оставался в Содвере, на острие нашего оборонительного крепостного треугольника. Его соединение наблюдало за расположившимися на хорошей позиции нанхасами и являлось резервом, который не только удержит главную транспортную артерию герцогства Южный тракт, но и, опираясь на него, сможет быстро придти на помощь фланговым отрядам.