Портреты Пером (СИ)

Спокойный голос Исами впервые дрогнул.

Арсений спустил ноги с кровати, упираясь ладонями в покрывало, слегка наклонился, ловя тёмный отрешённый взгляд.

– Не рассказывай, – сказал тихо и твёрдо. – Не надо. Я понял.

Она кивнула. Показалось, но во взгляде промелькнуло облегчение.

– Так, собирая ключи, я стала Пером, – продолжила Исами тихо. – Кукловод был добр ко мне, в отличие от других. Я могла просить чай или тряпки для перевязки, один раз он даже расщедрился на перекись… Или это был Джон… Джон Фолл. В те дни он, мстящий за своё прошлое, мог просто передавить нас всех. В этом доме мы были в полной его власти.

– Так ты знаешь о дневниках?

Исами отрицательно качнула головой.

– Нет… Чьи дневники?

– Джона… ладно, неважно, – Арсений отмахнулся. Он понял, что в голове начинает складываться картинка. Пока смутно, но всё же. – В любом случае, я знаю об его убитых родителях. А почему ты сказала о мести… или… погоди, он пытался найти настоящего убийцу?

– Да, – Исами положила узкую ладошку на покрывало. Рядом. Арсений так и не понял, специально или нет, но поразился, как изящно её рука смотрится в сравнении с его длиннопалой лапищей. – Он пытался найти виновного в смерти его семьи. Восстановить справедливость. Потому собрал всех, кого подозревал хотя бы косвенно, в этом доме, и… сыграл с нами. В игру, где ставкой были не просто наши жизни и свобода, но и наша человечность… Но ты вряд ли знаешь другое. – Тонкие пальцы сжали ткань покрывала, в то время как в лице ничего не дрогнуло. – Именно я давным-давно вынесла приговор мальчику, Джону Фоллу. Все улики были против, я не сомневалась ни секунды… И спустя десять лет после этого оказалась в его руках.

– Ты не убийца, – Арсений всё-таки накрыл её ладонь своей, хотя не был уверен, что поступает правильно. – И не ты виновата в случившейся трагедии.

Исами мягко высвободила пальцы из-под его руки, снова потянула оставленную было ленту.

– Не так важно, кто виноват. По крайней мере, сейчас. Так вот, спустя месяц заточения я собрала два паззла и получила два ключа, и, как ты можешь понять, многим не нравилось то, что Кукловод благоволит мне. Вряд ли я сумела бы прожить долго… Но к тому времени нашлись ещё два человека, которые не потеряли голову и поняли, что ключи от двери – наш общий шанс выжить и выбраться на свободу. Они с самого начала действовали в паре, потом один пришёл ко мне и предложил помощь. Мы стали братьями по оружию, вместе проходили испытания, искали ключи, обороняли своё логово – здесь, в этой комнате… – Взгляд Исами остановился на картине особняка, по которой сейчас пробежала белая игрушечная мышь. Арсений невольно подумал, сколько уже не ловил этих игрушек, как и не собирал деревянных марионеток по особняку.

– Мы помогали друг другу, но мы никогда не называли друг друга по именам. Я была Тигром, Райан – Драконом, имени Обезьяны я тогда не знала.

– И вы остались, – уточнил Арсений. По дневникам и так понятно, но ему хотелось услышать это от самой Тэн.

Она вздрогнула – кажется, успела напрочь забыть о его существовании.

– Да, только мы трое. – Голос Исами внезапно стал другим – спокойным и почти деловитым. – Год спустя мы собрали ключи, и Кукловод открыл перед нами дверь. Оказавшись на свободе, мы сразу же разошлись, кто куда. Позже, перед началом второго акта, Райан позвал меня в особняк. Я не знала, что он вернулся. К тому времени я серьёзно увлеклась тем, чему меня когда-то учил дед, около семи месяцев изучала оккультные науки. Меня словно тянуло ко всему мистическому и непознанному, а когда я вернулась в особняк, сразу поняла, что здесь… Что дом болен. Но об этом – потом. Я вернулась в октябре. Учитель – тогда мы ещё звали его так – впустил меня, позволил быть здесь и помогать в подготовке Второго акта. Потом пришёл и Обезьяна. Зимой, незадолго до того, как в доме очутились первые пленники. Но ему Учитель войти не позволил, чему я и Райан были только рады. Несмотря на то, что мы год сражались бок о бок, я… да и Дракон, мы никогда не могли довериться ему полностью.

– Он вас предал?

– Нет. Но человеку не обязательно совершать предательство, чтобы другие перестали ему доверять. – Исами отодвинула фонарик чуть дальше. – Он бил исподтишка, не сражался в открытую. Не выходил один, и прежде всего проверял, прикрыта ли его собственная спина, а право первым войти в тёмному комнату предоставлял всегда другому. А ещё – упивался проливаемой кровью. Я видела… – она встряхнула головой. – Нам приходилось убивать, а он убивал… с радостью.

Она замолчала. Арсений секунд десять сидел неподвижно, ожидая, что Исами снова заговорит, потом всё-таки вякнул:

– И вот это самое оно, любящее убивать, пробралось в особняк через тоннель?

Что с этим тоннелем ещё

Не пойму что

– Да. – Исами вдруг поднялась, схватила фонарик. – Рассказать осталось не так много, но… Идем со мной. Райан сказал мне, что делает, и я хочу, чтобы остальное ты услышал от него.

– А ты точно уверена, – Арсений не спешил вставать с кровати, отчасти из-за ноющей задницы, и с прищуром разглядывал японку, – что не можешь рассказать сама?

Тэн покачала головой.

– Ты очень помог ему, он это ценит. Я говорю правду. Просто Дракон не умеет доверять людям.

– Ага, а сейчас просто отличное время, чтобы научиться.

Арсений нехотя слез с кровати, потянулся.

Ладно уж. Позлю хвостатого фактом своего существования прямо с утра пораньше.

Отличное начало дня.

Исами повела его на чердак. Райан был там и работал – уложил доску на расчищенный ящик и теперь отпиливал от неё небольшой брусок. Хвост был собран на затылке, сложен в три раза и перемотан лентой, чтобы пряди не падали на плечи и не мешались. На появление Перьев Форс только головой мотнул и вернулся к своему занятию. Первый брусок упал на пол, плаха была передвинута, пила снова вгрызлась треугольными зубами в древесину.

– Я хотела, чтобы ты сам рассказал Перу о том, что делаешь, – твёрдо сказала Исами, остановившись в метре от него. – Предысторию он уже знает.

Райан прекратил пилить. Выпрямился, отложил пилу. Молча прошёл к креслу, сел спиной к ним.

– Позитивное начало, однако, – кивнул сам себе Арсений, оставшийся стоять у порога. Тэн не шелохнулась.

Но Райан всё-таки заговорил. Спокойно, без яда в голосе.

– Ты доверяешь ему. Почему?

– Это просто интуиция, Райан. Та, благодаря которой я не попадала в ловушки…

– Это была ловкость, а не интуиция, – резко перебил хвостатый. – Почему?

Тэн помолчала несколько секунд.

– Ты не любишь, когда я говорю о той стороне, – ответила наконец.

– Опять эта твоя мистика… – длинные-длинные пальцы бесшумно постучали по столу.

– Да. Просто я знаю, что Арсений нужен этому дому. Перо может всё исправить, даже если ради этого придется…

Райан резко развернул вертящееся кресло, и Исами умолкла на полуслове.

Арсений тихонько присвистнул. Градацией степеней своей злючести Форс удивлял его не раз, а вот выражением спокойного холодного презрения порадовал впервые.

– Прекрати нести чушь и убеждать его в избранности. Ты выгораживаешь его, потому что он – Перо, каким была ты сама, вот и всё.

– По этой причине тоже, но она не главная, – тихо возразила Тэн.

– Э… ребят, может, вы тут без меня поговорите, а я пойду, да? – Арсений двумя указательными пальцами сначала указал в сторону окошка, потом ткнул в дверной проём. – А то…

– В дом влез третий ученик Кукловода, – резко заговорил Райан, слегка повысив голос. Тяжёлый взгляд золотистых глаз безошибочно нашёл его, хотя Арсений и стоял в темноте, у самого входа, навалился почти удушающе.– Первые двое — мы, как ты уже мог понять. Обезьяну нужно поймать и выдворить из дома, или хотя бы следить за ним. Для этого я собираю ловушку и веду слежку за домом. Все, точка. За подробностями обращайся к собственным мозгам.

Договорив, он резко крутанулся в кресле обратно к мониторам. Исами знаком показала, что лучше уйти.