Решающие войны в истории
Решающие войны в истории читать книгу онлайн
Английский военный историк и теоретик капитан Бэзил Генри Лиддел-Гарт, будучи редактором энциклопедии «Британника» и вынужденно копаясь в различных периодах военной истории, пришел к выводу, что решающие результаты в какой бы то ни было кампании достигались только в том случае, если действия полководцев были противоположны ожиданиям противника, «непрямыми», как он их назвал. Его стратегия «долгого пути вокруг», поиск верной военной доктрины исследуются в настоящей книге на примере войн, кардинально повлиявших на развитие мировой истории.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Германский план отличало стремление обеспечить тактическую внезапность более тщательно и более дальновидно, чем это наблюдалось в любой из более ранних операций этой войны. Надо заметить в похвалу германскому командованию и штабу, что они осознали, что отсутствие внезапности — это препятствие, которое нельзя компенсировать численным превосходством, и, как только оно создано, его редко преодолевают. Что эффективная внезапность может быть достигнута только с помощью хитроумной смеси из многих вводящих в заблуждение противника мероприятий. Что только такой хитроумный ключ может распахнуть ворота в этом стене позиционной обороны, выстраивавшейся длительное время. Короткой, но интенсивной артподготовке с использованием химических снарядов было суждено стать главным элементом — Людендорф (так у автора. Но все-таки начальником Генштаба (с августа 1916 г.) и фактическим главнокомандующим был Гинденбург. Хотя Людендорф (1-й генерал-квартирмейстер Верховного командования германской армии с августа 1916 г.), являясь непосредственным помощником Гинденбурга, фактически часто руководил действиями войск. И далее в тексте «Людендорф» (у автора) следует понимать как «Гинденбург и Людендорф». — Ред.) не смог уяснить для себя значение танков и их использование в операции. Но, кроме того, пехота была обучена новой тактике проникновения, ведущая идея которой состояла в том, что передовые отряды должны разведать слабые места в обороне противника и проникнуть сквозь них, а резервы направляются на поддержку успеха, а не для того, чтобы восстанавливать положение в случае неудачи. Штурмовые дивизии планировалось перебрасывать по ночам, массы артиллерии втайне перевозились близко к фронту и должны были открыть огонь без предварительной пристрелки. Кроме того, демонстративная подготовка к наступлению, проведенная на других участках фронта, помогала ввести противника в заблуждение относительно места решающего удара.
Но и это еще не все. Из опыта безуспешных наступлений союзников Людендорф сделал вывод, что «решение тактических задач должно предшествовать достижению чисто стратегических целей, так как преследование этих целей будет бесполезно, если не будет обеспечен тактический успех». Ввиду отсутствия стратегических непрямых действий это, несомненно, верно. Отсюда в германской доктрине новая тактика должна была сопровождаться новой стратегией. Одна была естественным следствием другой, и обе базировались на новом или возрожденном принципе, то есть придерживались линии наименьшего сопротивления. Условия 1918 года во Франции ограничивали возможности для избрания линии наименьшего ожидания, да и Людендорф не пытался ее избрать. Но когда армии противника растянулись в непосредственном соприкосновении, занимая эшелонированную и глубокую линию обороны, быстрый прорыв, за которым следует быстрое развитие успеха вдоль линии наименьшего сопротивления, мог бы близко подвести к цели, которая обычно достижима только при действиях по линии наименьшего ожидания.
Прорыв немцев оказался стремительным, использование его результатов быстрым. И тем не менее этот план провалился. В чем же была ошибка? После этих событий и после войны главный огонь критики сосредоточился на том, что тактическое заблуждение заставило Людендорфа изменить направление удара и рассредоточить свои силы, сконцентрироваться на тактическом успехе в ущерб стратегической цели. Похоже (к тому же так и говорилось), что основной принцип действия был ошибочным. Но более близкое изучение германских документов, когда это стало возможным, и собственных приказов и поручений Людендорфа проливает иной свет на этот вопрос. Вероятно, на самом деле истинная ошибка коренилась в неспособности Людендорфа воплотить на практике новый принцип, который он принял в теории; что он либо не уловил, либо упустил все последствия, которые влечет за собой эта новая стратегическая теория. Потому что в действительности он рассредоточил слишком большую часть своих резервов, пытаясь скомпенсировать тактические неудачи на отдельных участках фронта, и слишком долго колебался перед принятием решения воспользоваться своим тактическим успехом.
Проблемы начались еще при выборе им участка для нанесения главного удара. Он был осуществлен силами 17, 2 и 18-й армий на 106-километровом фронте между Аррасом и Ла-Фером. Рассматривались два альтернативных предложения. Первое — атаковать фланги Верденского выступа — было отклонено по той причине, что там была неблагоприятная местность, что этот прорыв вряд ли привел бы к решающему результату и что французская армия слишком хорошо восстановила силы после почти годового «курса выздоровления», который никто не прерывал. Другое — атаковать между Ипром и Лансом, хотя и поддерживалось стратегическим советником Людендорфа Ветцелем, а также принцем Рупрехтом, командовавшим фронтом между Сен-Кантеном и морем, было отвергнуто, потому что здесь пришлось бы столкнуться с основной массой британской армии, и потом, эти низменные территории высыхают слишком поздно (очевидно, вторая, а не первая причина. — Ред.).
Выбор пал на сектор Аррас — Ла-Фер, исходя из соображений, что помимо того, что здесь местность была благоприятной, этот сектор был самым слабым по средствам обороны, защищающимся войскам и резервам. Более того, он располагался близко к стыку между французской и британской армиями, и Людендорф надеялся расколоть их, а потом разгромить британцев, которых он считал серьезно ослабленными (морально. — Ред.) продолжительными боями под Ипром. (В ходе попыток наступать под Ипром англичане с 31 июля по 10 ноября продвинулись (лишь местами) до 6 км, потеряв 400 тысяч убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Хотя использовали колоссальное количество артиллерии (и горы снарядов), танки и т. д. Немцы, отразившие английские удары, потеряли 240 тысяч человек. — Ред.) Но хотя относительная слабость этого сектора была справедливой в целом, эта классификация была расплывчатой и неточной. Северная треть сектора фронта германского наступления была сильной и прочно удерживаемой британской 3-й армией из 14 дивизий (четыре в резерве), в то время как основная часть британских резервов находилась на этом фланге, который также мог получить и получал своевременную поддержку от других британских армий, дислоцированных к северу. Оставшиеся две трети сектора, на который пришелся германский удар, удерживала британская 5-я армия. Центральная часть, противостоявшая германской 2-й армии, удерживалась 7 дивизиями (две в резерве). Южная часть, располагавшаяся перед германской 18-й армией, также удерживалась 7 дивизиями (одна в резерве).
Но Людендорф придал своей 17-й армии под Аррасом 19 дивизий для начальной атаки только ее левым флангом на фронте в 15 километров. Южнее наступала 2-я армия. Так как британский выступ в направлении Камбре не намечался для прямой атаки, но ставилась задача только сковать его, эта 6,5-километровая полоса была адекватно занята двумя германскими дивизиями, а у 2-й армии было 18 дивизий для наступления на 15-километровом фронте. На крайнем юге по обе стороны от Сен-Кантена наступала 18-я армия. Людендорф выделил ей лишь 24 дивизии для наступления на фронте в 32 километра. Отсюда мы видим, что ей была отведена лишь половина мощи по отношению к другим армиям. Несмотря на этот принцип, он распределял свои силы в соответствии с вражеским потенциалом, а не концентрируя их против пунктов слабейшего сопротивления. Направление, заданное в его приказах, еще более подчеркивало этот момент. Главный удар наносился к северу от Соммы. 17-я и 2-я армии после прорыва оборонительных позиций союзников должны были устремиться на северо-запад, оттесняя британцев в направлении побережья, в то время как река Сомма и 18-я армия должны были обеспечивать их новый фланг. Этот план претерпел радикальные изменения при исполнении, и внешне выглядело, что он придерживается линии наименьшего сопротивления, потому что Людендорф имел быстрый успех там, где на это не рассчитывал, и потерпел неудачу там, где больше всего ожидал успеха.