История России. XX век. Как Россия шла к ХХ веку. От начала царствования Николая II до конца Граждан
История России. XX век. Как Россия шла к ХХ веку. От начала царствования Николая II до конца Граждан читать книгу онлайн
Эта книга – первая из множества современных изданий – возвращает русской истории Человека. Из безличного описания «объективных процессов» и «движущих сил» она делает историю живой, личностной и фактичной.
Исторический материал в книге дополняет множество воспоминаний очевидцев, биографических справок-досье, фрагментов важнейших документов, фотографий и других живых свидетельств нашего прошлого. История России – это история людей, а не процессов и сил.
В создании этой книги принимали участие ведущие ученые России и других стран мира, поставившие перед собой совершенно определенную задачу – представить читателю новый, непредвзятый взгляд на жизнь и пути России в самую драматичную эпоху ее существования.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Меморандум был вручен Императору Николаю II 4 сентября 1914 г. в Царском Селе. Прощаясь с чешскими делегатами, по воспоминаниям одного из них, Отакара Червены, Царь сказал: «Я надеюсь, что нам Бог поможет, и думаю, что желания Ваши будут осуществлены». Вскоре была создана в Киеве чешская, позже названная Чехословацкой, дружина – стрелковый батальон из пяти рот, 1200 человек. Она была включена в состав Императорской армии. Личный состав принимал присягу Царю, знамя освящалось православным духовенством в Киеве. Большинство офицеров и унтер-офицеров были русскими, переведенными из других частей Русской армии. С октября 1914 г. Дружина воевала на Юго-Западном фронте в 3-й армии. В 1915 г. в нее было принято нелегально 60 военнопленных чехов и словаков, подавших прошение о российском подданстве. Весной 1916 г. Императорское правительство приняло решение о приеме в армию военнопленных славян. К моменту Февральской революции Дружина превратилась в три полка и стала Чехословацкой бригадой Российской армии. Бригадой командовал русский полковник Вячеслав Платонович Троянов (1875–1918).
Наиболее серьезным испытанием национальной политики правительства стал польский вопрос. В самом начале войны Великий князь Николай Николаевич публично заявил о том, что после войны Россия может признать автономию Польши в рамках Российской Империи.
Документ
Воззвание к полякам Верховного Главнокомандующего Русской армией Великого князя Николая Николаевича:
«Поляки! Пробил час, когда заветная мечта ваших отцов и дедов может осуществиться. Полтора века тому назад живое тело Польши было растерзано на куски, но не умерла душа ее. Она жила надеждой, что наступит час воскресения польского народа, братского примирения его с великой Россией. Русские войска несут вам благую весть этого примирения. Пусть сотрутся границы, разрезавшие на части польский народ. Да воссоединится он воедино под скипетром Русского Царя. Под скипетром этим возродится Польша, свободная в своей вере, языке, в самоуправлении. Одного ждет от Вас Россия – такого же уважения к правам тех народностей, с которыми связала вас история. С открытым сердцем, с братски протянутой рукой идет к вам великая Россия. Она верит, что не заржавел меч, разивший врага при Грюнвальде. От берегов Тихого океана до северных морей движутся русские рати. Заря новой жизни занимается для вас. Да воссияет в этой заре знамение креста, символа страдания и воскресения народов.
Верховный Главнокомандующий Генерал-адъютант Николай. 1 (14) августа 1914 г.»
Однако разногласия в правящих кругах не позволили перевести вопрос в практическую плоскость. Правое крыло правительства Горемыкина не было готово предоставить полякам даже те права, которые они имели в Австро-Венгрии. В первые годы войны власти безуспешно пытались выработать проект будущего устройства польского края. Лишь летом 1916 г. по инициативе министра иностранных дел Сазонова его разработка была продолжена. В проекте, разработанном С. Е. Крыжановским, речь шла о праве Польши на особое законодательство в ее внутренних делах. Однако опасения большинства кабинета, что польский пример пробудит «затаенные вожделения» об автономии и у других народностей, помешали довести дело до конца. Сазонов, во многом из-за того, что являлся горячим сторонником широкой польской автономии, был уволен в отставку. Штюрмер, горячо протестовавший против проекта Сазонова, торжествовал победу. Победа эта, впрочем, оказалась грубым просчетом имперской администрации. 23 октября (5 ноября) 1916 г. Германия и Австро-Венгрия провозгласили создание независимого Королевства Польского.
Готовясь к наступлению в Польше весной 1917 г., Россия не могла оставить в стороне разрешение польского вопроса. Отстранив Штюрмера, 12 декабря 1916 г. Николай II издал приказ армии и флоту за № 870, в котором, среди прочих задач России в войне, назвал «создание свободной Польши из всех трех ее ныне разрозненных областей». Таким образом, декларация Великого князя Николая Николаевича была подтверждена Императором. Созданный в октябре 1914 г. Польский легион в составе Императорской русской армии (на правах резервного батальона) был в январе 1917 г. развернут в стрелковую дивизию и Польский уланский полк с последующим развертыванием в I Польский корпус. Правительство князя Голицына в феврале 1917 г. провело несколько заседаний по польскому вопросу, где обсуждались два возможных его решения: Польское государство, связанное с Россией личной унией, но вполне независимое в своих внутренних делах (как Венгрия в составе Австро-Венгрии или Финляндия в составе России) или «отделившись от России стать государством совершенно независимым». 12 февраля Совет министров принял решение, что полная независимость Польши от России была бы наиболее справедливым и целесообразным разрешением польского вопроса. Император не успел или не захотел утвердить это решение Совета министров. Но, как бы то ни было, в последний момент существования Российской Империи русское правительство совершенно свободно склонилось к восстановлению полной независимости Польского государства.
Свидетельство очевидца
«Между русскими и поляками было пролито слишком много братской крови, чтобы их примирение могло состояться иначе, как на началах высшей справедливости и полного признания взаимных исторических прав». – С. Д. Сазонов. Воспоминания. – С. 339.
Во время войны практически все политические партии России сформулировали адекватные их политическим мироощущениям национальные программы. Русские либералы – октябристы и кадеты строили свои национальные программы на признании исторической законности единого многонационального Российского государства, октябристы оставались централистами, высказываясь за «исторически сложившийся унитарный» характер российского государственного устройства, за отрицание идей автономии и федерализма в применении к русскому государственному строю. Единственное исключение они делали для Финляндии, за которой признавалось право на автономию при условии сохранения связи с Россией. Центристские элементы преобладали среди меньшевиков Грузии и Азербайджана, стоящих на позиции «нейтралитета» в борьбе России с Германией и Турцией. Напротив, армянские дашнаки и гнчакисты, на словах осуждавшие войну, выступали за победу России, связывая с ней надежды на создание в турецкой Армении автономного государства. Украинская социал-демократия (УСДРП) распалась на три группы: германофильскую, оборонческую и «интернационалистскую», представители которой решительно отрицали право наций на самоопределение, обвиняя большевиков в «сепаратизме», требуя для национальных меньшинств лишь территориальной или культурной автономии.
Часть членов Белорусской социалистической громады в оккупированных Германией районах выступала за создание независимой Белоруссии под протекторатом Германии.
Сразу же после начала войны создается Литовский национальный центр, возглавляемый литовцами – депутатами IV Думы. Литовцы обратились к Председателю Совета министров Горемыкину с предложением безотлагательно приступить к созданию единой автономной литовской губернии из Виленской, Ковенской губерний, части Сувалкской губернии и части Восточной Пруссии, которую предстояло еще отвоевать у неприятеля. Депутат Мартын Ичас обещал, что в случае автономии литовцы с радостью будут сражаться за свою землю в рядах русской армии «против ненавистного пруссачества». В целом вполне законное предложение это вызвало столь острые трения между литовцами, поляками и евреями, населявшими означенную территорию, что русское правительство предпочло отложить решение этого вопроса до конца войны. Другие литовские политики мечтали о возрождении независимой Литвы и потому желали поражения России в наступившей войне. Среди них был и будущий президент независимой Литвы, юрист и журналист Афанасий Сметона (1874–1944).