Возраст любви

— Я долгое время считал, что твой отец поступил с нами жестоко, но потом понял, что, вероятно, он был прав. Ведь ты столько раз говорила мне, что мы не подходим друг другу, — криво усмехнулся он.

Фреда и Келвин — да, подумала девушка, но вот Эльфи и Келвин…

Ее глубоко ранило предательство родного отца, но он скончался, а они с Келвином продолжали жить, и девушка не собиралась отступать, пока не выяснит, что тот чувствует к ней теперь!

— Моя коллекция единорогов стоит в гостиной на серванте, — тихо сказала она, надеясь, что Келвин поймет скрытый смысл этих слов.

После того, как Фреда нашла эти письма, она могла позволить себе быть Эльфи.

Келвин судорожно вздохнул, и его щека нервно дернулась.

— Это хорошо, — уклончиво пробормотал он.

Сквозь застилавшие глаза слезы Фреда едва различала его лицо.

— Помоги мне, Келвин! — взмолилась она.

— Чего ты от меня хочешь? — воскликнул он. — Чтобы я поговорил с Дейлом?

— Черт бы побрал Дейла! — взорвалась девушка, не в состоянии больше сдерживаться. — И моего отца! И Джулиана тоже!

Эти трое мужчин походили друг на друга. Все они чего-то хотели от нее и не позволяли ей оставаться самой собой и быть счастливой. Келвин никогда так не поступал. Наоборот, он долго и безуспешно пытался возродить в ней Эльфи!

— Неужели ты не понимаешь, Келвин, что если бы я знала о твоих попытках найти меня и о лжи моего отца, то никогда не согласилась выйти замуж за Джулиана. И не стала бы встречаться с Дейлом… Я пошла бы на все, чтобы быть с тобой. — Теперь они стояли совсем близко друг к другу. — Келвин, я люблю тебя и всегда любила, но не верила, что ты можешь полюбить такую, как я! — в отчаянии закончила она.

— Эльфи! — тихо воскликнул Келвин с искренней радостью в голосе.

— Да, я Эльфи! О, Келвин! — Фреда схватила его за руки. — Пожалуйста, поверь мне! Даже когда я сердилась на тебя, все равно хотела…

— Поцеловать меня? — спросил он, и страстно прильнул к ее рту.

Он любит меня! — ликовала Фреда. Об этом говорит его поцелуй, нежный и жадный одновременно.

— Ты выйдешь за меня, Эльфи? — Келвин отодвинулся, взволнованно всматриваясь ей в лицо, словно не в силах поверить в свое счастье.

Фреда прижалась к его груди и дрожащими пальцами ласково погладила любимое лицо.

— Я бы давно вышла за тебя, если бы ты попросил меня об этом. Наперекор своему отцу, твоей матери… — любому, кто попытался бы остановить нас. Ты веришь мне? — И она подняла на него ясные серые глаза.

Несколько долгих мгновений Келвин изучал ее лицо, а потом схватил в объятия.

— Верю! Какого черта мы потратили столько времени даром?!

Фреда уютно устроилась в кольце его сильных рук и, слабо улыбаясь, склонила голову на плечо.

— Милдред возненавидит нас!

— Ну и что? Вспомни, что ты только что говорила! Нам теперь никто не сможет помешать. — Келвин усмехнулся, — К тому же я думаю, что мою мать больше не волнует, на ком я женюсь! Пару недель назад я твердо сказал ей, что никогда не стану политиком и не женюсь на Хильде Прентис.

— А мне показалось, что она тебе понравилась, — напомнила Фреда.

Келвин сокрушенно покачал головой.

— Правильно. Но я оказывал ей знаки внимания, только чтобы вызвать ревность у тебя!

— И тебе это удалось, — смущенно призналась Фреда. — Я не могу видеть рядом с тобой других женщин.

— И никогда не увидишь, — убежденно ответил он.

— Ты начал рассказывать о Милдред, — мягко напомнила она.

— Так вот, — заговорил Келвин, и на его губах появилась знакомая ей усмешка. — Разочаровавшись в детях, моя мать решила взять дело в собственные руки. — Он сделал торжественную паузу. — Она собирается выйти замуж за Реджи Прентиса!

Фреда изумленно уставилась на него, но тут же убедилась, что он не шутит. Впрочем, в этой новости не было ничего удивительного. Милдред — красивая, еще не старая, очень энергичная женщина, которая вполне может составить счастье такому человеку, как мистер Прентис. Жаль только, что ей это не пришло в голову раньше!

— Вот это да! — после долгой паузы выдохнула она.

— Так что, — с удовлетворением заметил Келвин, — теперь у нее вряд ли будет время и желание обращать на нас внимание.

И они весело рассмеялись. Реджи Прентис, делая Милдред предложение, наверное, плохо представлял, кого берет себе в жены. А может, и представлял… Эта женщина была отличной парой политику Кристоферу Джадсону, и новый супруг всегда сможет рассчитывать на ее поддержку.

— Келвин, — нежно проворковала Фреда, застенчиво теребя пуговицу на его рубашке. — Почему, когда не стало Джулиана, ты не…

— Не пришел к тебе, чтобы сказать о своих чувствах? — закончил за нее он.

— Да. — Она твердо встретила его испытующий взгляд.

— Я думал, что ты, возможно, действительно любила его.

— Но ты всегда говорил мне, что это не так!

— А в глубине души боялся, что принимаю желаемое за действительное, — грустно признался Келвин. — Но даже если ты и любила моего брата, теперь это уже неважно, Эльфи.

— Это не так. Я врала тебе, когда говорила, что в моей жизни был мужчина. — Фреда смущенно покраснела. — Никого не было, Келвин.

Он обнял ее еще крепче и хрипло прошептал:

— Теперь есть.

— И все же я должна рассказать тебе о том, что было между мной и твоим братом, — тихо, но твердо проговорила она. — Чтобы поставить на этом точку. Я… Сначала мне польстило его внимание… вероятно потому, что я была еще очень неопытна. Джулиан был красивым, преуспевающим молодым человеком, и мне казалось, что разделить с ним жизнь — счастье для любой женщины. Но когда выяснилось, что вы братья, я пришла в ужас. Мне было известно о том, какая у тебя репутация…

— Да, ты не так давно говорила, что если бы мы когда-нибудь начали рассказывать друг другу о своем прошлом, то мне не хватило бы на это всей ночи. На самом деле я не мог смотреть ни на одну женщину после того, как познакомился с тобой в «Холидэй Инн».

— Но, тем не менее, ты никогда не приезжал в родительский дом на уик-энд без спутницы! — ревниво воскликнула Фреда.

— И каждый раз с новой, — подтвердил Келвин. — Это была маскировка, Эльфи. Ты собиралась замуж за моего старшего братца, и я, естественно, не хотел показать, как сильно это ранило меня!

— Тогда мне еще менее понятно, почему после его смерти ты целый год…

— Прошло десять месяцев и два дня, прежде чем я увидел тебя снова, — сухо поправил ее Келвин. — Но кто считал эти дни?

Сердце ее радостно забилось.

— Ты вел себя, как настоящий джентльмен.

Она вспомнила, как однажды он говорил, что это стало единственным достижением матери в его воспитании.

— Я хотел, чтобы ты полностью освободилась от прошлого, — мрачно скривился Келвин, — прежде чем я вернусь в твою жизнь. К тому же после некоторого раздумья я понял, что твой отец отчасти прав. У меня не было ни постоянного жилья, ни серьезной работы, и мало кто увидел бы во мне достойного мужа для своей дочери. Поэтому я снял квартиру и подписал контракт на телевидении. Как я мог предполагать, что у тебя появится другой, прежде чем я изменю свою жизнь так, чтобы иметь право просить твоей руки?

Фреда не могла согласиться с доводами отца. Она вышла бы за Келвина и два года назад, вне зависимости от того, были ли у него жилье и работа или нет!

— Ну, эту проблему мы уже обсуждали, — с улыбкой заметила Фреда. — Дейл был для меня такой же маскировкой, как многочисленные подружки — для тебя. А где мы поселимся, когда поженимся? — сменила она тему и тихо добавила: — Мне не хотелось бы жить в доме отца.

— Теперь он уже твой, но я тебя понимаю. — Келвин неприязненно поморщился. — Моя квартира тоже не слишком подходит. Давай купим новый дом, достаточно большой для нас и наших детей. Я уверен, что все они будут так же красивы, как их мама.

Он тоже хочет иметь детей! — обрадовалась Фреда.

— Помнишь, ты однажды спрашивал о моей маме, — сказала она. — Так вот, она была веселой, энергичной, и очень любила жизнь.