Войны некромантов

уподобился тому, кто пробует зачерпнуть воду сетью...

Рейнхард был потрясен. Он понял, что впервые за долгое время столкнулся с чужим зомби. В этом мире. Спустя столетия после того, как с лица земли исчез последний боко. Это было еще фантастичнее, чем обнаружить в каком-нибудь здешнем замке реактивный штурмовик, используемый по назначению... Однако данный экземпляр был к тому же уникален. Дресслер даже не предполагал, кто мог инициировать его, но, безусловно, это была работа сильнейшего хунгана.

Рейнхард понял, что не сумеет остановить или хотя бы замедлить продвижение этого зомби. Монстр двигался, даже не замечая присутствия его Ка, как бегущий пес не заметил бы сопротивление натянутой на дороге паутины. И все же Дресслер не отступал, пока не обнаружил нечто более страшное.

Даже в самом жутком сне он не мог вообразить себе зомби, обладавшего способностью к мгновенной перестройке физического тела. Кроме того, за ним тянулся невидимый слабый шлейф, состоявший сразу из трех человеческих теней...
* * *

Тайла стояла, не находя в себе сил двигаться, и обреченно глядела на зажатую в кулаке догорающую свечу. Принцесса уже не могла плакать, зато теплая струйка стекала по внутренней стороне ее бедра. Она почуяла собственный отвратительный запах, и это было самое ужасное. От ее рук пахло сырым мясом и содержимым внутренностей... Кроме того, Тайла не могла вспомнить, откуда взялась кровь на пальцах и целое ожерелье из заточенных берцовых костей, висевшее у нее на шее.

Кошмар продолжался уже минуту, две, три, а пробуждение не наступало... Она взяла одну из костей и попыталась проткнуть себе кожу на руке. По мере того, как боль нарастала, принцесса надеялась, что темный коридор и оплывающая свеча вот-вот исчезнут. Но все осталось по-прежнему. Только на ее предплечье выступила дрожащая капля густой пурпурной крови. А потом она снова услышала шаги...

Ее взгляд заметался по стене, своду коридора, переместился на пол... Почти опустевшая сумка для свечей съежилась у ее ног. Принцессе показалось, что сумка превратилась в живое существо и шевелится, будто рыба. Тайла взвизгнула, и собственный визг оглушил ее.

Постороннего не было рядом, вернее, не было В НЕЙ, и теперь она чувствовала себя беспомощной, как младенец. Тайла даже не помнила точно, откуда пришла, и тем более не знала, куда следует идти. Насколько же проще и легче ей было с НИМ – грубым насильником, подчинившим себе ее робкую, слабую душу и вторгшимся несравнимо глубже, чем может проникнуть плоть любого мужчины, но зато избавившим ее от страха перед жизнью, а заодно и перед смертью. Сейчас она боялась решить, что хуже. С НИМ не надо было думать, выбирать, рисковать...

Что-то приближалось из темноты. Сначала заблестели серебристые меха и металлические предметы. Затем стала видна колышущаяся ткань. Это был всего лишь человек, но принцессе он показался воплощенной жутью... Пламя свечи мигнуло несколько раз; почти весь воск оплыл, и обнажился остаток фитиля.

Лицо приближалось с каждой