Портреты Пером (СИ)

До вечера, с редкими перерывами, разгребали книги. В девять, после ужина, пришёл Джим, и дело пошло быстрее.

– Есть стопка по древним эзотерическим учениям, – устало отозвался Арсений уже в одиннадцатом часу вечера, откладывая последнюю протёртую книжку на стопку таких же, в серьёзных тёмных обложках.

– Вот прямо таки всё, – недоверчивый голос Лайзы глухо прозвучал из-под пола. Рыжую спустил в новую комнату на верёвке Джек, потом к этой же верёвке привязали корзинку, чтобы подпольщица могла складывать в неё книги и интересные находки. Так за полдня они перетаскали наверх все книжки из шкафа, а в комнате Арсений и Исами протирали их от пыли и раскладывали по категориям. Арсений нет-нет да и замечал, как во взгляде Тэн проскальзывает тень воодушевления. Ещё бы, столько материала, по тем же проклятиям нашлось несколько книг.

– Не придирайся, всё он сделал, – сердито ответил Джек, сидящий на краю пропиленной дыры. – А если тебе оттуда не видно, это ещё ничего не значит…

– А ты бы помолчал, любитель кошек, – фыркнула девушка снизу.

Арсений переглянулся с Джимом и устало вздохнул: эти двое цапались с самого обеда и прекращать явно не собирались. А дело было в том, что в обед Лайза не пожелала прерывать раскопки комнаты и попросила спустить её долю бутербродов вниз в корзине. Джек же вместо еды, хихикая, засунул в корзинку спящего Табурета, прикрыл полотенцем и спустил рыжей вниз. Лайза, ожидавшая увидеть вовсе не Кота, а свои бутерброды, изрядно перепугалась от неожиданности и взвизгнула так, что задремавший в перерыве Арсений подпрыгнул на кровати. Джек ржал как чокнутый. С тех пор у этих двоих как-то не заладилось.

– Мы сформировали стопки, Лайза, – спокойно заверила Исами, откладывая в сторону последний толстый фолиант. – Остались записи и напечатанные бумаги.

– А бумагами займусь я, – вставил Джим, как раз разложивший листы по кровати. Он сидел на краю, держа на весу чашку с чаем, и медленно размешивал сахар карандашом. Ложки не нашлось.

– В общем, у нас всё в ажуре, – Джек поболтал верёвкой, к которой крепилась пустая пока корзина.

Он хотел добавить ещё что-то, но под потолком неожиданно щёлкнул включающийся динамик.

Все дружно повернули голову к камере, Джим торопливо отставил чай с недоразмешенным сахаром на тумбочку.

Кукловод отщелкнул по клавишам. Включил микрофон: сообщение транслировалось в комнате Билла, в подвале и комнате Арсеня.

– Встать! – Резко, не время для прелюдий. Он и предупредить-то решил только для того, чтобы избежать максимальных беспорядков. – Алиса ведёт последователей разгромить комнату Билла. Причина – стащенные у неё газеты. Разбирайтесь.

Микрофон – выключить. Остаётся надеяться, что, когда начнётся самая жара, у него хватит воды и электричества на все участки.

Рой лениво дремал на ящиках в подполе. В печке гудел огонь, – на улице теплынь, но в особняке ночами холодина и сырость, – рядом Нэт развлекалась с механическими мышами – пыталась запустить две одновременно, чтобы они бежали бок о бок. Не получалось, но девушка была не из тех, кто легко сдаётся. Она сидела на ящике, широко расставив ноги, и, закусив кончик языка, готовилась обеими руками повернуть ключи в спинах игрушек, когда зашипели динамики и голос Кукловода быстро выплюнул сообщение о нападении.

Рой поднялся с ящиков, чуть прищурившись. Нэт, обернувшись, заметила, как он ухмыльнулся.

– Ну наконец-то курва ихняя зашевелилась, – произнёс с нехорошим предвкушением в голосе.

Девушка ответила ему такой же кривой ухмылкой.

– Бери, – кинула ему из угла старую треснутую биту. – Я метлу возьму.

Динамик ещё не выключился, когда Билл стремительным движением выдвинул ящик стола, вытащив из него пухлую, кое-как перевязанную папку. Метнулся в соседнюю комнату. Зак не спал, а на появление фракционного главы сразу соскочил с кровати и вытянулся по струнке.

– Дело большой важности, – сказал ему Билл, обхватил пацана за плечи и всунул папку в руки. Зак изо всех сил пытался показать, что не страшно ему нисколько, но глаза выдавали. – В комнату к Перу. Передашь папку, пусть спрячут как только могут хорошо и забаррикадируют дверь. Сам оставайся там. Всё понял?

Мальчишка несколько раз кивнул, зажал папку подмышкой, запихнул ноги в разношенные кеды, через плечо перекинул сумку и пулей вылетел из комнаты.

Билл немедля вернулся к себе. Широким жестом смахнул со стола газеты, папки, бумаги, записи, вырезки – всё это в беспорядке, мешаясь, полетело на пол. Часть бумаг задержалась на столе.

Стол оказался в два движения придвинут к двери, правда, Билл тут же схватился за поясницу.

– Ну… ничего… – проскрипел сквозь боль, хватаясь левой рукой за спинку кровати. – Теперь… вламывайтесь.

Едва динамик умолк, Джек соскочил с края дыры – уставший Арсений даже сообразить не успел.

– Это они из-за наших газет! – охнула внизу Лайза. – Сюда придут...

– Баррикадируем дверь, – уверенно скомандовал крыс.

– Закрываем дыру в полу! – перебил его Джим, пристраиваясь к кровати. – Лайза, сиди тихо, после мы тебя вытащим…

– Вот уж надеюсь, – встревожено отозвалась девушка.

Арсений без лишних разговоров пристроился рядом с Файрвудом, толкать кровать. Джек торопливо отскочил от стола и принялся им помогать.

Исами секунду разве что стояла посреди комнаты, затем кинулась к двери. Схватила с пола веник, загнала его в дверную скобу, метнулась к кровати и принялась спешно собирать разложенные Джимом листы.

– Да зачем ты… – начал, было, Джек, но женщина перебила:

– Им нужны газеты. Будут хватать все бумаги, какие найдут.

Поняв, что листов слишком много, она бросила собирать по одному, сгребла целиком покрывало с кровати, свернула вместе с записями, скомкала и просунулась с ним под кровать, скинув обратно в дыру.

Арсений, выровняв кровать, бросился помогать Джиму сдвигать к двери ящики и тумбочку.

Исами, скинув бумаги, схватила с пола швабру и встала у дверей.

– Вы тоже лезьте, – Джим, придвинув последний ящик, оглядел комнату. На том месте, где раньше стояла кровать, теперь красовался широкий прямоугольник пыли. – Недоболели, слабые как котята. Что мне потом, опять парентеральное подключать?

– Джим, помолчи, а? – попросил Джек напряжённо. Он порыскал по комнате взглядом, подхватил с пола чайник – в нём ещё плескались остатки чая с ужина.

– Джек, думай, о чём…

Арсений жестом попросил его умолкнуть. Внизу, в коридоре, послышались быстрые шаги. Свернули на лестницу, – Исами перехватила швабру, Джек поднял чайник, – и кто-то с той стороны врезался в дверь.

Джим приложил палец к губам. По двери забарабанили.

– Мастер Арсень! Мастер Джек!!! Я от Билла! – завопил с той стороны Зак.

Арсений выругался синхронно с крысом. Все четверо кинулись разгребать баррикаду, по счастью, довольно дохленькую.

Едва Зак залетел в комнату, в коридоре внизу послышался топот уже нескольких человек разом.

– Вот! – полуживой пацанёнок протянул Арсению папку с общими материалами. – Билл сказал припрятать…

Перо с первого беглого взгляда узнал папку – в ней были все основные материалы по делу, включая записи следователя из Первого акта и дневники Фолла.

– Вниз спусти! – Джек, от дверей.

– Без тебя знаю, – огрызнулся Арсений, быстро опускаясь на живот у кровати. – Лайза, лови там!

– Давай, я полотенце растянула! – крикнула рыжая, и Арсений толкнул папку за край люка.

– Я настаиваю, чтобы вы хотя бы под кровать залезли! – Джим подхватил с пола, за неимением другого эквивалента оружию, толстенный том по мифологии древнего Египта.

В этот же момент с той стороны в дверь, которую Файрвуды не успели как следует заново забаррикадировать, с силой забарабанили. Веник, заткнутый за скобу, подпрыгивал от каждого удара.

Алиса чувствовала себя победительницей. До комнаты Билла её сопровождали практически королевской свитой.

После та же свита выломала дверь. То, что людей предупредили, было уже понятно, поэтому не стоило и пытаться провернуть первоначальный сценарий.