Чувство реальности. Том 2

и сказала:

- Если вы опасаетесь, что ваша машина прослушивается, советую вам вытащить из кармана мобильный телефон и оставить его в салоне. К тому же вы забыли запереть машину и включить сигнализацию.

- Но телефон и так остался там, - возразил Рязанцев, - а сигнализацию включать незачем, здесь никого нет.

- Я в любом случае хотела вас попросить отойти на пару минут, - тяжело вздохнула Маша.

- Зачем?

- Ой, мамочки, как же вы не понимаете, глава думской фракции, кандидат в президенты, умный вроде бы человек, а не понимаете. Мне пописать надо.

Он наконец смутился, наверное, впервые за этот вечер, принялся извиняться и поплелся назад к машине. Было слышно, как он опять чуть не упал, спускаясь с откоса, и тоскливо, жалобно чертыхнулся.

Не успела Маша застегнуть молнию брюк, затрещали Сухие ветки.

- Мисс Григ, где вы?

- Я здесь. Осторожно, не упадите. Он вынырнул из темноты, подошел совсем близко и, наклонившись к ее уху, спросил:

- Скажите, у вас нет русских корней? Вы так это сказали, как будто здесь родились.

- Что именно?

- Ну, что вам надо по малой нужде. И еще "ой, мамочки!". Это ведь чисто русский менталитет - скрывать свои естественные надобности. Такая знаете, гигиеническая застенчивость. Американцы и европейцы обычно называют вещи своими именами и не стесняются.

- Никакой не менталитет, - рассердилась Маша, - не надо обобщать, это сугубо индивидуально. Одни люди стесняются, другие нет, и не важно, русские они, американцы или китайцы. Это я вам говорю как профессиональный психолог.

Но на себя она рассердилась еще сильней. "Идиотка! Профессиональный психолог! Он совершенно прав, а ты прокололась. Ты просто не ожидала от него такой наблюдательности. Ты опять думаешь по-русски. Так нельзя. Ты не должна здесь чувствовать себя дома, это не твой дом. Это чужая страна, ты родилась в Нью-Йорке. Поняла? Повтори про себя сорок раз".

- И все-таки, мне кажется, у вас должны быть русские корни, - не унимался Рязанцев, - кстати, кто ваши родители?

- Они погибли в автокатастрофе, - быстро произнесла Маша, - а насчет русских корней не знаю. Возможно, если поискать, отыщется какая-нибудь славянская прапрабабушка в позапрошлом веке. Но вообще у меня была няня русская.

- Можно вас называть Машей? Мне так проще. К тому же нам предстоит общаться на людях, при журналистах, и будет нехорошо, если пойдут слухи, что у меня новый пресс-секретарь американка.

- То есть вы хотите, чтобы я выдавала себя за русскую? - с усмешкой уточнила Маша.

- Нет. Просто не надо афишировать, что вы американка. Маша - это удобней, чем Мери.

- Да называйте как вам угодно.

- Маша, вы можете потом проверить машину, телефон, мой кабинет?

- В каком смысле? - она удивленно отстранилась.

- На предмет всяких прослушек, жучков.

- Я? - Маша заставила себя рассмеяться звонко и весело. - Вы думаете, я Джеймс Бонд?

- Нет. Я думаю, вы из ЦРУ, - произнес он чуть слышно, с легкой одышкой, вы, разумеется, скажете,