Чувство реальности. Том 2

боковой ящик. Он долго не поддавался и вдруг при очередном рывке вывалился целиком, грохнулся на пол.

- О, Господи! - простонала Светлана Анатольевна и опустилась на корточки.

Саня нашел зажигалку. Она не работала, кончился газ.

На веранде повисла тишина. Лисова распрямилась, медленно повернулась и спокойным, глухим голосом сообщила:

- Терпеть не могу открытые босоножки. Терпеть не могу этот комод. Представляете, ящик упал прямо на пальцы. Очень больно.

Арсеньев увидел в ее правой руке небольшой пистолет и даже сумел разглядеть, что это одна из последних модификаций "Макарова".

***

- Ну что же вы не кушаете? Надо кушать, смотрите, как вкусно, - нянька Раиса держала вилку у рта Галины Дмитриевны. На вилке был кусок куриной котлеты.

- Спасибо, я не хочу.

- Не хочу, не хочу, - проворчала Раиса и, покосившись на Галину Дмитриевну, быстро положила кусочек к себе в рот.

- Ну, а вот картошечки? - спросила она, когда прожевала. - Смотрите, какое пюре, нежное, с маслицем, без комочков, я укропчиком посыпала, м-м, какое пюре, - Раиса прикрыла глаза и покачала головой.

- Ешьте все, мне не надо.

- Как же? Это ужин ваш. Как же вы без ужина? Хотя бы яблочко, что ли? Раиса протянула ей блюдце с тонко нарезанным яблоком.

- Спасибо. Я сейчас не могу.

- Да вы и в обед не могли, милая моя, вы посмотрите на себя, вас же ветром сдувает.

- Где вы нашли здесь ветер? - чуть слышно прошептала Галина Дмитриевна.

Тарелка быстро пустела. Раиса собрала хлебной корочкой остатки пюре, одним глотком выпила томатный сок, вытерла губы.

- Надо правильно, регулярно питаться, это основа основ, - строго заявила она, - организм должен получать достаточное количество калорий, чтобы полноценно функционировать. Вот раньше, когда нанимали на работу, сначала сажали работника за стол, наливали ему щей, давали каши тарелку и смотрели, как ест. Если хорошо, быстро, значит и работать будет так же. А если аппетита нет, тогда пошел вон. Ну какой, скажите, пожалуйста, аппетит у детей, если они постоянно жуют резинку? Я наказывала за это очень строго. Во всем должна быть дисциплина. Жевать надо в столовой, читать в классе или в библиотеке, а когда начинается разгильдяйство, можно ожидать чего угодно. Вы согласны со мной?

- Да, конечно.

Галину Дмитриевну совсем не раздражали педагогические речи няньки. Она могла дремать под них, могла просто лежать, не слушая, и мысленно вести свой бесконечный диалог с Любой.

- Ты очень долго живешь, - упрямо повторяла Люба, - слишком долго. Я бы тоже так хотела.

Правда, она долго жила, постепенно забывала, что она убийца и не заслуживает ни любви, ни жалости.

Страх воды остался, это было проблемой, поскольку Женя очень любил отдыхать на море. Но помогала мама, всякий раз, когда намечалась поездка, она заранее заболевала, и Гале удавалось остаться в Москве. Сохранился страх толпы и общественного мнения, он был слабей и безобидней водобоязни и заглушался с помощью нескольких таблеток