Нечего прощать [СИ]

Люблю тебя, Солнышко

Твой А.

16.02.2010(утро)

Евгений и Клара находились в своей спальне за традиционным ритуалом. Клара медленно снимала с лица макияж. Евгений листал очередной том фантастики и хотел бы уже уснуть, но супруга слишком затягивала чистку лица:

— Евген, — сказала Клара, — ты же не будешь отрицать, что твою сестру и эту Носову связывает давняя вражда?

— Не буду, — ответил ей супруг, — я думаю, что ты по сегодняшнему скандалу все поняла. Ты же все слышала?

— Да, слышала, я не ожидала таких масштабов. Я знаю что Настя у нас сильная дама и с удовольствием бы сломала этой Кате хребет, да и кому угодно другому, кто у нее на пути вдруг пастись начнет. Но мне понять хочется — откуда такая ненависть. Судя по их разговору — это история давняя.

Евгений отложил книгу и посмотрел на жену:

— Дорогая, — сказал он серьезно, — если я скажу тебе, ты обещаешь не говорить об этом другим?

Клара изменилась в лице:

— Как же ты мне доверяешь, Евген, я просто поражена.

— Извини, но я скажу исключительно для того, чтобы ты не вела бесед на эту тему больше. Я же знаю твое любопытство.

— Хорошо, — сломалась Клара, — я обещаю тебе.

— Так вот, Анастасия была влюблена в сына Носовых. Они были против, так как он был слишком молод. В общем, в результате он погиб. А Настя поклялась с ними расквитаться.

— Какой ужас, бедная, я и представить себе не могла.

— Ты себе представить не можешь, какая мразь эти Носовы, дорогая. Но имей в виду — никому ни слова. Особенно Анастасии.

Клара кивнула:

— Я ожидала, что тут нечто подобное, но то, что эти уроды угробили собственного сына… А я еще задумывалась насчет того, правильно ли мы позволили Жене увезти Соню. Теперь я согласна с тем, что очень даже правильно поступили.

В это время Катя Носова продолжала сидеть в гостиной своего дома пребывая в продолжительной прострации от дневного скандала с Анастасией. Ей даже не захотелось включать свет. Катя постоянно вспоминала налившиеся кровью глаза Анастасии, она видела всю ненависть и боль, которую та испытывала. Это страшный соперник, и он ей не по зубам.

Раздался шум за дверью, Виктор ключами открыл входную и вошел в гостиную. Вид у него был спокойный, и даже немного довольный:

— И где тебя носило? — нервно спросила Катя, — я тебя жду уже третий час.

Виктор молча прошел через гостиную, налил себе виски в баре и сел на диван точно напротив жены:

— Пока ты ходила к Гордеевым, я встречался с адвокатами и искал возможности по возвращению Сони домой.

— И что адвокаты, — холодно спросила Катя.

— Они работают над проблемой, меня заверили что выход из положения есть, но сначала надо найти ее. Мы же не знаем где она прячется. В доме Гордеевых ты ее случайно не видела, или тебя туда даже на порог не пустили?

— Я туда попала, Витя, и это было самым ужасным, что я могла себе представить в принципе.

— Рассказывай, не растягивай удовольствие от того, как тебе больно. Я же вижу, что ты наслаждаешься и упиваешься этим.

— Ты меня этим всю жизнь упрекаешь и не понимаешь, что мне действительно очень больно, — горько произнесла Катя, — и я не получаю от этого того удовольствия, о котором ты думаешь.

— Итак, хватит с меня этих соплей, — отрезал Виктор, — рассказывай. Ты с ней говорила?

— Да. Она сильнее. Гордеева сказала, что если я предприму хоть какие–то шаги, то Соня узнает, что мы ее взяли в доме ребенка.

Виктор подскочил с дивана:

— А это она как узнала?

— Ты не представляешь, ЧТО она сделала, — сморкнулась Катя, — Гордеева заявила, что именно она подстроила мой аборт и лишила меня возможности рожать!

— Не понял. Мы же лечились у этого доктора, который самый дорогой в городе…

— Она его подкупила! У меня была нормальная беременность. Мне не нужно было делать аборт!

Виктор только в этот момент понял, что случилось много лет назад с его женой и чего лишила их Анастасия Гордеева. Оставила без последнего шанса завести ребенка и подогнала к удочерению девочки из дома малютки!

— Я эту стерву уничтожу! — сказал Виктор, — без вопросов раздавлю. Время разговаривать и пытаться договориться прошло. Теперь это война, и я применю силовые методы.

— Ты про них уже давно вещаешь, и ничего не делаешь. Ты хотя бы детектива нанял, чтобы выследить где прячутся Соня и Женя?

Виктор кивнул. На самом деле он еще этого не сделал, но так или иначе сделает в самое кратчайшее время. Надо только подсчитать, сколько у него в запасе есть денег. А это можно сделать завтра утром. А сначала…

— Алло, Зина?

Любовница Виктора сидела дома и пила кофе, нервничая и не понимая куда убежала дочь в такой поздний час:

— Со мной все в порядке, я доехала домой, сижу жду дочь. Звонить было необязательно.

Распрощавшись с Виктором холодным тоном Зина повернулась к матери и продолжила свой рассказ:

— В общем он тоже получает эти камушки, только их у него меньше, чем у меня.

— И что он сказал по их поводу?

— Он считает, что это чей–то розыгрыш. По его словам — когда человек себя так ведет — это значит, что он хочет, чтобы его поймали. А тот кто убил старушек очень осторожен — он рассказывал, что ездил и смотрел протоколы. Там комар носа не подточит.

— Что–то мне с трудом верится, — сказала Полина, — что ему так просто дали эти протоколы.

— Ну он же при деньгах, — развела руками Зина.

— Тут ты права. Но что–то мне не нравится его отношение к этим камешкам, честное слово. По–моему он просто тебя вот так коряво успокоил. Иного объяснения я не вижу у всего этого безобразия.

— А он считает, что все это ерунда.

— По нему заметно. Я думаю, если ты хочешь остаться в живых — тебе надо уезжать из города.

— Мама! Куда я поеду?

— Хотя бы в Сыктывкар к моей сестре.

— А жить вы на что будете? — Зина смотрела на мать с полным непониманием, — я же одна вас кормлю! А еще Надьке за учебу платить, — Зина и не подозревала, что дочурка поступила на бюджетное место, но предпочла обезопасить себя и сказать, что будет учиться на платном.

— Знаешь, дочка, — сказала Полина, — жизнь дороже.

— Мама, — сказала Зина, — оставь эти бредни. Виктор найдет возможность меня защитить.

— Не смеши меня, Зинуля, — улыбнулась Полина, — этот человек всегда думал только себе и своем удобстве, зря ты на него так полагаешься. Он приносит только несчастье.

Тут дамочки услышали шум лифта, открывшегося на их этаже:

— Может это Надя? — испуганно сказала Полина.

— Пойду посмотрю, — ответила Зина, — и узнаю где ее носит в двенадцатом часу ночи.

Зина положила ложечку на стол и поднялась, чтобы пройти в прихожую:

— Не терроризируй ее. Она днем совсем плохая была.

— Сейчас посмотрим, какая она.

Зина встретила у входной двери Надю. Та сияла подобно утреннему солнышку и была очень довольна собой:

— Скажи дочь, что тебя сегодня так зажгло, а то бабушка говорила, что днем ты чуть не вешалась, как рыдала.

Надя улыбнулась, посмотрела на мать и сказала:

— Просто сегодня день очень замечательный.

После чего удалилась в свою комнату махнув своими безразмерными волосами и закрыла за собой дверь.

Зина вернулась на кухню и сказала:

— Если она сегодня днем рыдала, то сейчас сияет и довольная, будто ограбила магазин косметики или мороженого.

— Не нравится мне все это, — подытожила Полина. Зина от нее отмахнулась:

— Мама, хватит видеть всюду заговор, — и она налила себе еще кофе, — лучше подумай где денег взять и открой свою кофейню — я те всегда говорила, что ты на нем больше денег заработаешь, чем на прокурорстве.

Прилежная внучка Наденька тем временем сидела в своем убежище в полной темноте и разговаривала сама с собой, открыв на компьютере фотографию Антона она смотрела на нее и говорила:

— Этот тюфяк купился на мои несчастья. И теперь я буду делать все так как мне нужно.