Чувство реальности. Том 2

угать своими сутенерами, знакомой братвой, которая противным козлам-мусорам все кишки выпустит, или рассказывают, что дома двое деток малолетних, мама парализованная. Эта лишь пугнула мифическими "пацанами", но как-то совсем неохотно, неубедительно, по инерции. Могла запросто удрать, Арсеньев не держал ее, однако стояла.

Саня успел привыкнуть к темноте, и его поразило выражение, застывшее на ее размалеванном отечном лице: абсолютное мертвое безразличие. Словно ей все равно и ничего не страшно. Словно она уже умерла, стала неуязвима и смотрит на себя, на черную ночную трассу, на проезжающие машины, на разных мужчинок и пацанов в этих машинах, на него, майора милиции, откуда-то из безопасного далека.

- Хочешь, покажу фотографии той, которую нашли в Бездонке? - тихо предложил Саня.

- А че это мне на нее смотреть? Я, что ли, дохлых девок не видела? Не люблю я на это смотреть, - забормотала она, вяло перебирая босыми ногами, как загнанная лошадь, - да и темно здесь, ни хрена не видно, думаешь, под это дело в машину меня заманить, нашел дуру, я в ментовскую ни за что не поеду, я знаю, какие вы там субботники устраиваете для девчонок.

Продолжая ворчать, она полезла в свою сумку и вытащила маленький карманный фонарик. Вспыхнул тонкий яркий луч и тут же погас.

- Зачем тебе фонарик? - удивился Саня.

- Я ночами работаю, - огрызнулась девка. - Ну давай, че резину тянешь, показывай свои фотки, холодно, блин. Нет, погоди, дай сначала сигаретку.

Саня угостил ее, закурил сам, вытащил из кармана конверт.

- - На-ка, свети мне, - девушка протянула ему фонарик и взяла снимки.

Через мгновение послышался какой-то странный тонкий звук, и Сане сначала показалась, что где-то вдали воет побитая собака, маленькая собачонка, бездомная и беспомощная. Только когда проститутка стала медленно оседать на землю, он понял, что это она воет и звук исходит откуда-то из глубины, из живота.

- Катька, сволочь, что ж ты такое сделала, а? - спросила она, обращаясь к стопке снимков, которые тряслись в ее руке. - Что ж ты такое натворила, гадина, паскуда, Катюха моя, Катенька, у-уу... - невнятное бормотание опять вылилось в тихий жалобный вой.

Саня быстро посветил фонариком в ее сумку, надеясь найти там паспорт, но ничего, кроме пудреницы, смятой пачки сигарет "Магна" и упаковки презервативов, не обнаружил, выключил фонарик, попытался поднять девку, она была тяжелая и вялая. Она тихо, безнадежно выла и как будто перестала что-либо видеть и слышать.

- Ну-ну, успокойся, скажи, как тебя зовут? - Арсеньев опустился с ней рядом, забрал фотографии, заглянул в лицо, но она никак не отреагировала, продолжала выть и покачиваться из стороны в сторону.

- Помощь нужна? - услышал он рядом тихий голос и вздрогнул. Над ними стояла Маша.

- Я проснулась, вас нет. Не волнуйтесь, машину я закрыла, вот ключи. Кто она? Что с ней случилось?

- Она возможный свидетель, - прошептал в ответ Саня. - Я только что показал ей снимки убитой девушки, и она узнала