Шесть шестых
Шесть шестых читать книгу онлайн
Новая жесткая телеигра, в которой победитель либо получает, либо теряет огромную сумму денег.
Она должна была стать сенсацией телеэфира.
И она стала сенсацией... кровавой сенсацией!
Прямо во время съемок финала «Шести шестых» гибнет ведущий – Борис Троекуров.
Убийство?
В этом нет сомнений.
Но кто и почему убил знаменитого шоумена?
Оперативники, ведущие дело Троекурова, выдвигают разные версии и подозревают разных людей...
Кто же из них прав?
Читайте роман, положенный в основу сценария одного из самых известных сериалов на отечественном ТВ!
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
– Это же не карты, Арсений Петрович, – проиграть у нас ничего нельзя. Просто можно не выиграть. Да некоторые и не за деньгами вовсе приходят.
– А за чем же тогда? – удивился Колапушин.
– За риском и азартом. За адреналином в крови! И мы даем им возможность получить все это. Для иных самое главное – увидеть себя на экране, чтобы вся страна их увидела. Это тоже стимул, причем немаловажный, поверьте. А есть люди, которым важен сам процесс игры. Они вечно сами всякие самодеятельные чемпионаты устраивают, по всей стране ездят за свой счет. Такие и без всяких денег будут играть.
– Значит, вы снова вся в работе? А как же теперь ваши отгулы? Вы же после всего этого, наверное, очень устали?
– Отгулы не пропадут – просто я договорюсь, перенесу их на несколько дней, и потом можно будет спокойно отгулять. А сейчас пока некогда. Надо работать. Так вы не знаете, где Ребриков?
– Знаем, но он просил никому не говорить.
– Он что, прячется? – спросила Жанна с веселым изумлением. – Боится нас? Ну, Арсений Петрович, это уж совсем глупо. Мы же его в наших новостях показали, да не один раз! Теперь уже вся страна знает, что он выиграл главный приз. Его корреспонденты разных газет разыскивают – все телефоны нам уже оборвали! Это глупо... – Открыв сумочку, Жанна достала визитку и протянула Колапушину: – Передайте ему, пожалуйста, чтобы он позвонил мне на сотовый, если вам не трудно.
– Обязательно передадим, Жанна. Прямо сегодня и передадим. Вы пока в Москве будете? Как нам можно будет вас найти в случае чего?
– До Бориных похорон, конечно, буду в Москве. Потом возьму отгулы и уеду с семьей на несколько дней на дачу. Это около Хотькова, но сотовый там берет. Так что, если я буду вам нужна, звоните в любое время. Разрешите... – Жанна взяла со стола свою визитку и написала на обороте несколько цифр. – Вот. И мужа номер на всякий случай.
– А дома... у вас как... все в порядке? – осторожно спросил Колапушин.
Жанна скорчила понимающую гримаску и уныло покивала:
– Галка-Галка... Натрепалась все-таки...
– Ну почему вы так сразу на Вавилову?
– А кому же еще, Арсений Петрович? Только с ней я об этом говорила, больше ни с кем. Ну и что, лучше вам стало оттого, что вы все это разузнали?
– Мне не лучше. А вот вам лучше. Просто мы узнали, почему вы нервничали с утра. Убийство ведь, Жанна, произошло, поймите. Мы обязаны на все обращать внимание, на любую мелочь. Что же вы сами-то не рассказали?
– Думаете, приятно про это всем рассказывать? Ладно... Знаете и знаете, чего уж теперь?
– Вы нас простите, Жанна, у нас работа такая.
– Я все понимаю. Я пойду, Арсений Петрович?
– Конечно-конечно. Давайте я вам пропуск отмечу. Рад был повидать вас, Жанна.
Взяв отмеченный пропуск, Жанна легко поднялась со стула и, не оборачиваясь, пошла к двери. Колапушин смотрел ей вслед, в душе упрекая себя за то, что своим дурацким вопросом навел эту красивую и умную женщину на такие невеселые мысли.
Глава 25
Зашедший в кабинет Колапушина Немигайло увидел довольно-таки странную картину.
Подполковник, опасно балансируя на самом краю подоконника, зачем-то снимал шторы. То ли крючки были неудобными, то ли Колапушин не понял толком, как именно шторы крепятся к кольцам, но дело шло туго, шторы зацепились, и он рисковал потерять равновесие и упасть с подоконника на пол.
– Осторожнее, Арсений Петрович! – закричал Немигайло, подскакивая к окну и освобождая зацепившуюся за радиатор отопления штору. – Да вы что делаете?! Грохнетесь же так! У вас что, здоровья лишнего много?!
– Спасибо, Егор, – поблагодарил Колапушин, спрыгнув на пол. – Зацепилась, черт бы ее побрал!
– Да на кой шут вам вообще в голову взбрело их снимать? Висят – и пускай висят себе спокойно! Никого же не трогают!
– Надоело, Егор. Грязные они какие-то, мятые. Их же у нас раз в год снимают и стирают вроде бы? Ну и что мы тут пылью дышим! Отнесу домой – постираю, поглажу. Не так уж это и сложно.
– Да что вам, дома больше делать нечего, что ли? Вы их сложите и в пакет какой-нибудь засуньте, я их к себе оттащу, Оксанка постирает.
– Егор, мне твою Оксану еще своими шторами нагружать? Неудобно как-то, не стоит.
– Да бросьте вы, «неудобно»! Сунула в стиральную машину – и всех делов. Автоматическая – кнопку только нажать. А уж гладить-то? Это же не рубашки, за три минуты все выгладит. Что женщинам еще дома делать?
– Ну спасибо, раз предлагаешь. Ты по каким-нибудь делам заглянул или просто так?
– Ирка Фролова звонила. Эксперты вчера вечером, оказывается, закончили, а нас никого не было. Они все материалы в прокуратуру Мишакову отправили, а дубликаты ей с курьером переслали. И сама она вроде что-то интересное надыбала. Пойдемте посмотрим, что там у нее.
– Обязательно. Подожди, шторы сложу – и пойдем.
Экспертно-криминалистический центр ГУВД располагался в нескольких местах, но отдел, где работала Ирина Фролова, находился в самом главном здании, так что Колапушин и Немигайло лифтом и коридорами добрались до криминалистической лаборатории довольно быстро.
Не только Фролова – все эксперты-криминалисты ГУВД вечно ноют, что им не хватает то того, то этого, что для Следственного управления Генпрокуратуры закупили немецкие криминалистические чемоданчики, а им шиш, что появились новые приборы, а им в покупке этих приборов отказывают, ну и так далее...
На самом деле лаборатория, в которой работала Ирина, была оборудована не так уж и плохо. На высоком лабораторном столе стоял хороший гибрид газового хроматографа «Хьюлетт-Паккард» с небольшим квадрупольным масс-спектрометром. Обработка полученных на нем результатов велась на компьютере с помощью специально закупленной для этого программы. Имелись там и неплохой немецкий плазменный спектрофотометр, компактная ультрацентрифуга и другие сложные приборы. Бинокулярные микроскопы МБР и МБС и установка для микроскопического исследования люминесценции образцов в ультрафиолетовом свете «Мир» были, правда, отечественные, но и у отечественной оптики достаточно хорошие характеристики.
На лабораторном столе у другой стенки стояла стеклянная установка, укрепленная на нескольких металлических лабораторных штативах, а на полках над столом выстроились коричневые стеклянные банки с реактивами.
У окна располагался компактный металлический вытяжной шкаф, за стеклом которого виднелись колбочки и пузырьки в эмалированных кюветах и маленькая лабораторная электроплитка. Противоположный угол, у самой двери, занимала громоздкая установка для макрофотосъемки, смонтированная на толстенной металлической штанге высотой с человеческий рост. По всем стенам висели крупные фотографии различных вещественных доказательств. На некоторых из них рядом с предметами или следами были видны клетчатые масштабные линейки.
Тихо и уютно гудели форвакуумный насос масс-спектрометра и вентилятор термостата хроматографа.
Нормальная была лаборатория – не только в каком-нибудь райцентре, во многих областных управлениях обзавидовались бы, но эксперты все равно всегда ныли.
Ирина, одетая в белый лабораторный халат, стояла около хроматографа и готовилась ввести пробу в испаритель миниатюрным микрошприцом, когда в лабораторию вошли Колапушин и Немигайло.
– А, здравствуйте, Арсений Петрович. Привет, Егор. Проходите, садитесь, я сейчас.
Осторожно проколов тонюсенькой иглой термостойкую резиновую пробку испарителя, Ирина нажала на плунжер, впрыскивая пробу, и, вытащив иглу, кнопкой отметила время начала анализа.
– Ну вот, теперь можно спокойно поговорить.
– А мы вам не мешаем, Ира? – с сомнением спросил Колапушин, глядя на экран монитора, на котором почти сразу начали вырисовываться узкие острые зеленые пики.
– Нет, времени на анализ уйдет много. Это по делу о фальсификации бензина на автозаправках. Бензин же – смесь очень большого количества разных углеводородов. Больше двухсот. Вот они этим и пользуются, намешивают черт-те что. Это пока легкие фракции быстро выходят, а потом начнется тягомотина. Даже на капиллярной колонке анализ все равно минут сорок идет. Так что времени для разговоров у нас с вами вполне достаточно.