Решальщики. Развал. Схождение

В ответ напарник натянул на лицо маску глубокой скорби и с максимальной тоской в голосе соврал:

— Ведутся затяжные позиционные бои.

— А ведь я тебя, дурака, наставлял: бери с наскока — пока в движениях ограничена! Знаешь, как в народе говорят? «Хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается». А теперь, когда гипс сняли, все — тю-тю. Уехал паровоз до Кубы.

— Как был ты, Димыч, пошляком, так пошляком и остался. Невзирая на обустроенность быта, — заключил Купцов. Впрочем, сделал это вполне беззлобно. — Кстати, ты не в курсе: чего вдруг Брюнет столь нервно среагировал на имя «Ольга Глинская»?

Петрухин равнодушно пожал плечами:

— Понятия не имею. Может, у него когда с этой бабой было что? Потому как наш Брюнет по этой части — тот еще ходок. Был.

— Теперь, с его-то Алиной, особо не разгуляешься.

— Согласен. Баба-бой!.. Опять же, сдавать Витюша стал.

— Это ты про его спину?

— И про нее тоже. А вообще в последнее время частенько стал жаловаться на хронический недосып. Типа, бессонница и все такое прочее.

— Может, его тоже того? Спортили? — предположил Купцов. — Может, и ему настала пора к белому магу Серафиму иттить?

— Не. В таком разе лучше мы его с нашей бабой Маргаритой сведем. А с нее срубим комиссионные.

Приятели дружно, до истерики расхохотались, а потому не сразу заметили, как на вип-парковочку зарулила серебристая «Хонда».

— Стоп, Лёнька! Кажись, она?

— Она и есть.

Петрухин досадливо посмотрел на часы.

— Вот зараза, позавтракать не дала. На целых тринадцать минут раньше заявилась. Давай, брателло, запускай шарманку.

— Уже! — подтвердил Купцов и потянул на себя рычажок зуммера, увеличивая размеры объекта. Который в образе и подобии госпожи Нарышкиной в данную секунду выбрался из машины, особо тщательно проверил «закрытость» багажника и с несчастным видом потащился к универсаму.

Где, согласно полученным накануне инструкциям, обязан был провести не менее двадцати минут. И, по возможности, провести честно. Сиречь, без проявления своих пагубных наклонностей.

— Базовая! Это зал. Седьмой на связи.

— Слушаю тебя, седьмой.

— У нас очередной визит «миссис Клювдии». Как поняли?

— Понял тебя, седьмой. Очередной визит. Продолжайте наблюдение…

— Чегой-то никакие злобные привидения из воздуха не материализуются? — разочарованно протянул Леонид после напряженного десятиминутного ожидания/всматривания.

— Агась. Так поневоле и сам уверуешь.

— Во что? Уверуешь?

— Намедни белый маг Серафим в течение получаса совершал некие ритуальные магические пассы над тачкой Клюевой, — пояснил Петрухин.

— Изгонял бесов из карбюратора?

— Типа того… Погодь! А вот этот озирающийся товарищ, случáем, не к нам подтягивается?

Со стороны служебного входа к стоянке быстрым шагом направлялся плотно сбитый мужик в фирменной универсамовской спецовке. В правой руке он нес непрозрачный полиэтиленовый, явно тяжелый пакет.

— Похоже на то, — согласился Леонид и протянул руку за фотоаппаратом. — Сейчас я его, до кучи, из фоторужья щелкну.

Мужик целенаправленно подошел к машине Нарышкиной и, опасливо озираясь по сторонам, принялся ковыряться в замке багажника.

— Есть контакт. Клюнула рыбешка! Лёньк, ты снимаешь?

— Само собой.

Сноровисто справившись с замком, мужик достал из пакета не подающую признаков жизни черную кошку и пихнул животину в багажник.

После чего уже неспешно направился обратно — но не к служебному, а к центральному входу.

— Бли-ин! Черная кошка! Черт возьми, как романтично!

— Не вижу никакой романтики. Гринписа на него нет.

— Значит так, Купчина! Я выдвигаюсь за посланцем Ада, — Петрухин толкнул в бок дверцу микроавтобуса. — А ты давай-ка, сфотографируй эту животину во всех ракурсах, а потом убери ее оттуда на фиг. Не то Нарышкину по возвращении стопудово кондратий хватит.

— Давай лучше ты — и сфотаешь, и ликвидируешь? А я послежу?

— Хренушки! У тебя нет до́лжного опыта оперативно-сыскной работы.

С этими словами напарник выскочил из салона и припустил следом за мужиком.

— Угу, опыта у меня нет, — проворчал Купцов и непроизвольно поежился. — А ничего, что я покойников боюсь?..

Подхватив в качестве средства маскировки пустую корзинку, Петрухин заскочил в торговый зал, осмотрелся и «упал на хвост» живодеру. А тот, как ни в чем не бывало, продолжал движение в направлении сектора, где, согласно план-схеме, располагались служебные кабинеты и подсобные помещения.

Дойдя до поворота, за которым должен был начинаться уводящий в глубь здания коридор, Дмитрий притормозил и осторожно выглянул из-за угла.

И правильно сделал. Так как проход в коридор преграждал пост охраны, состоящий из стула и сидящего на нем человека в камуфляже.

— Я не понял, Колян? — вербально притормозил мужика охранник. — А разве ты сегодня не на развозке?

— На ней. Сейчас только до Игоря Алексеевича дойду, и обратно — за баранку.

— Сегодня футбол, не забыл?

— Само собой. Я уже и места в нашем баре забронировал. Так что подходи часикам к восьми.

— Замётано, — подтвердил Колян и двинулся дальше по коридору.

Избавившись от ненужной теперь корзинки, Петрухин выждал паузу и выкатился на финишную, хочется верить, прямую.

— Мужчина! Вы куда?

— Слышь, браток! Колян, он часом не сюда? Не к начальству пошел?

— Он у Игоря Алексеевича. А что?

— Да мы его обыскались. Этот придурок тачилу так поставил, что теперь ни туда — ни сюда. Ни въехать, не выехать.

— Это он может, — интонационно «зажег зеленый свет» охранник, и Дмитрий продолжил движение по коридору, по обе стороны которого располагались двери кабинетов. — Эй! Слышь! Ты промахнулся… Ага, сюда…

Сориентированный на местности Петрухин возвратился к указанной двери, без предварительного стука толкнул оную и по-хозяйски ввалился в помещение.

«О! А это я удачно зашел!»

Небольшая, примерно «четыре на два» комнатушка являла собой ни что иное, как кабинет начальника службы безопасности магазина Игоря Алексеевича Алымова.

Хозяин кабинета — физически крепкий, лет сорока пяти мужчина с легко угадываемой армейской выправкой — в данный момент сидел за своим столом и отсчитывал купюры из увесистой денежной пачки. За этим зело приятственным процессом подобострастно наблюдал стоящий перед Алымовым специалист по вскрытию замков и умерщвлению кошек Колян.

— Добрый всем денечек. Инспектор Петрухин беспокоит, из Общества по охране домашних животных. Извините, что помешал делить шкуру убиенной кошки.

Мужчины удивленно-синхронно подняли глаза на вошедшего и…

…и Алымову хватило какой-то пары секунд, чтобы понять: «Всё, расшибли, запираться бесполезно».

В кабинете подвисла нехорошая тишина. Под занавес которой Игорь Алексеевич севшим голосом попросил:

— Коля, выйди и подожди за дверью.

— Ну зачем же за дверью? — выказал сомнение Петрухин. — У нас здесь такая компания хорошая собралась. Кружок, можно сказать, по интересам. Я ведь тоже оккультными науками увлекаюсь.

— Коля! Выйди! — повысив голос, приказал начальник СБ.

Тоскливо бросив прощальный взгляд на недополученные деньги, подчиненный покинул кабинет.

— Вас, я так понимаю, нанял Нарышкин?

— Не совсем так. Но ход мыслей правильный, — подтвердил Дмитрий. — Вы позволите присесть?

— Да-да, конечно… Чай, кофе, виски?

— Просто водички, если можно?

— Можно и просто. Ну а я, с вашего позволения, вискарика дерну?

— Завидую завистью белого мага. Лично я на работе позволить себе не могу.

— После вашего визита, так думаю, работы у меня больше не будет, — невесело заключил Игорь Алексеевич и полез в металлический сейф, перепрофилированный под мини-барчик.

— Ну, зачем же так пессимистично? — искренне посочувствовал Дмитрий, отчего-то с ходу проникшийся симпатией к совершенно незнакомому человеку. — Кстати, «кукла» и «три карты» — тоже Колина работа?