$то причин убить босса

иваться из моей головы, и я стал вспоминать, что Столяров не такой уж небезынтересный для меня человек, как может показаться. — Из дома выходит только для того, чтобы заполнить холодильник спиртным. Берет всегда с запасом. В пенсию инвалида не вписывается, но долги всегда возвращает, так что ему в соседнем магазине даже дают в долг. Мне не дадут, ему дадут. Такой вот человек. Вы мне скажете, какого черта вам от меня надо, или мне как дураку просто попросить вас уйти?

— Его убили.

Смысл этой фразы дошел до меня не с первого раза. Мне около минуты понадобилось, чтобы сообразить: «убили» — это когда кто-то сознательно лишил кого-то жизни. Результатом этого действия является труп, жизнь которому уже не вернуть.

— Как убили?

Мой вопрос следователь понял не в смысле — «Может ли быть такое, чтобы кому-то понадобилось лишать Вольдемара жизни?», а как — «Каким образом его убили?».

— Ножом. Предположительно ножом. Может, шпагой. Или шашкой. Не исключено копье. В общем прокололи сердце. А оно у него, знаете, хлипкое, кажется, было. Впрочем, у меня сердце как двигатель самолета, но если бы мне так вставили, шансов выжить и у меня бы не было. Я ответил на ваш вопрос?

Меня стало распирать от бессилия. Я знал, что уже через пять минут начну спасать ситуацию, что не все потеряно, и не тот человек Женя Медведев, чтобы его можно было подкосить таким ударом. Но ранний визит застал такого сильного человека, Женю Медведева, врасплох, и его заколотило прямо на глазах следователя.

— У вас с ним были какие-нибудь дела? Я спрашиваю из тех соображений, что если такие были, то лучше сейчас рассказать об этом. Если выяснится обратное и потом, то, как вы сами понимаете, возникнет много вопросов.

Я почесал пальцем губу.

— Скажите, следователь, а вы всем задаете вопросы о деловом сотрудничестве со Столяровым? Всем, в чью дверь звоните? Это очень необычный вопрос для простого поквартирного обхода. Обычно следователи спрашивают — не слышал ли сосед какого шума ночью, не водил ли убиенный в гости подозрительных людей… Но я не припомню, чтобы кто-то спрашивал, были ли у убиенного деловые связи с соседями.

Следователь улыбнулся.

— У вас, видимо, достаточно большой опыт в общении со следователями.

— С вами накопишь… Нет, никаких дел со Столяровым у меня не было и быть не могло. Он алкоголик, я — бизнесмен.

— Я спрашиваю об общих делах, потому что вас недавно видели вместе в регистрационной палате. Одна из ваших соседок, чье имя я не могу пока назвать. Странно, правда?

Он опоздал. Меня нужно было бить этим с порога, когда я еще не проснулся.

— Ничего странного. Кто-то зарегистрировал предприятие на имя Столярова, не исключено, что как раз та самая соседка, имя которой вам, чтобы не развалить следствие, мне лучше не сообщать. Мы действительно ездили в палату. Я попросил проверить, и вышло, что Столяров зарегистрирован директором ОАО «Рыбный трест», в учредителях которого одна из моих соседок по фамилии Зырянова, но я сделаю вид, что тут же забыл