$то причин убить босса

ьных налетов, а это было меньше месяца назад, я спросил капитана ОВО, что будет, если стекло вышибут камнем. И он, уже окончательно проникшись доверием к руководству «Вижуэл», ответил: «Понимаешь, Евгений, у нас сейчас реконструкция, так что ваш объект на полгода выведен из контролируемых объектов. Но вы не бойтесь, как можно влезть в окно, если ключ от решетки в ящике на стене?»

Но чтобы вставить ключ в замок, мне нужно было добраться до решетки, установленной между рамами кабинета менеджеров отдела по арт-проектам. Вспоминаю ту минуту, когда я вынул ключ из ящика… Видимо, есть в человеке что-то, позволяющее и прикуп не знать, и в Сочи жить.

И вот сейчас я сижу на лестнице, упирающейся своим верхним концом не в балкон, а в подоконник (мне очень хочется увидеть автора идеи этой архитектурной композиции), и держу стеклорез у стекла. Я видел, как это делают Брюс Уиллис и Ливанов. Но когда я попробовал начертить стеклорезом ровный круг, у меня получилось что-то, очень напоминающее ромб.

Звук, который при этом раздался, заставил меня стиснуть зубы и закрыть глаза. Рогулин выносить не может, когда кто-то трет друг о дружку куски пенопласта. Я выделяю яд, когда слышу скрип стекла.

Я провел по ране еще раз. Получилось два ромба. Так резать можно до утра. Часам к восьми я превращу наружное стекло пластикового трехкамерного стеклопакета в матовое, слезу и уйду домой. Вот это будет месть! Девки придут, а в кабинете — как в туалете…

Глава 10

Напрягши силы, я резанул еще раз, и стекло осыпалось на металлические ступени лестницы с ужасающим грохотом. Минуту я сидел и думал о том, что будет, если охраннику в офисе придет в голову выяснить его причины. Но охранник не шел. В нашем здании есть еще десять этажей помимо «вижуэловых», и у каждой — своя охрана. И охранник каждой из них сейчас сидит и думает — «на кой мне идти, если стекло грохнуло, скорее всего не у нас?».

Поняв, что прокол остался безнаказанным, я с каким-то ненормальным ледяным спокойствием поколол оставшиеся два стекла пакета рукояткой пистолета.

Открыв замок ключом из кармана, я перешагнул подоконник и проник внутрь кабинета. В нем пахло вчерашними духами и сплетнями.

Луч фонарика скользнул по стене, лизнул сейф, и я увидел приклеенную к нему табличку с надписью: «Выносить в 1-ю очередь». Вот эти надписи, исполняемые обычно на сейфах, я считаю совершенно бесполезными. Не являясь частым свидетелем пожаров, я все-таки могу с уверенностью сказать, что ни один из тех, кто почувствовал запах дыма, не займется выносом в первую очередь сейфа весом с «Миникупер». Обычно при пожаре люди теряют голову и в первую очередь выносят что-нибудь ненужное вроде видеоплеера или документов на холодильник, и уже на улице вспоминают, что в квартире остался парализованный дедушка и акции «Газпрома».

Но плевать на сейф. Я смотрю в прорези для глаз, которые можно было сделать и подальше друг от друга, и двигаюсь из кабинета в коридор. Повсюду камеры, но в отсутствие тревоги материал будут просматривать