-->

Собачий род

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Собачий род, Арбенин Сергей Борисович-- . Жанр: Современная проза. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bazaknig.info.
Собачий род
Название: Собачий род
Дата добавления: 16 январь 2020
Количество просмотров: 291
Читать онлайн

Собачий род читать книгу онлайн

Собачий род - читать бесплатно онлайн , автор Арбенин Сергей Борисович

"Собачий род" — новая редакция романа "Собачий бог" Сергея Арбенина (Смирнова).

 

На окраине сибирского городка происходят загадочные убийства. Растерзанные тела находят в переулках, на свалках. Власти устраивают массовый отлов бродячих собак и отстрел волков…

О местном краеведе ходят нехорошие слухи. Все, кто входит в его дом, бесследно исчезают. Старик не топит печь, лежит в пустой холодной комнате, в которой нет никакой мебели кроме лежанки и белой шкуры на полу…

Больного и старого пса Тарзана хозяева увозят из дома и бросают в лесу. Но пес должен вернуться и спасти свою Маленькую Хозяйку. Он знает, что рядом с ней, среди синих сугробов, растет Нечто, что грозит всему живому.

Это Нечто чувствует и студент, снимающий комнату в деревянном доме неподалеку. Студент, который в лунные ночи способен превращаться в собаку…

Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала

1 ... 43 44 45 46 47 48 49 50 51 ... 92 ВПЕРЕД
Перейти на страницу:

— Ох, горюшко-то какое, — внезапно воющим голосом начала мать Феклуши. — Такая девка была, всем на зависть, краше не было в деревне, да вот, Господь распорядился…

— Не каркай! — мрачно оборвал её отец.

Доктор быстрым взглядом окинул обоих, пробормотал:

— Ну, я, с вашего позволения…

И подошёл к занавеске.

Григорий Тимофеевич двинулся следом, но мать Феклуши внезапно тронула его за рукав.

— Пусть дохтур смотрит, — сказала она вполголоса. — А только Феклуша не хотела, чтоб вы, Григорий Тимофеич…

— У неё лихорадка и сильный жар, — сказал из-за занавески доктор. — Она все равно ничего не слышит, так что можете смотреть.

Григорий Тимофеевич заглянул за занавеску.

Феклуша лежала в одной полотняной рубахе без рукавов. Её тонкие белые руки были сплошь синими от кровоподтёков. Половина лица распухла, чудовищно исказив его, искривив рот. Одного глаза вовсе не было видно, другой — в чёрной обводке, — был закрыт. На лбу растеклась огромная шишка с запёкшейся кровью. Даже на расстоянии чувствовался исходивший от неё жар.

— Ну-с, дальше позвольте мне одному, — проговорил доктор и довольно грубо задвинул занавеску.

Григорий Тимофеевич неловко потоптался, мельком взглянул на хозяев — и вышел на воздух.

Демьян вполголоса беседовал с попом; мимо шла баба с коромыслом — и тоже остановилась, послушать.

Григорий Тимофеевич вынул папиросу, закурил, присел на лавочку у ворот.

— А что, барин, доктор говорит? — спросил Демьян, оборачиваясь. — Выживет девка?

— Жар у неё сильный. В беспамятстве лежит.

— Жар — это ничего, — вмешался священник. — Жар пройдёт, осталось бы здоровье. Переломов у неё, кажется, нет.

Григорий Тимофеевич молчал.

Отец Александр вздохнул:

— Вы, Григорий Тимофеевич, наверное, меня осуждаете…

— За что?

— За то, что не воспрепятствовал языческому обряду… Ей-богу, хотел, и даже уговаривал. Бесполезно.

Григорий Тимофеевич молча кивнул.

— Никиту Платоныча тоже жалко, — продолжал отец Александр.

— Кого? — не понял Григорий Тимофеевич.

— А старца нашего, Суходрева. Ему ведь, по записи, сто два года было. Ещё при государыне Елисавете Петровне родился.

Барин снова промолчал. Демьян снял шапку, по привычке стал мять её своими огромными чёрными ручищами.

— Да, жаль Суходрева. Жилистый был старик. Всё выдюжил, с французом воевал. Огонь добыл, лёг в траву, — и душа улетела.

Он подумал и добавил:

— Завтра хоронить будем.

Наконец, вышел доктор. Он казался ещё более суетливым, глаза горели каким-то неестественным блеском.

— Что ж, должна выжить, — сказал он. — Сильные ушибы, царапины, гематомы и всё такое; однако все кости целы.

Он обернулся на дрожки. Кучер Ванька понял, приударил вожжами, подогнал дрожки поближе.

— Где у вас дети-то болеют? — спросил доктор, занося ногу на ступеньку.

— Демьян! — позвал Григорий Тимофеевич. — Покажи доктору, проведи по всем дворам, — где коровы пали, где люди болеют.

Он коротко поклонился доктору.

— Демьян Макарович — староста. Он вам всех покажет. А я, уж извините, домой. Пройдусь пешком, развеюсь. А потом, как больных осмотрите, — прошу ко мне на обед.

Доктор сел в дрожки, Демьян взгромоздился на козлы, сильно потеснив кучера.

Григорий Тимофеевич вернулся в избу.

— Иван, — позвал хозяина. Тихо шепнул: — Если какие лекарства нужны, помощь, — иди прямо ко мне. Я скажу слуге — тебя проведут. На вот пока…

И он сунул в корявую ладонь Ивана ассигнацию.

— Да что вы, Григорь Тимофеевич! — испуганно сказал Иван, разглядев бумажку. — Зачем? Лекарства дохтур оставил (в избе действительно сильно шибало в нос чем-то медицинским, ядовитым, вроде карболки), а таких денег мы отродясь в руках не держали.

— Ничего-ничего. Возьми. Съездишь в Волжское, на торг, купишь Феклуше баранок, отрез на платье, ботинки… Или что она попросит.

И, быстро повернувшись, вышел.

Шёл по деревне скорым шагом, не оборачиваясь. Только когда ступил на лесную дорогу, перевел дыхание и слегка расправил плечи.

"А доктор-то, кажется, морфинист…", — подумал мельком, и тут же забыл об этом.

* * *

Доктор заехал вечером, перед закатом. Он очень торопился и отобедать отказался наотрез, сославшись на недомогание. И действительно, выглядел он ещё более странно, чем утром: глаза блестели и беспрерывно перебегали с одного предмета на другой; руки дрожали. И сам он постоянно совершал суетливые, ненужные движения.

Григорий Тимофеевич догадался, в чём именно состоит его недомогание, и сказал, что не смеет задерживать.

— А что же больные? Узнали вы причину болезни?

— Без сомнения, несколько человек были покусаны больными животными. Обычная "рабиес". Случаи тяжёлые, вряд ли кто-то из них выживет. А в остальном картина обычная: смерть от несчастных случаев, от грязи, от зверства…

Он добавил, что младенец Никитиных умер от дистрофии, то есть от недостатка питания — то ли мать его голодом наказывала за беспокойство, то ли по какой-то другой причине.

— У неё молока не было, — вставила вдруг горничная. — А корова сдохла. Кормили мякишем, размоченным в воде, да тряпицу с коровьим молоком в рот совали.

— А ты откуда знаешь? — недовольно спросил Григорий Тимофеевич.

— Так я ж родня им, Григорий Тимофеевич, — спокойно ответила горничная.

— И много ещё таких голодающих детей в деревне?

— Об этом не ведаю. Да у вас же староста есть, и управляющий…

Григорий Тимофеевич крякнул и махнул рукой.

Доктор быстро покивал всем, собравшимся за обеденным столом, и уехал, не дождавшись даже Григория Тимофеевича, который вызвался проводить доктора верхом.

— Гриша! — сказала Аглая, когда Григорий Тимофеевич вернулся расстроенный и обескураженный. — А что такое "рабиес"?

— Бешенство.

Аглаша всплеснула руками.

— То-то я смотрю, наш Полкаша изменился. Раньше — ты помнишь? — на цепь сажали, чтоб кого не укусил. А сейчас стал ласковый, лизаться лезет…

— Вот как? Что же ты мне раньше не сказала?

Он повернулся к старому слуге Иосафату:

— Петька вернулся?

— Не знаю-с. Сейчас выясню.

Слуга ушел.

Григорий Тимофеевич строго взглянул на жену.

— Вот что, Аглаша. Полкан-то наш, кажется, болен. И болен неизлечимо. Если человека укусит, — человек умрёт. Его пристрелить придётся.

Он крепко растер виски руками.

— Вот вам и "рабиес"…

* * *

Петр Ефимыч явился поздно вечером. Григорий Тимофеевич вызвал его в свой кабинет и прежде всего сделал внушение за внезапный отъезд. Петр Ефимыч был вольнослушателем Московского университета, и доводился Григорию Тимофеевичу внучатым племянником. В последнее время он как бы исполнял обязанности управляющего имением. Нрава он был доброго, но бесшабашного. Крестьян жалел, долги, бывало, прощал, а бывало, платил за должников из своего кармана, — все это Григорий Тимофеевич знал, и, как человек нового времени, просвещённый и либеральный, не слишком сердился. Поэтому и к нынешнему внушению оба отнеслись довольно легко.

Знал Григорий Тимофеевич и то, что племянник был очень охоч до женского пола. Для того, видно, и в Вёдрово ездил: уже присмотрел там себе, видать, местную красотку.

Григорий Тимофеевич велел племяннику сесть и вполголоса сказал:

— Вот что, Петруша. У нас в имении обнаружилось бешенство — сегодня здесь был доктор из Волжского, осмотрел больных, и сказал, что есть все признаки "рабиес".

— Болезнь дурная, я слышал, — покачал головой Пётр, сразу став серьезным. — И людей, и скотину не щадит.

— Вот-вот. А главное — вот что. Полкан наш болен.

Пётр быстро взглянул на дядю, опустил глаза. Вздохнул.

— Я давно заметил, Григорий Тимофеевич, только не хотел докладывать. Его ведь пристрелить надо. А жалко.

1 ... 43 44 45 46 47 48 49 50 51 ... 92 ВПЕРЕД
Перейти на страницу:
Комментариев (0)
название