Горбатая гора (сборник)

До Тинсли начали доходить слухи. Рас появлялся у Хансонов. Дочери Хансона вешали белье, когда появился Рас на серой лошади, с опущенной на лицо шляпой, — он показал непристойность и ускакал.

Телефонный аппарат звякнул четыре раза, и, когда миссис Тинсли ответила, мужской голос посоветовал ей держать «этого гребаного идиота» дома. Но Рас отсутствовал уже шесть дней. А прежде чем он вернулся, к Тинсли наведался шериф на новом черном «шевроле» с нарисованной на нем белой звездочкой на боку и сказал, что Рас показал свои причиндалы жене фермера в Ти-Сайдинг, в сорока милях от дома.

— У него нет ничего такого, чего она бы не видела раньше, но ей не понравилось представление. И старик ее, конечно, тоже не пришел в восторг. Если вы не хотите, чтобы вашего парня где-нибудь закрыли или еще больше покалечили, держите его лучше дома. У него и так ужасное лицо.

Когда на следующий день Рас вернулся домой, изможденный и голодный, Хорм расседлал коня и унес седло наверх в спальню.

— Извини, Рас, но ты не можешь заниматься тем, чем занимаешься. Хватит.

На следующий день Рас и конь исчезли.

— Он уехал без седла, — проговорил Хорм.

Они не могли удержать его дома. Теперь маршрут Раса сократился, но он снова катался по окрестностям.

На кухне Дэнмайров, на стоящем в углу засаленном кожаном диване, напоминающем старое седло, лежал Айс Дэнмайр. Седые волосы разметались, рот во сне открылся. На деревянном столе, двенадцати футов в длину, обставленном скамейками, стоял поднос для теста, наполненный вилками и ложками. Металлическая раковина покосилась, из деревянного буфета доносился запах плесени. Посудный шкаф был без дверец, полки заставлены тяжелыми тарелками. Радио на стене никогда не выключалось, и из него всегда неслись вопящие голоса. За дверью висел причудливой формы телефон. На буфете стояла целая батарея бутылок, помеченных именами и инициалами членов семьи.

Варн возился у духовки, выпекая бисквиты, а черноволосый кривоногий Марион варил разрезанную пополам картошку. Из кофейника бил коричневый фонтан кофе, стекая по стенкам стеклянной крышки.

— Ужин! — крикнул Варн, кладя бисквиты в кастрюлю и сделав быстрый глоток из маленького стаканчика виски. — Ужин! Ужин! Ужин! Ешьте или уходите голодными!

Айс потянулся, поднялся, подошел к дверям, закашлялся и сплюнул.

Они молча ели мясо, жуя и чавкая. У них не бывало никаких овощей, кроме картошки и иногда капусты.

Айс, как всегда, пил кофе из соусника.

— Слышал я, был какой-то инцидент в Тай-Сидин.

— Да уж, слухи разносятся быстро. Чертов парень Тинслеев заехал к Соейрам и вытащил свое хозяйство перед девушкой. Скоро он поймет, что гораздо приятнее его не просто показывать. Это всего лишь вопрос времени.

— С этим обязательно надо что-то делать, — сказал Джексон, беря еще кусок мяса. — Похоже, будто эта ненормальная миссис Тинсли утопила не того ребенка. Черт побери, Варн, какое вкусное мясо, а я пропускаю такое удовольствие из-за разъездов.

— Ну, это не моя проблема. Покупай сам — на Билли-Джиллс-Пиккадилли есть магазин.

В один из удушливых, воняющих кузнечиками летних дней, миссис Тинсли услышала во дворе ритмичный рокот мотора. Она выглянула на улицу и увидела фургон, над кабиной которого работал миниатюрный вентилятор. У фургона в пыли кто-то стоял.

— Там кто-то приехал, — сказала она.

Хорм медленно повернулся. Он только начал выздоравливать от насморка и страдал от головной боли из-за пыли.

На улице к нему подошел улыбающийся Джексон Дэнмайр, одетый в коричневый твидовый костюм. Пыль все еще летала над дорогой. У его ног прыгали кузнечики.

— Мистер Тинсли? Как поживаете? Джексон Дэнмайр. Уже два года собирался к вам заехать и предложить «Морнинг Глори». Возможно, это лучшее, что есть на рынке, — они спасают наше фермерское мясо в эти проклятые пыльные деньки. Да, все собирался и собирался, но был так занят на ранчо, а потом разъездами туда-сюда по торговым делам, что и дома-то почти не был. — Он улыбался так, будто улыбку ему приклеили намертво. — Мой отец, мои братья и я — у нас есть пять этих охладителей в Рокин-Бокс.

— Я не занимаюсь фермерством. Овечий бизнес начинал, но что-то у меня со скотиной не ладится. Я только немного занимаюсь огородом и пчелами. Хочу взять двух голубых лисиц на следующий год. Может быть. Но у нас все в порядке. Не думаю, что нам нужен охладитель.

— Ну, при такой чертовой засухе, как у нас, его очень удобно использовать. Проведите себе электричество. Сделайте резервуар для воды. Это крутая вещь: можно купаться, ловить рыбу, и от пожаров защитит. А главное — вы ж не знаете — а вдруг ваш дом загорится? А вокруг так сухо, что дело может дойти и до пожара в прерии.

— Не знаю. Сомневаюсь, что мне по карману такие расходы. Эти вещи ужасно дорогие для человека в моем положении. Черт, я даже не могу купить себе новые шины. А они мне очень нужны. Но дорого.

— Ну, уверен, вы говорите правду. Некоторые вещи и правда очень дорогие. Согласен. Но не «Морнинг Глори». — Джексон Дэнмайр достал сигареты и предложил Хорму.

— Я никогда не курил эти штуки. — На дороге показалось облако пыли в четверти мили от дома Тинсли.

Да уж, охладители, подумал Хорм. Он, наверное, проехал мимо мальчика на дороге.

Дэнмайр курил, кивал головой и поглядывал вокруг.

— Да, небольшой прудик был бы тут очень к месту.

Старый Баки — неоседланный, взмыленный и уставший — обогнул угол и вошел во двор. Лицо Раса, восседавшего на нем, было искажено, глаза сияли. Он проехал мимо фургона так близко, что запачкал бок.

— Ну, и что это было? — спросил Джексон Дэнмайр, бросая обсосанную сигарету в пыль и туша ее носком ботинка.

— Это Рас. Мой сын.

— Черт побери. Так это же тот самый остряк, который машет своими причиндалами перед женщинами. Слышал об этом? Кто знает, может он скоро схватит какую-нибудь маленькую девочку да обесчестит ее? Есть люди, которые отрежут ему эту штуку, чтобы не размахивал, где попало. Так что лучше бы его маленько успокоить.

— Так в этом все дело, да? К черту охладитель. Это из-за Раса вы сюда приехали? Слушайте, он сильно пострадал в автомобильной катастрофе. Он неопасен, он сам — жертва обстоятельств.

— Ну, я-то это понимаю. Мне жаль. Но, кажется, именно эта часть тела у него не пострадала, раз уж ему так хочется всем ее показывать.

— Почему бы вам не убрать эту гребаную машину из моего двора? — сказал Хорм Тинсли. — Он изуродован, но он такой же мужчина, как и любой другой.

Черт, теперь этот сукин сын и его семеро братьев не отвяжутся.

— Да, мне пора. Вы слышали все, что я сказал. Только помните: я продаю охладители, но я не идиот.

В загоне Рас чистил Баки щеткой, а конь жадно пил воду. Человек жесткий, с характером, забрал бы у него лошадь. Но Хорм Тинсли колебался. Единственной радостью в жизни мальчика была верховая езда. Он поговорит с ним через день-два, заставит его понять.

Но неожиданный ливень уничтожил несколько молодых арбузов, и Хорм несколько дней был занят, а потом потребовалось время для поливки помидоров. Забот было по горло. Первые арбузы уже созрели, когда на них пришли охотиться койоты, и Хорму пришлось спать на улице. Наконец арбузы — большие и маленькие — были собраны, помидоры почти дозрели, и потребность в воде уменьшилась. Стояло позднее лето, но солнце продолжало все так же нещадно палить.

Рас, ссутулившись, сидел в кресле-качалке. В кои-то веки он был дома. Он выглядел несчастным — волосы спутались, руки были грязными.

— Рас, — сказал Хорм, — мне надо поговорить с тобой. Слушай меня внимательно. Ты не можешь ездить и делать то, что тебе хочется. Я знаю, Рас, ты молодой человек и в тебе есть мужская сила, но так поступать нельзя. Кроме того, я считаю, что тебе не надо отказываться от надежды жениться — возможно, если мы поищем, то найдем девушку, которая согласится выйти за тебя замуж. Но то, что ты делаешь… Ты их только пугаешь. А эти ковбои — Дэнмайры — могут что-нибудь сделать с тобой. Могут тебе навредить. Они дали слово, что, если ты не перестанешь приставать к девушкам, они тебе кое-что отрежут. Понимаешь, что я имею в виду? Ты понимаешь, что именно они собираются отрезать?