Добро пожаловать в NHK!

Часть вторая

Однако, я не умер.

Я продолжал жить мрачной жизнью хикикомори. Но в тот день я должен был встретиться кое–с–кем. Когда наступил вечер, и улицы опустели, я съел свой запоздалый ужин. А когда совсем стемнело, я отправился в парк, что недалеко от моего дома. Летний ночной ветерок был прекрасен.

Я сел на скамейку и стал любоваться луной и звездами. Рядом со мной разгуливала черная кошка. Ее глаза сверкали, отражая свет уличных фонарей.

Ах, уже ночь. Да, было уже очень поздно.

Мисаки неожиданно появилась.

― Ты опоздал.

Она качалась на качелях, и заметив меня, резко спрыгнула с них. Черная кошка потихоньку подкралась к ней, и Мисаки взяла ее на руки. Кошка мяукнула, но сопротивляться не стала.

― Хорошая девочка. Сейчас я покормлю тебя, хорошо? ― Мисаки достала кошачий корм из сумки, что висела у нее за спиной. По–видимому, она кормила эту кошку каждый день.

― Кошки такие милые, тебе так не кажется?

― Да чего в них хорошего?

― Кошки всегда выглядят такими счастливыми, даже если они одиноки.

Я не совсем понял, о чем она говорила, но попытался ответить.

― Кошки неблагодарны.

― Я знаю.

― Она скоро забудет про тебя, Мисаки. Кормить её ― напрасное дело.

― Пока я буду давать ей еду, все будет хорошо. Она будет помнить меня. Не будь таким бессердечным. Ты будешь приходить в парк каждый вечер, верно?

Она мягко погладила кошку, пока та жадно поглощала еду. Закончив есть, она неспешно скрылась в кустах.

Мы сели на скамейку. Мисаки вытащила из сумки свой «Секретный Дневник».

Итак, сегодня ночью началась первая консультация, посвященная спасению хикикомори.

Мисаки называла это «консультацией». С самого начала, её слова и действия были такими странными, что я был уверен в том, что это какая–то шутка. Однако, она была настроена очень серьёзно.

― Ты опоздал. В контракте же сказано, что ты должен приходить сразу после ужина, помнишь?

― Я только что поужинал…

― В моей семье принято ужинать в семь часов.

«И откуда, черт побери, я мог это знать?!» ― хотел я прокричать, но не стал.

― Ну, с завтрашнего дня приходи пораньше. Итак, начнем нашу первую «Лекцию о том, как перестать быть хикикомори», хорошо? Присаживайся.

Я сел на скамейку, как мне было сказано. Мисаки села рядом, повернувшись ко мне.

Ночной парк… Никого вокруг. Что же сейчас должно было начаться? Что она собиралась делать? Я слегка нервничал. Мисаки положила свою большущую сумку и начала в ней рыться.

Прошептав что–то вроде: «А, вот она, нашлась», она достала тетрадь. На обложке черным маркером было написано «Секретный дневник».

― Что это? ― спросил я.

― Секретный Дневник.

― И что это такое?

― Ну… Секретный Дневник.

Мисаки открыла свой «Секретный Дневник» и пролистала его.

― В общем, я начинаю лекцию.

Из–за света фонаря, светившего позади, ее лица не было видно. Однако, ее голос был серьезен. Не понимая, что происходит, я глубоко вздохнул.

Мисаки начала свою лекцию:

― Ммм… Я начну с определения хикикомори. Ты знаешь, почему люди становятся хикикомори? Ты знаешь, Сато? А? Нет? Я так и думала. Тебя же отчислили из колледжа, так что вряд ли тебе хватит ума ответить на такой сложный вопрос, Сато. А я знаю. Я же умная, в конце–концов. Сейчас я готовлюсь к экзаменам GED. [35] Я занимаюсь по пять часов в день. Я молодец, а? Ха–ха–ха…

Отсмеявшись, она продолжила:

― Согласно результатам моих исследований, не только хикикомори, но и другие психологические проблемы вызваны неспособностью человека приспособиться к его окружению. Проще говоря, ты не можешь поладить с окружающим миром, поэтому возникают разные трудности.

Мисаки перелистнула страницу.

― Давным–давно люди придумали множество разных способов найти свое место в мире. Например, рассмотрим концепцию «богов». Существует множество самых разных богов. В одной только Японии восемь миллионов… А? Восемь миллионов? Не многовато ли? Это вообще правда? [36] Л–ладно, в общем, в мире существует множество богов, и они облегчают страдания многим людям, например тем, кто приходят на церковные встречи. Люди, которым не могли помочь боги, придумали другие способы. Например, философию.

Мисаки снова начала копаться в своей сумке. Засунув голову в свою необъятную сумку, она, наконец, нашла, что искала.

― А, нашлась. Вот, держи, ― она вытащила какую–то книгу и протянула её мне. Книга называлась «Мир Софии» [37].

― Она довольно сложная, так что я не совсем поняла её, но, думаю, в этой книге ты найдешь все, что тебе стоит знать о философии. Я взяла её в библиотеке, так что прочитай её до завтра, хорошо?

Я в замешательстве взял книгу. Я не мог понять, что же мне делать, а Мисаки продолжила монотонно читать свою лекцию:

― Ммм, ладно, после философии у нас идет психоанализ! Он был очень популярен в девятнадцатом веке и даже в наши дни, а изобрел его человек по имени Фрейд. Говорят, что если подвергнуть себя психоанализу, можно действительно избавиться от своих проблем. Вот, например, ты помнишь, что тебе снилось этой ночью? Я могу провести психоанализ для тебя. Расскажи мне, что ты видел в своих снах, Сато.

Я рассказал:

― Появился огромный змей. Он нырнул в океан, а потом я пронзил мечом яблоко. А еще я стрелял из огромного, черного, сверкающего пистолета.

Услышав это, Мисаки вытащила еще одну книгу из своей гигантской сумки. Она называлась «Толкование Снов: С той книгой вы легко достигнете глубин своего сознания!»

― Хм… Змей, океан, яблоко, меч, пистолет… ― бормоча себе под нос, она искала слова в указателе, а затем отвернулась и густо покраснела. Почему–то я понял это, хотя в парке было довольно темно.

― З–закончим с Фрейдом! Переходим к Юнгу! ― почти прокричала Мисаки.

― Постой! А каковы же результаты анализа моих снов? Мисаки, расскажи мне, что мог символизировать огромный змей, ― настаивал я, но она проигнорировала мои неуклюжие домогательства.

― Юнг… Он был не согласен с Фрейдом, поэтому он пошел другим путем. Так что проведем психоанализ по методу Юнга.

― Эй, не игнорируй меня!

― Насколько я могу судить ты принадлежишь к «интровертному» и «эмоциональному» типам. Ты боишься «Великой Матери». А еще ты борешься с тенями. Как ужасно! Чтобы узнать больше, пожалуйста, прочитай эту книгу.

Эта книга называлась «Все о Юнге в картинках!»

У меня уже голова начала идти кругом, но лекция Мисаки продолжалась. От Юнга мы перешли к Адлеру, затем к Лакану.

― Теория Лакана как поле из капканов!

Меня ошарашило, что она смогла выдать такой чудовищный каламбур, да еще и улыбаясь при этом. Я хотел вернуться домой. Как будто заметив мою реакцию, Мисаки резко сменила тему.

― Ой, прости за все эти сложные речи. Кажется, тебе не подходят все эти научные беседы, Сато. Ну, ничего страшного. У нас есть и завтрашний день.

― А?

― Мы ― всего лишь люди, и это приносит страдания.

Я промолчал.

― Я переживаю за тебя, ведь тебе сейчас так тяжело. Но давай смотреть вперед. Пока у нас есть мечта, с нами все будет хорошо. Ты не один. Дорогу осилит идущий. Все поддержат тебя. Старайся изо всех сил и обретешь счастье. Ты достигнешь успеха, если продолжишь двигаться вперед и мыслить позитивно, так давай же пойдем к светлому завтра вместе. Будущее прекрасно. Мы ― люди, мы ― люди, мы ― люди…

Я выхватил сумку из рук Мисаки и вытряхнул ее содержимое. Целая гора книг высыпалась на землю: книги Министерства Здравоохранения, книги серии «Рациональная Жизнь», «Введение в психоанализ», «Полный справочник психических заболеваний», «Книга для чтения в затруднительных ситуациях», «Правила успеха в жизни», «Призрак Мерфи», «Интеллектуальная революция», «Мицуо», «Мицури», и так далее, и тому подобное.