<1929>
236. Хороши Ниццы для заграницы
Билет – триста.
Виноград туристу.
На воды бок у дяди,
А у тети потереть сзади.
Профессорской дочке
Прочистить почки,
Веселой сучке
На время течки.
Балетной блошке
Пощупать ляжки,
А мальчику-киношке
Дать по натяжке,
Пусть добреет за лето
Спирохета-палида.
<Биржевикам> на свободу,
Очухаться от трупного яду.
Всем награда за труды —
У моря райские сады.
<1933>
237. «Соберемся, друзья, за скатертью…»
Соберемся, друзья, за скатертью:
Повара в колпаках,
Черепа на столах.
Мы ихтиологи. Головастики в банках,
У лягушек скачут лапки
По дорожке парка.
Здесь не пыльно и не жарко.
Для работы нужна тишина,
Побольше горного воздуха
Для плодовитого отдыха.
Смотрите здесь! Смотрите там!
Потомство благодарно нам.
Мы не бываем на балах,
Мы не танцуем на столах,
Не пьем, не поем,
Из носа каплют капли.
Вся жизнь в труде,
Пальцы в бороде,
В балде мозголом —
Так соберемся за столом
И будем кушать котлеты
Во время шумной беседы
Про условные рефлексы,
Слюноточа на бифштексы.
Осень 1933
Старый Петергоф
238. Умные дети
Стирая свою сорочку,
Королевская дочка
Загляделась на тучку
И уронила в море колечко.
У нее брызнули слезы
От такой неудачи.
Проезжавший рыцарь слез
И спросил, о чем она плачет.
– Что ж, придется достать колечко,
Но что вы за это дадите?
Она отвечала, плача:
– Берите, что хотите.
Рыцарь опустил забрало,
Чтоб туда воды не попало,
Он очень торопился,
Нырнул и не возвратился.
Ослабела, на берег села,
Залилась слезами девица
И дала себе слово
Никогда не топиться.
<1939>
239. «Я всегда не прочь поесть…»
Я всегда не прочь поесть,
Мне холодновато.
Разрешите мне залезть
В рукава халата.
25 января 1943
Коридор «Алатау», Алма-Ата
240. Приходил
Я от вас бы убежал
Со своим бы идеалом,
Так всю жизнь бы и лежал
С головой под одеялом.
Убежал бы я от вас
Со своим бы идеалом,
Скрывшись раз и навсегда-с
С головой под одеялом.
<1943?>
241. «Весело Магарилле…»
Весело Магарилле
Ездить в автомобиле.
Очень приятно Софе
Пить молоко и кофе.
1943
242. «Летят ракеты…»
Летят ракеты,
Блестят паркеты,
Ликует быдло,
Дают повидло.
1944
243. Усач
Извиняюсь: как-то раз
Захожу я в шаштараз —
Дамы сушат перманент,
В кассе пишут депонент,
Ломит кассу паникер,
Дамы бреют маникюр.
Выражаясь, хулиган
Выпивает ориган,
Из открытого окна
Долетает тишина.
Визави, в окошке ОРСа,
Ничего, – продажа морса.
Вдруг, шипя как патефон,
Подъезжает фаэтон.
Все высовывают торс,
Обращаются на ОРС.
Из закрытого распреда
Выбегают три Альфреда
И снимают с лихача
Молодого усача.
Тут у зрительниц, пардон,
Возбуждается гормон
И стекает, как слюна,
С подоконника окна.
Точно, скинувши бостон,
Им хотелось бы часами
Шевелить его усами.
Дамы громко говорят,
Испускают аромат.
Вдруг по улице валит
Недобитый инвалид.
Он хватает, хохоча,
В обе руки усача,
И, махая костылем,
Разрывает пополам.
Бледно-розовая тешка,
Дамы бьются об окошко.
Три взбешенные Альфреда
Рвут остатки из распреда.
Он уносит усача,
Безобразно хохоча.
Кончено 11 июня 1944
«Дом Cоветов». Большая часть —
по Красноармейской ул.
244. Ветер
Ты, осторожно! Пожалей
Сухие ветки тополей.
Не бросайся по следам
Бегущих девушек и дам.
И заголяя им зады,
Оставь фруктовые сады,
Оставь, скотина, не ломай.
Не видишь, что ли, – урожай.
25 июня 1944
С базара в гостиницу
245. Ее роман
Приходила белая,
Так сказать, овечка,
Подарила милому
На брелок сердечко,
Подшивала к наголенкам
Двойные носочки,
Колотила ручками
В синие височки.
