Смерть — только начало (СИ)

— Я знаю, ты забудешь, но удачи тебе, Новок! — пожелал он искренне.

— Спасибо за все, это было интересное приключение, хотел бы я его помнить.

Попрощавшись со всеми, я отправился через мост в сторону леса. Если правильно помню, то он принадлежит эльфам. Соваться в него мне не рекомендовали, у ушастых противный нрав, но обходить лес далеко. К тому же, если не буду останавливаться, то выручу больше времени. Теперь я принадлежу самому себе, и душа жаждет приключений!

========== Часть 10 ==========

Часа через два, когда я уже вошел в лес, я поймал себя на том, что помню огров. Помню и Одара, и Мая, и князя с Ардианом, Ифа, и, конечно же, Птичку. Это меня обрадовало, забывать их я не хотел. Увлекшись своими мыслями, я не сразу заметил, что окружен. Они были зелеными, вместо кистей и рук — листья, ногами служили корни. А глаза, острые уши и бесчисленные зубы выдавали принадлежность к животному миру.

— Ты убил ее! Просто убил! И не для того, чтобы съесть, просто — для развлечения! — сообщил ближайший и раскрыл ладонь-лист, демонстрируя мне мертвую, раздавленную гусеницу.

— В первый раз ее вижу, — сказал я. Но лица у эльфов(?!) были столь серьезны, что я постарался изобразить сострадание на лице и принял скорбную позу.

— Ты ее раздавил! Наступил и пошел дальше! Убил не ради еды, а просто так! — твердо сказал тот, кто держал труп гусеницы. — А сейчас нагло отрицаешь!

— Я не отрицаю, убил, но съесть не смог, не нашел. Можно съем сейчас и дальше пойду?

Теперь понятно, что имелось в виду под психованными эльфами. Гринпис чокнутый.

Зеленые, будь они неладны, переглянулись, поговорили и тот, что с гусеницей, решил:

— Это слишком малая плата за нарушение закона природы! — хлабысь, и гусеница исчезла в пасти эльфа. — Ты приговорен к съедению! Идем!

— Как это к съедению? — в шоке уставился на них я. — За гусеницу?! Мы в разных весовых категориях, так нечестно!

— Она живая и ты живой, — пожал плечами эльф. — Вы одинаковы.

— Да, но… — мысли путались и никак не хотели выдать мне план спасения. Я с тоской подумал об ограх, Птичке, Мае, Ифе и других, даже о новом знакомом Патри, которому только предстояло пройти путем тхарма. — Но так вы только приумножите смерть. Одна уже есть сегодня, не добавляйте новой.

— Твоя не будет напрасной! — пообещал эльф.

Из его плеча вылез побег и обвился вокруг моего горла. Эльфы пошли вперед, таща меня за собой. Прохрипев невнятно, я плелся, спотыкаясь о корни, не имея возможности смотреть себе под ноги. Я был уверен, если упаду, то эльфы даже не остановятся. Старательно переставляя ноги, тащился следом. Наверное, я бы задохнулся, если бы нуждался в воздухе, а так не мог только говорить.

Мы подошли к странному, низкому строению из камня. Оно не имело окон, но было с дубовой дверью, в метре от которой из стены торчал крюк. С него эльф снял ключ, тогда дверь открыли и меня впихнули внутрь. В темном помещении была еще одна дверь, а на стене опять ключи. В этот раз два. Дверь эльф открывал осторожно, и едва щель стала достаточной для меня, протолкнул внутрь и запер. Я ничего не видел в темноте, только услышал звон цепей, и меня резко прижали к двери, с силой надавили на грудь.

— Неживой, слава темным, — прошептал хриплый голос мне на ухо. — Покричи немного.

От неожиданности я замер, вот только болезненный щипок за бедро, заставил вскрикнуть, а потом и заорать.

— А-а-а!!!

Я очень старался, незнакомец щипался больно и повторения не хотелось. Мне резко заткнули рот рукой.

— Сейчас вечер? — спросил он, прижимаясь губами к шее, я автоматически кивнул. — Сейчас я тебя укушу, но мертвыми вампиры не питаются, на твое и мое счастье. Я слишком голоден, я выпил бы любого разумного. Когда я тебя отпущу, падай на пол. Твой «труп» эльфы вынесут и закопают под деревом, чтобы ты собой его кормил. Дождись ночи, они живут фотосинтезом и без света солнца впадают в спячку. Понял?

Вампир, в этом я не сомневался, разжал руки. Я перевел дух. Дав мне время прийти в себя, незнакомец снова схватил, вернее обнял. Его рука скользнула на поясницу, сильно и крепко прижимая к себе. Губы коснулись шеи, а потом и клыки. Царапнув, от чего по спине пробежались мурашки, он укусил. Боль я чувствовал. У него же не тонкие иголки, в самом деле. Но затем шея вся как-то онемела, и мне сделалось все равно. Я безотчетно вцепился в локти вампира, не двигаясь. Пить он не стал, конечно, сделал дырки и теперь стоял спокойно, удерживаемый уже мной.

— Ты чего? — тихо поинтересовался вампир.

— Все еще удивляюсь, — шепотом ответил я. — А вкусно? Неживого-то…

— Ты не вкусный! Даже больше: несъедобный, — заверил вампир.

— А, ясно, — я убрал от вампира руки, мелко подрагивая. В темноте, с хищником, пусть и не заинтересованным во мне в качестве еды, ощущения размывались, и мне казалось, мир сжался до нас двоих. — Так я падаю?

— Падай и лежи тихо, — попросил вампир.

Вспомнив оцепенение, охватившее меня в доме Птички и Араса, я вполне натурально рухнул и изобразил покойника. Эльфы, видимо дежурившие под дверью или рядом, отодвинули маленькое окошко у самого пола, пошушукались, а вскоре меня выволокли. Как и говорил вампир, закопали под деревцем. Дышать мне хоть и не надо, но в уши и нос все равно земли набилось. Для верности, я выждал времени с запасом и начал выбираться, на манер червяка вкручиваясь в рыхлую, мягкую землю. Направление я несколько попутал, так что откопался под углом и головой о дерево приложился. Вылез, огляделся, прислушиваясь. Сволочи зеленые точно спали, никакой охраны. Предположительно, я был у них в селении, но самого села не видел. Лишь причудливо сплетенные гнезда из веток в кронах деревьев, да сросшиеся стволы. Мастера маскировки блин. Отряхнувшись, стал соображать, откуда тащили. Поплутав, я все же нашел замаскированный кустом и лианами вход к вампиру. Открыв оконце, спросил шепотом:

— Это я. Если выпущу, что делать будешь?

— Вначале словлю хотя бы кролика, чтобы голод притупить. А потом пойду по своим делам, — заверил вампир.

— А почему тебя эльфы заперли? Тоже гусеницу раздавил? — спросил я.

Вампир казался вменяемым и не опасным, так что я зря перестраховывался, но открывать не спешил. Мало ли…

— Нет, я случайно сел на трухлявый пень, ломая тем самым дом сотен существ, — ответил вампир.

— Потрясающе… Психованные эльфы. А как тебя зовут?

— Айк, а тебя? — в ответ спросил он. — Так ты меня выпустишь?

— Новок, — назвавшись, я взялся за замок. — Айк, а можно с тебя стребовать ответную услугу? Ты ведь вампир, да? Есть у меня друг очень хороший, но спина у него побаливает. Кровь дракона и вампира ему поможет. С драконами проблем никаких, но вот с вампирами сложности есть.

Открыв дверь, я уставился в темноту, силясь рассмотреть в ней вампира. Почему я не попросил его слово дать, прежде чем дверь открыть, спросите вы. Все очень просто — так дела не делаются. Честный благодарный и так поможет, а обманщик смоется, хоть сто раз слово даст. Да и не хотелось принуждать. Не даст крови, все равно выкручусь.

— Там есть ключ от ошейника. Ну, пока что у меня нет крови, годной для отдачи, но через месяц — вполне, — заверил Айк.

— Ничего, я подожду, — заглянув в ящик у двери, нашел там ключ и вошел в камеру, где по правую руку угадывался вампир. Облапав грудь и плечи, нащупал шею, а вскоре — и замочную скважину. Ключ повернулся легко и плавно, железный ошейник с цепью звякнули об пол. Я чихнул, все еще пытаясь избавиться от земли в носу.

— Пошли, нам нужно спешить! — сказал вампир и, взяв меня за руку, повел прочь.

Там, в лунном свете, я смог рассмотреть его: худой, изможденный и усталый, он казался еще более мертвым, чем я.

— Куда тебе надо? В сторону огров или в обратную? — спросил Айк. — Я покажу, куда идти, и потом отправлюсь охотиться. Со своей скоростью ты не успеешь, но если я перекушу, то вытащу тебя до рассвета из леса.