Забытая жизнь (СИ)

— У каждого свой портал, если что-то пойдет не так, добирайтесь своим ходом. Первыми должны прибыть Рон и Тонкс, вторые — Артур и Фред за ними Поттер и Хагрид, четвертыми Джордж и Римус, пятые Гермиона и Кингсли за ними Билл с Флер, и последними в этой цепочке буду Грюм с Наземникусом.

— Это будет отвлекающий маневр, Волан-де-Морт обязательно бросится ко мне, так как посчитает, что Гарри буду опекать самый опытный мракоборец. А Адрианна и Молли будут ожидать нас здесь. — Грюм обвел взглядом все присутствующих. — Ну ладно, — продолжал он, завязав рюкзак, в который была уложена одежда для ложных Поттеров, и направившись с ним к двери. — До отправления осталось считанные часы, нужно успеть обеспечили все дома всевозможной защитой.

Самое ужасное — это ожидание, да еще и разговоры с Молли меня раздражали сильнее. Слава богу, была еще ее младшая дочь, Джинни, с которой мы нашли о чем поболтать.

— Может, еще чашечку чая? — предложила Молли.

— Спасибо, миссис Уизли, — сказала я. — Но…

Не успела я отказать, как послышался шум на улице, и, схватив палочку, я вылетела из дома.

Поттер лежал на земле посреди двора «Норы». Он уже вставал, когда я подлетела к нему, обернувшись, я увидела сбегающих по ступеням заднего крыльца миссис Уизли и Джинни.

— Поттер? — Я наставила на него палочку, но опустила, увидев Хагрида, который, тоже упавший на землю, с трудом поднялся на ноги.

— Как? Никто еще не вернулся? — выдохнул он.

— Что произошло? — спросила я.

— Нас поджидали Пожиратели смерти, — сказал мне Поттер. — Мы были окружены уже на взлете — они знали о сегодняшней ночи. Что произошло с остальными, мне неизвестно. За нами гнались четверо, мы могли только попытаться удрать от них. А потом за нас взялся Волан-де-Морт…

— Хвала небесам, вы целы, — сказала миссис Уизли, заключая Поттера в объятия.

— А у тебя бренди не найдется, Молли? — спросил дрогнувшим голосом Хагрид. — Для медицинских целей, а?

Она могла бы прибегнуть к магии, но вместо этого торопливо пошла в покосившийся дом сама.

— Это была засада, мисс Монфор-лʼАмори, — сообщил Хагрид.

Поттер повернулся к Джинни, и они о чем-то разговаривали.

Миссис Уизли вернулась с бутылкой бренди и отдала ее Хагриду. Тот вытащил пробку и выпил все разом.

— Мисс Монфор-лʼАмори! — крикнула Джинни, указывая пальцем на место в двух шагах от нее.

В темноте разлился синий свет, пятно его становилось все больше и ярче, затем в нем появились, вращаясь, и тут же упали Люпин с Джорджем. Я мгновенно поняла — что-то неладно: Люпин поддерживал потерявшего сознание Джорджа, лицо которого было залито кровью.

Поттер подбежал к ним, взялся за ноги Джорджа. Они с Люпином занесли Джорджа в дом, протащили через кухню в гостиную, уложили на софу. Когда на голову Джорджа упал свет, Джинни ахнула: Джордж лишился одного уха. Эта сторона его головы и шеи была залита еще не подсохшей, пугающе алой кровью.

Как только миссис Уизли склонилась над сыном, Люпин сцапал Гарри за локоть и бесцеремонно отволок его обратно на кухню, снаружи которой Хагрид еще боролся с дверью, не пропускавшей внутрь его огромную тушу.

— Эй! — гневно произнес Хагрид. — Отпусти его! Отпусти Гарри!

— Что ты делаешь? — удивилась я его поведению.

Люпин словно и не услышал.

— Какая тварь сидела в углу моего кабинета в Хогвартсе, когда Гарри Поттер впервые попал в него? — спросил он, слегка встряхнув Гарри. — Отвечай!

— Ты рехнулся, Римус! — крикнула я, наставив на него палочку.

— Водяной черт, — крикнул Гарри.

— Римус, — схватила я за рукав Люпина и отдернула его.

Люпин отпустил Гарри и прислонился к кухонному буфету.

— Прости, Гарри, но я обязан был проверить, — сказал Люпин. — Нас предали, Адрианна! Волан-де-Морт знал, что мы вылетаем сегодня, а единственными, кто мог сказать ему об этом, были люди, непосредственно причастные к выполнению плана. Гарри мог оказаться подставным лицом.

— А что ж ты меня не проверяешь? — пропыхтел Хагрид, так пока и не справившийся с дверью.

— Ты же наполовину великан, — взглянув на Хагрида, ответил Люпин. — А Оборотное зелье действует только на людей.

— Никто из членов «Ордена» не сказал бы Волан-де-Морту, что мы переезжаем этой ночью, — произнес Поттер. — Волан-де-Морт нагнал меня лишь под самый конец пути, поначалу он не знал, который из Поттеров — я. Если бы его посвятили в план, он с самого начала знал бы, что я лечу с Хагридом.

— Волан-де-Морт нагнал тебя? — резко переспросила я. — И что произошло?

Поттер коротко рассказал, как гнавшиеся за ними Пожиратели смерти, по-видимому, опознали в нем настоящего Поттера, как они прервали погоню — судя по всему, чтобы призвать Волан-де-Морта, появившегося совсем незадолго до того, как он и Хагрид достигли убежища — дома родителей Тонкс.

— Опознали? Но как? Чем ты себя выдал? — за меня спросил Люпин.

— Я… Я увидел Стэна Шанпайка… Помните, он был кондуктором в «Ночном рыцаре»? И попытался разоружить его вместо… Ну, он же не понимал, что делает, верно? Его наверняка сковали «Империусом».

Люпин пришел в ужас.

— Гарри, время разоружать их прошло! Эти твари пытаются схватить и убить тебя! Если ты не готов убивать их, так оглушай, по крайней мере.

— От нас было до земли ярдов пятьдесят! Стэн действовал не по собственной воле, а оглуши я его, он бы упал и разбился, и это было бы все равно что применить «Авада Кедавра»! «Экспеллиармус» два года назад спас меня от Волан-де-Морта, — вызывающе ответил Поттер.

— Конечно, Гарри, — с трудом удерживаясь от вспышки, сказал Люпин, — и множество Пожирателей смерти видело, что происходит. Извини, но в тот раз, под угрозой неминуемой смерти, твой ход был действительно весьма оригинальным. Повторять же его сегодня, на глазах у Пожирателей смерти, которые либо присутствовали при первом случае, либо слышали о нем, было почти самоубийством!

— Вы считаете, что мне следовало убить Стэна Шанпайка? — сердито спросил Поттер.

— Разумеется, не считаю, — ответил Люпин, — однако любой Пожиратель смерти — да, если честно, просто любой человек — ожидал бы, что ты ответишь ударом на удар. «Экспеллиармус» — заклинание полезное, Гарри, но Пожиратели, похоже, считают его твоим фирменным приемом, и я тебя очень прошу, постарайся, чтобы оно им не стало!

— Я не стану убивать людей только за то, что им случилось преградить мне путь, — заявил он. — Этим пусть занимается Волан-де-Морт.

Хагрид, наконец пролезший в дверь, подошел к одному из стульев, сел, и стул тут же развалился. Не обращая внимания на его ругань, перемешанную с извинениями, Поттер спросил у Люпина:

— С Джорджем все обойдется?

При этом вопросе недовольство Люпина поступком Поттера словно испарилось.

— Думаю, да, хотя ухо, оторванное заклятием, восстановить невозможно…

Снаружи донесся громкий шум. Я метнулась к задней двери вместе с Люпином, и Поттер, перескочив через ноги Хагрида, тоже выскочил во двор.

На дворе появились двое. Подбегая к ним, я поняла, что это Гермиона, к которой уже вернулся ее обычный облик, и Кингсли — оба крепко держались за погнутые одежные плечики. Гермиона бросилась в объятия Гарри, а вот Кингсли никакого удовольствия при виде друзей не выказал. Кингсли, подняв свою палочку, наставил ее на грудь Люпина.

— Какие самые последние слова услышали мы с тобой от Альбуса Дамблдора?

— «Гарри — главная наша надежда, доверяйте ему», — спокойно ответил Люпин.

Кингсли обратил палочку к Поттеру, однако Люпин сказал:

— Это он, я проверил!

— Ладно, хорошо, — произнес Кингсли, пряча палочку под мантию. — Но ведь кто-то же нас предал! Они знали, знали о сегодняшней ночи!

— Похоже, что так, — ответил Люпин, — только не знали, судя по всему, что Поттеров будет семь.

— Утешение невеликое! — прорычал Кингсли. — Кто еще возвратился?

— Только Гарри, Хагрид, Джордж и я.

— Что с вами произошло? — спросила я у Кингсли.