Чары кинжала (Дэверри - 1)

- Добрый день, ваша милость, - сказала Ловиан. - Что привело вас ко мне?

- Я хотел бы поговорить об этом с вами наедине.

- Хорошо. Давай поднимемся наверх.

Когда Родри пошел за ними вслед, Райс обернулся к нему:

- Проследи, пожалуйста, чтобы о моих людях хорошо позаботились.

Так как это было распоряжением гвербрета, Родри стиснул зубы и отправился выполнять приказ.

"Ублюдок, - думал он. - Я все равно должен поехать на эту войну, о которой ты нынче секретничаешь с матушкой".

Заставленная мебелью приемная выглядела еще меньше, когда в ней находился Райс. Отказавшись присесть, он ходил взад и вперед, останавливаясь у окна, чтобы посмотреть во двор. Ловиан использовала паузу, чтобы собраться с мыслями. Им предстоял разговор, который мог нарушить то слабое равновесие сил, которого они с таким трудом добились между собой. Поскольку, как гвербрет, Райс стоял рангом выше, Ловиан по закону была обязана следовать его приказам; но Ловиан была его матерью, и он привык следовать ее указаниям и оказывать ей всяческую поддержку. Последний год был для них очень тяжелым в установлении этого нелегкого равновесия.

- До меня доходят слухи о мятеже! - заговорил наконец Райс.

- Как, они достигли уже Аберуина?

- Конечно, - ответил Райс и вспомнил старинную поговорку: "Раньше или позже, но все доходит до слуха аберуинского гвербрета".

- А ты слышал, что Слигин верит этим слухам?

- Слигин - здравомыслящий человек. У него есть доказательства? Бумаги, письма, или просто он что-нибудь случайно слышал?

- Я могу послать за ним, если ваша милость желает с ним говорить.

- Ты желаешь официально подать мне жалобу? Едва это получится, если тебе нечем ее подкрепить, кроме домыслов Слигина.

- Конечно. Тем более, если ваша милость решит заранее, что это просто пустые сплетни.

- Послушай, матушка! Корбин был одним из самых преданных людей твоего брата. Он обещал свою поддержку, когда ты унаследовала клан, не так ли? Почему тогда он должен отбросить все это и объявить, что поддерживает мятежников?

Слухи о мастере двеомера только вызвали насмешку Райса - и ничего более. Он неверно истолковал нерешительность Ловиан.

- Конечно, - сказал наконец Райс, - если на самом деле проблема не в Родри.

- А при чем тут Родри?

- Он слишком неопытен. И я не слышал никаких слухов до тех пор, пока ты не сделала его своим наследником. Лично я не думаю, что он способен править, - сказал Райс. - Он хорош с мечом. Но быть вожаком в бою намного легче, чем выносить приговоры своим подданным. Если ты лишишь его права наследия, то я думаю, что все эти проклятые разговоры о мятеже прекратятся.

- Я не собираюсь этого делать, - ответила Ловиан.

- Неужели? Ну, если Слигин предъявит реальные доказательства, то, конечно, я признаю, что у тебя есть права на твой титул и земли.

- Мои нижайшие благодарности, ваша милость!

Райс поморщился с саркастической улыбкой:

- Но если лорды бросят мне в лицо упреки в адрес Родри, то это может стать предметом для переговоров.

Ловиан подняла к нему лицо. Хотя Райс был намного выше ее, он все равно попятился.

- Нет такого закона в стране, - сказала она твердо, - который заставит меня лишить Родри наследства.

- Конечно, нет. Я просто думал, что ваша милость разберется во всем, и сделает это по собственной воле.

- Моя милость также имеет право апеллировать к верховному королю.

Райс побагровел от гнева. Это было его самым болезненным для него знать, что, хотя он правил "как король" в Западном Элдисе, но был настоящий король в Дэверри, который стоял выше, чем он.

- Очень хорошо, матушка! - проговорил Райс. - Тогда, если Родри получит твои земли, пусть сам их и отстаивает.

- Ого! Так ты присоединяешься к повстанцам?

Райс отвернулся и демонстративно смотрел в окно.

Ловиан по-матерински опустила руку на его плечо: - Райс, дорогой, почему ты так ненавидишь Родри?

- Это не так, - прорычал он. Его лицо стало еще краснее, чем прежде. Я только думаю, что он не годится для того, чтобы править.

- Я с тобой не согласна, - заметила Ловиан. Райс молча пожал плечами. Очень хорошо, ваша милость, - вздохнула Ловиан, - нет никакой пользы в обсуждении этого дела до тех пор, пока оно не станет официальным предметом рассмотрения - для закона, либо для меча.

- Очевидно, ты права. - Райс посмотрел на нее, взяв себя в руки. - Как только мятежники начнут открыто действовать, ты можешь послать ко мне за помощью. Мой отряд прибудет в твое распоряжение для защиты законности.

Все же он сделал невозможной любую просьбу о поддержке, если Ловиан не лишит его брата наследства.

В тот же день, пока Райс со своими людьми пил и гулял в парадном зале, Ловиан написала тайное послание к Слигину, приглашая его завтра приехать к ней. Ей нужен был его совет. Когда она вернулась в зал, Родри сидел слева от брата и рассуждал об охотничьих собаках, поскольку эта тема была самой безопасной. Ловиан села с правой стороны от гвербрета и держалась настороже, не давая их распрям всплыть на поверхность.

- Ну-ка рассказывай, брат, - говорил Райс. - Я слышал от твоих людей, что ты охотился на разную дичь, даже на серую олениху. Она была дочкой мыловара? Что ж, по крайней мере, она была чистенькой...

Райс засмеялся своей шутке - глаза Родри остекленели.

- Я мог бы и соврать и сказать, что я ее не соблазнял, но не стану, проговорил Родри. - А скажи мне, брат, что, твоя жена еще не беременна?

Райс напрягся, стиснув кружку до боли в пальцах.

- Родри! - воскликнула Ловиан.

- А что, мама, мой вопрос неуместен? - Родри посмотрел на брата с кривой ухмылкой. - Раз уж мы все равно заговорили о детях, и обо всем прочем.

Дрожащей рукой Райс выплеснул пиво из своей кружки в лицо Родри. Выкрикивая оскорбления и самые грязные проклятия, какие только им были известны, братья вскочили на ноги. Они толкали друг друга, пока Ловиан не вмешалась. Она бросилась между ними и, несмотря на то что Райс был ее сюзереном, ударила его по лицу.

- Прекратите! - пронзительно закричала она. - Какой великолепный пример вы подаете своим людям, ругаясь как челядинцы! Господа, немедленно вспомните о своем положении.