Хроники Кадуола

«Нет».

Намур продолжал: «Он упомянул, что ему нужна небольшая надежная подводная лодка, способная преодолевать большие расстояния. Мне кажется, я мог бы выступить в качестве посредника и помочь вам с продажей».

«Несомненно, я выслушаю ваше предложение».

Намур задумчиво кивнул: «Не предпочитаете ли вы принять в качестве оплаты удовлетворение каких-либо потребностей, которое могло бы послужить основой для обсуждения? Я мог бы организовать ту или иную трехстороннюю или даже более сложную сделку».

Бардьюс невесело усмехнулся: «Вы уже продали мне трудовые договоры шестисот йипов — и все они гроша ломаного не стоили, как вы сами прекрасно знаете. А теперь вы ожидаете, что я снова буду иметь с вами дело?»

Намур беззаботно хмыкнул, не проявляя ни малейшего смущения: «Господин Бардьюс, вы возводите на меня напраслину. Я не предоставлял никаких, даже подразумевающихся гарантий — и по вполне понятной причине. Я не мог контролировать условия трудоустройства. Йипы могут работать, если создаются правильные условия — на станции Араминта они работали много веков».

«Так в чем же секрет?»

«Никакого секрета нет. Йип не понимает необходимости работать в обмен на нечто нематериальное — например, для того, чтобы отработать задолженность. Для него что было, то прошло. Он будет функционировать в системе, основанной на осязаемом вознаграждении. Точно определенный объем выполненной работы должен соответствовать точно определенному размеру оплаты. Постольку, поскольку йип стремится получить плату, он будет работать. Но ему ни в коем случае нельзя переплачивать или платить вперед».

«Вы не объяснили мне это, когда доставили йипов».

«Если бы я предоставил такие объяснения, вы могли бы рассматривать их как своего рода гарантию, а я не мог брать на себя никаких обязательств».

«Намур! — сказал Бардьюс. — Должен признать, что ваша версия происходившего весьма правдоподобна. Но в рамках любого дальнейшего делового взаимодействия, если таковое будет иметь место, я потребую точнейшего определения условий, нерастяжимых и не содержащих никаких лазеек».

«Господин Бардьюс, вы составили обо мне неправильное мнение!» — на этот раз Намур изобразил на лице некоторое подобие оскорбленного достоинства, но Бардьюс его проигнорировал.

«Думаю, что я мог бы воспользоваться услугами еще одного контингента йипов, владеющих некоторыми навыками. По меньшей мере, в настоящее время у меня есть такие планы».

«Не вижу в этом никакой проблемы».

«Как я уже упомянул, новый договор будет содержать точно сформулированные положения, и его условия должны выполняться совершенно неукоснительно, не отступая ни на йоту».

Намур погладил подбородок и взглянул куда-то вдаль: «В принципе это даже желательно. К сожалению, хотя лично я могу обещать вам достать луну с неба, любые условия должны быть утверждены сторонами, интересы которых я представляю. В чем именно заключаются ваши условия?»

«Во-первых, я никому не собираюсь платить никаких комиссионных. Во-вторых, вы перевезете йипов на пассажирских звездолетах в указанный пункт назначения».

«На пассажирских кораблях? — с сомнением протянул Намур. — Мы говорим о йипах, а не о путешествующих аристократах».

«Тем не менее, я не хочу, чтобы с ними обращались, как со скотом. Я предоставлю в аренду звездолеты из моего собственного флота».

«Полагаю, что это можно устроить — в зависимости от того, сколько вы возьмете за аренду».

«Стоимость перевозки плюс десять процентов. Дешевле не бывает».

Намур успокоился: «По крайней мере наш разговор начинает приобретать какой-то смысл. Сколько йипов потребуется? Еще шестьсот?»

«Двадцать тысяч человек, по десять тысяч мужского и женского пола, не старше тридцати лет. Все эти молодые люди должны быть совершенно здоровы, в том числе в отношении умственного развития и психики. Таковы мои условия, и они должны соблюдаться неукоснительно».

У Намура отвисла челюсть: «Это очень крупный заказ!»

«Напротив, он недостаточен для решения вашей основной проблемы, — возразил Бардьюс. — А именно проблемы тотальной эвакуации атолла Лютвен и переселения его обитателей на другую планету с подходящим климатом».

Намур понизил голос: «И все же я не могу взять на себя такое огромное обязательство без предварительных консультаций».

Бардьюс безразлично отвернулся: «Дело ваше».

«Один момент! — оживился Намур. — Вернемся к подводной лодке — как насчет доставки?»

«Доставить аппарат нетрудно. Мне принадлежит очень большой транспортный корабль, позволяющий перевезти всю подводную лодку целиком. Я мог бы предоставить этот корабль в аренду на тех же условиях, что и в случае перевозки йипов».

Намур кивнул: «И вы гарантируете конфиденциальность?»

«Мне ничего не нужно знать. Погрузите лодку и увезите ее на Тирхун, в систему Канопуса или на планету Макдудла, куда угодно — мне все равно. Я не буду никому предлагать информацию, относящуюся к этой сделке. Но если меня станут допрашивать в МСБР, я скажу им все, что знаю — а именно, что я продал вам подводную лодку».

Намур поморщился: «Я скоро смогу дать вам определенный ответ».

«Поторопитесь — я улетаю с Кадуола буквально с минуты на минуту».

Намур вернулся в мрачном настроении. Ничего хорошего он сообщить не мог. Умфо йипов Титус Помпо — то есть Симонетта — не разрешил вывозить такое количество йипов на таких условиях; если Бардьюс желает получить двадцать тысяч йипов, он должен принимать йипов всех возрастов, от мала до велика. Бардьюс ответил, что допускает включение в контингент некоторого числа здоровых во всех отношениях йипов в возрасте от тридцати до пятидесяти лет, без преобладания лиц какого-либо определенного возраста. На дальнейшие уступки он не пошел — сторонам, представляемым Намуром, приходилось либо принять условия сделки, либо забыть о ней.

Намур неохотно согласился с этими требованиями, и Бардьюс своевременно выполнил свою часть обязательств. На Рейю прибыл огромный грузовой корабль, поглотивший подводную лодку и выбывший в неизвестном направлении.

Прошел месяц, и Бардьюс начал терять терпение. Наконец первую партию йипов — тысячу человек — доставили в назначенный проверочный пункт на планете Меракин; оттуда они должны были продолжать путь до Розалии. Группа врачей провела обследование и сразу выяснила, что условиями Бардьюса полностью пренебрегли. Возраст половины прибывших составлял от тридцати пяти до семидесяти пяти лет. Из них никоторые страдали рахитом, другие — старческим слабоумием; иные не могли говорить, только бормотали что-то невразумительное. Среди молодых людей каждый второй был уродом, инвалидом, больным или помешанным. Остальные отличались придурковатостью или сексуальной дезориентацией. Эти люди никак не могли внести полезный вклад в осуществление печально-сладостной мечты, которую Бардьюс надеялся воплотить на идиллических Таинственных островах.

Бардьюс решительно отказался принимать этот сброд. Он отыскал Намура; тот изобразил замешательство, смешанное с веселостью, как если бы затруднялся объяснить капризы Титуса Помпо (то есть Симонетты). Бардьюс немедленно перешел к делу. Он потребовал надлежащего выполнения контракта. Намур согласился с тем, что имели место серьезные недоразумения, и обещал сделать все от него зависящее для того, чтобы исправить положение вещей — хотя, конечно же, он ничего не мог гарантировать.

Шло время. В один прекрасный день Намур явился на ранчо Стронси с разочаровывающей вестью; по его словам, Титус Помпо заупрямился. Теперь он не желал расставаться с таким количеством подданных, если Бардьюс не согласится подсластить сделку несколькими дополнительными уступками, такими, как поставка четырех боевых автолетов класса «Стрэйдор-Ферокс».

Бардьюс не стал даже выслушивать Намура до конца: первоначальный контракт подлежал неукоснительному выполнению. В противном случае Бардьюс обещал принять принудительные меры — в том числе, возможно, по отношению к самому Намуру.