Хроники Кадуола

«Возмутительная несправедливость!» — поддержал его Глоуэн.

«Тем более возмутительная, что мадам Зигони — представительница небезызвестного благородного клана, населяющего пансион на станции Араминта».

Глоуэн кивнул: «Ее оттуда выгнали. Несмотря на то, что она обесчестила наше имя, я почему-то не испытываю особенного желания взыскивать с нее просроченные долги».

В Тенистой долине отсутствовали какие-либо признаки посетителей — не было здесь ни «Флеканпрона» Левина Бардьюса, ни грандиозной космической яхты «Мотыжник», принадлежавшей Титусу Зигони.

«Логика нас подвела», — подвел итог Глоуэн.

Аэромобиль опустился на землю у помещичьей усадьбы. Рядом с бараком на траве сидели несколько йипов; они были заняты какой-то азартной игрой и потягивали из старых консервных банок самодельную брагу из моченого лисохвоста. В пыли возились голые дети.

«Совсем как в старые добрые времена! — умилился Чилке. — Эта сцена врезалась мне в память, как след кислоты на эмали!»

Выйдя из машины, Глоуэн сказал: «Пойду представлюсь. Держи пистолет наготове. Если Намур здесь, может быть, он спит или напился до бесчувствия — иначе во дворе уже не было бы так тихо и спокойно. Смотри в оба! Он может выскочить с заднего хода, украдкой обогнуть двор за кустами и смыться на нашей машине».

Глоуэн направился к главному входу; Чилке следовал за ним в некотором отдалении. Уже через несколько секунд входная дверь распахнулась — на крыльцо вышел, подбоченившись, коренастый немолодой субъект со взъерошенными седыми волосами и недовольной покрасневшей физиономией: «Кто вы такие? По какому делу? Я вас не знаю!»

«Мы из полиции, — объяснил Глоуэн. — Вы — местный суперинтендант?»

«Меня зовут Фестус Диббинс; действительно, я здесь главный управляющий».

«Вы принимаете сейчас посетителей? Друзей? Гостей? Кого-нибудь с другой планеты?»

Диббинс расправил плечи: «А зачем вам это знать?»

«Есть основательные причины».

«Никого я не принимаю, да будет вам известно. Ни с другой планеты, ни с этой. Кого вы ищете?»

«Не могли бы мы зайти внутрь? Тогда мы объяснили бы вам причину нашего визита».

«Предъявите удостоверения».

Глоуэн и Чилке выполнили это требование. Прищурившись, Диббинс проверил документы и вернул их: «Заходите, прошу вас».

Управляющий провел их в большую гостиную с высокими окнами, выходившими на восток.

Чилке спросил: «Насколько я понимаю, мадам Зигони нет дома?»

«Вы правы».

«И у вас нет никаких гостей или посетителей?»

«Я уже ответил на этот вопрос — никого тут нет! — Диббинс жестом пригласил их сесть. — Не желаете ли что-нибудь выпить?»

«Если бы вы могли заварить чай, это было бы просто превосходно», — отозвался Глоуэн.

Диббинс дал указания своей жене, выглядывавшей из соседней столовой. Трое мужчин уселись: Глоуэн и Чилке на массивной, обтянутой кожей софе, а Диббинс — на стуле.

«Что ж, теперь вы, может быть, объясните, что вас сюда привело?» — спросил управляющий.

«Объясним. Прежде всего, позвольте спросить: вы знакомы с Намуром?»

Диббинс сразу насторожился: «Знаком».

«Вы сказали, что его здесь нет, не так ли?»

«Его здесь нет, совершенно верно. Вы его ищете?»

«Мы хотели бы задать Намуру несколько вопросов».

Диббинс невесело рассмеялся: «Неудивительно! Если происходит что-нибудь таинственное или подозрительное, обращаться следует, разумеется, к Намуру».

«Вы с ним близко знакомы?»

«Не очень. Он — приятель мадам Зигони. Она позволяет ему приезжать сюда на отдых, меня это не касается. Тем не менее, мне приходится иметь дело с его йипами — а они, должен признаться, редкостные поганцы!»

«Как насчет Титуса Зигони и мадам Зигони — они посещали свое ранчо в последнее время?»

Диббинс покачал головой: «Уже больше года их тут не было, да и раньше они заезжали только на пару дней. Но когда они приедут в следующий раз, я им кое-что скажу, и без обиняков!»

«Что именно?»

Диббинс махнул рукой в сторону двора: «Я про йипов. Они не работают, если не принесешь им пива, но уже через пару часов они навеселе и начинают резвиться и проказничать, а работа стоит. Пока пиво не кончится, продолжается кутеж. А потом они валятся на траву и спят, и никакими уговорами и пинками не заставишь их пальцем пошевелить!»

«Почему вы не вернете их Намуру?»

«А он их не возьмет. Но и продать йипов на Розалии он больше никому не сможет. Нынче их привычки общеизвестны».

«Вы знакомы с человеком по имени Левин Бардьюс?»

Диббинс нахмурился, глядя в потолок: «Где-то я про него слышал...»

«Бардьюс — владелец крупной строительной компании. Он путешествует в сопровождении молодой женщины, представляя ее как свою деловую партнершу. Она хороша собой и умна, с привлекательной фигурой и глянцевой прической. Себя она называет «Флиц»».

«Да-да! — лицо Диббинса просветлело. — Теперь я их вспомнил!»

«Когда вы их видели?»

«Несколько лет тому назад, вскоре после того, как я здесь устроился управляющим, мадам Зигони принимала их на ферме. Они меня вызвали, чтобы послушать, что я думаю по поводу йипов. Подозреваю, что это была затея Бардьюса. Намур, по-видимому, хотел поставить Бардьюсу две или три бригады йипов. Бардьюс заявил, что пробовал использовать йипов раньше, и что ничего хорошего из этого не получилось, а Намур заверял его, что подобные проблемы — дело давно минувших дней, и что теперь он тщательно выбирает йипов из числа самых надежных и работящих. Что-то в этом роде, дословно я их беседу пересказать не могу. Помню только, что Намур в чем-то заверял Бардьюса, а от меня ожидалось подтверждение его слов. Так как за правду меня могли уволить, я произнес несколько фраз к удовлетворению Намура, но сомневаюсь, что мне удалось обмануть Бардьюса. Меня отпустили, и я ушел. Вот и все».

«Когда вы видели Намура в последний раз?» — спросил Чилке.

Диббинс впервые проявил признаки нерешительности: «С тех пор прошло довольно много времени».

«Не могли бы вы выразиться точнее?»

Управляющий помрачнел: «Не люблю лезть в чужие дела. Кроме того, мадам Зигони, скорее всего, предпочла бы, чтобы я держал язык за зубами. Возможно, мне не следует об этом говорить, но она, судя по всему, завела с Намуром шашни — если вы понимаете, что я имею в виду...»

Глоуэн придал голосу жесткость: «Наши полномочия превышают полномочия мадам Зигони. Мы желаем допросить Намура в связи с рядом серьезных преступлений. Любой, кто нам препятствует, тем самым становится его сообщником».

«Незачем мне угрожать — если для вас это так важно, я расскажу все, что знаю, — проворчал Диббинс. — Намур приехал примерно месяц тому назад. Мне показалось, что он чего-то ждет, потому что каждый день, в одно и то же время, он куда-то звонил — по-моему, в Портмону. Три или четыре дня тому назад его вызвали по телефону. Он, по-видимому, узнал все, что хотел узнать, потому что уже через час улетел».

«Кто ему звонил?»

«Попросили позвать Намура Клаттока. Это все, что я слышал».

«Поговорив по телефону, он обрадовался? Огорчился? Рассердился?»

«Трудно сказать. Пожалуй, он нервничал, что-то ему не давало покоя».

«У вас есть еще какие-нибудь сведения?»

«Нет — со мной здесь никто не откровенничает».

Глоуэн и Чилке поднялись на ноги. «Нельзя ли воспользоваться вашим телефоном?» — спросил Глоуэн.

Диббинс указал на аппарат, стоявший на столе в углу гостиной. Глоуэн позвонил в отделение МСБР в Портмóне и попросил задержать и не выпускать Намура, если тот появится в городе. Винкуц заверил его, что безотлагательно примет все необходимые меры.

Глоуэн выключил телефон и повернулся к Диббинсу: «Вы нам помогли, и мы очень благодарны».

Управляющий только крякнул и провел посетителей к выходу. Здесь Глоуэн обратился к нему с последним увещеванием: «Никому не сообщайте о нашем визите. Я достаточно ясно выражаюсь?»

«С предельной ясностью!» — буркнул Диббинс.