Хроники Кадуола

«Кеттерлайн? Был такой умп. [43] Селиуса я не встречал, но слышал о нем. Он тоже был умп».

«Ты знаешь, где они сейчас?»

«Нет».

Глава 5

1

Из последнего издания «Путеводителя по населенным мирам» Глоуэн почерпнул сведения о сложной географии Розалии и многих других характеристиках и достопримечательностях этой планеты. Восемь больших континентов, не говоря уже о бесчисленных островах, были охвачены сетью морей, лагун, каналов и проливов; местами открытые водные пространства были достаточно обширны, чтобы их можно было назвать океанами. В целом площадь суши на Розалии, диаметром больше двенадцати тысяч километров, была в два раза больше, чем на Земле.

Флора и фауна здесь были разнообразны, хотя в большинстве случаев не враждебны человеку. Существовали заметные исключения из этого правила, в том числе «лешие», обитавшие на верхних ярусах древесных крон, «водяные», населявшие реки, болота и влажные отливные пустоши на Дальнем Севере, и «вихряки» в пустынях. Все эти существа были известны непостижимыми и опасными привычками. В своих поступках они руководствовались, по-видимому, мимолетными капризами, подчинявшимися, однако, некой извращенной логике — их выходки, одновременно поражавшие воображение и внушавшие ужас, служили постоянной темой для разговоров.

Розалия оставалась малонаселенной планетой. Крупнейший город, Портмона, насчитывал от двадцати до сорока тысяч жителей, в зависимости от прибытия и возвращения домой сезонных работников. Там же, в Портмóне, находились космический вокзал, несколько более или менее приличных гостиниц, агентства, магазины и административные учреждения необычного двойного правительства. [44]

Первоначальным разведчиком-заявителем здесь был легендарный Вильям Уипснейд по прозвищу «Бешеный Вилли». Он разделил земли Розалии на почти квадратные сегменты со стороной сто шестьдесят километров каждый и распродал их, устроив торжественный аукцион. Через пятьдесят лет, когда утряслись первые конфликты и недоразумения, была основана Ассоциация торговых агентов землепользователей, число членов которой ограничивалось ста шестьюдесятью представителями фермеров. В соответствии с условиями «Первого договора Ассоциации», фермеры обязались никогда не подразделять свои сегменты на более мелкие участки, хотя они могли продавать целые сегменты соседям, в связи с чем одни фермы увеличивались за счет других. Ранчо «Ивовая лощина» Боггинсов занимало около двухсот шестидесяти миллионов гектаров. С ним соперничали другие гигантские поместья (например, Эгль-Мор и Стронси), в то время как площадь более скромных хозяйств, таких, как ранчо «Черная Лилия» и «Железный треугольник», составляла порядка двадцати пяти миллионов гектаров. Самым маленьким поместьем на Розалии была ферма Флалик, площадью всего лишь пятнадцать с половиной миллионов гектаров.

В отсутствие интенсивной обработки земель эти огромные угодья, как правило, не приносили большого дохода — что в любом случае не рассматривалось как их основное предназначение. Для того, чтобы поправить свое финансовое положение, некоторые фермеры занимались развлечением туристов, устраивая их на ночь в передвижных спальных прицепах, приготавливая им обеды с помощью походных кухонь и взимая с них немалую плату за эти привилегии. Туристам, тем временем, разрешалось наслаждаться видами. Большой популярностью пользовались равнина Дикого Меда, покрытая коврами небольших цветущих растений и мотыльков, мимикрировавшихся под цветы, Динтонский лес, где росли перистолисты, органные деревья и брухи высотой больше двухсот метров, а лешие вели себя просто возмутительно, особенно если в лес забредал одинокий турист, а также Таинственные острова Муранского залива и разноцветная пустыня Тиф, где вихряки имели обыкновение создавать миражи и чудовищные дымчатые образы, чтобы наводить страх на туристов и красть у них одежду.

Ранчо «Тенистая долина», площадью сто пятьдесят пять миллионов гектаров, охватывало горы Морци, озеро Паван и дюжину водоемов поменьше, несколько прекрасных лесов и усеянную редкими деревьями саванну, где паслись стада длинноногих желтых птиц-топотунов. Еще несколько лет тому назад ранчо «Тенистая долина» принадлежало Титусу Зигони, краснолицему толстяку-коротышке с копной седых волос. Однажды в Ветлянике, городке на берегу Большой Грязной реки, он случайно встретился с инопланетянином по имени Намур. С тех пор жизнь Титуса полностью изменилась. Намур познакомил его с энергичной особой по имени Симонетта Клатток, на первый взгляд создавшей впечатление женщины покладистой, даже подобострастной, и в то же время весьма эрудированной — короче говоря, Титус решил, что ей можно смело поручить наблюдение за назойливыми мелочами его жизни. Незадачливый землевладелец не успел моргнуть глазом, как эта выдающаяся женщина, на самом деле не терпевшая никаких возражений, стала его супругой.

Кроме того, Намур привез на ферму группу должников-йипов — привлекательных молодых людей и восхитительных девушек; подразумевалось, что они будут выполнять сельскохозяйственные и другие работы на территории обширного поместья. Эти ожидания, однако, не оправдались. Йипы никак не могли понять финансовую сторону процесса их переселения из Йиптона на причудливые просторы Розалии. Главным образом их смущало то обстоятельство, что их пытались заставить работать в течение невероятно длительных периодов времени — не один день и не два дня, но день за днем, беспощадно и непрерывно, без каких-либо поддающихся разумению причин. Обстоятельства казались им загадочными, а заявленная цель — выплата задолженности, эквивалентной стоимости их перевозки с учетом комиссионных, полученных Намуром — нисколько их не привлекала.

В один прекрасный день Намур привез с планеты Кадуол дряхлого старичка и представил его как «Калиактуса, умфо всех йипов». Мадам Зигони не преминула немедленно подметить сходство между ее супругом-помещиком и Калиактусом; судя по всему, сходство это было еще раньше подмечено Намуром. Во время довольно утомительной прогулки в Сад Дидоны — Калиактус тщетно пытался от нее отказаться — имел место трагический случай со смертельным исходом, после которого идея заменить Калиактуса Титусом Зигони на престоле умфо представлялась исключительно целесообразной. Кто об этом узнает? И кому какое дело? Кто осмелится протестовать? Никто, разумеется.

Предложение было представлено на рассмотрение Титуса. Помещик возражал: у него не было никакого опыта руководства такой массой людей. Но Симонетта заверила его, что работать почти не придется — достаточно придавать лицу строгое выражение и держаться с достоинством на людях, тогда как в частной жизни ему оставалось руководить лишь эскортом из отборных девушек-йипов. Вздохнув, Титус Зигони согласился попробовать себя на новом поприще.

В сопровождении Намура и Симонетты Титус Помпо, новый умфо, прибыл в Йиптон — и с тех пор его почти не видели на ранчо «Тенистая долина».

2

Вильям Уипснейд (Бешеный Вилли) — первый разведчик, подавший заявку на планету Розалия — отличался неспособностью противостоять чарам привлекательных созданий женского пола, встречавшихся ему во всевозможных уголках Ойкумены. В честь самых приятных эпизодов своей биографии, связанных с этими прелестницами, он окрестил всю планету Розалией, первое поселение назвал «портом Моны» (уже через несколько лет его стали величать Портмоной), а восьми континентам присвоил наименования Оттилия, Эклин, Куку, Рыжая Нелли, Тринки, Гортензия и Альмира.

Приблизившись к Розалии, «Фортунатус» опустился на поле у космического вокзала Портмоны. Глоуэн и Чилке покончили с таможенными формальностями и вышли в зал ожидания — высокое восьмиугольное помещение, каждая стена которого была обшита панелями из того или иного местного дерева: перистолиста, колюки, дамсона, брухи, спорады, розалийского граба, кровавого дерева и сплендиды. Высоко над головой соединялись в центре купола чередующиеся треугольные панели из темно-оранжевого и пепельно-голубого стекла, образовывавшие нечто вроде вершины восьмигранного кристалла. Этот интерьер производил бы должное впечатление, если бы кто-нибудь удосужился время от времени чистить стены и купол.