На землю с небес и дальше в лес (ЛП)

Биток упал. Сжав кулак, Кармелла метнула взгляд на Рапунцель. Не разжимая кулака, она один за другим отсчитывала бабки.

Рапунцель затаила дыхание. Выложив тринадцатую бабку, Кармелла на мгновение крепко стиснула кулак, а затем медленно разжала пальцы.

На ладони у нее осталась одна-единственная бабка.

Изумительное чувство, похожее на бурлящее жидкое тепло, растеклось из груди Рапунцель, заполняя ее тело и голову. Она победила!

Кармелла уронила последнюю бабку в круг.

— Четырнадцать, — закончила она упавшим голосом.

— Победила новая претендентка! — возвестил рефери.

— Поприветствуйте нового Чемпиона!! — вскричал правитель Калабаса.

Весь парк разразился неистовыми сумасшедшими воплями, а Рапунцель собирала свои бабки, улыбаясь так широко, что, думала, щеки треснут. Она решила, что радостные крестьяне не так уж и плохи.

Рапунцель приметила, как один из сыновей Калабасы собирает с братьев серебряные монеты, а затем увидела Джека, который, вскинув кулаки, орал до хрипоты. Она восторженно засмеялась.

— Проиграть в общих комбинациях, — бормотала Кармелла, уставившись в круг, ее голос прозвучал еле слышно из-за рева толпы. Она подняла глаза на Рапунцель. — Откуда ты? Где ты научилась играть?

— В своей башне, — ответила Рапунцель, которая все еще не могла перестать улыбаться.

— И где же это?

— В Красноземье.

Кармелла широко раскрыла глаза и вскочила на ноги.

— Постойте! — крикнула она, и вся толпа обернулась к ней. Она указала на Рапунцель. — Претендентка не из Желтой страны, она из башни в Красноземье! — Ее голос звучал торжествующе. — Соревнование недействительно!

Толпа оказалось переменчивой. Свист и аплодисменты сменились неодобрительными возгласами и улюлюканьем; люди кричали «Обманщица!» и «Горбунья!» и кидали на платформу всякую всячину. В Рапунцель полетели яйца, помидоры и даже рыба — платье запачкалось, защипало в глазах. Радость победы испарилась, и Рапунцель закрыла голову руками.

— Прекратить!! — закричал Калабаса.

Последнее яйцо шмякнулось на деревянные ступени. Толпа затихла.

Калабаса подался вперед на своем троне и взглянул поверх толпы на Рапунцель.

— Это правда? — спросил он. Его голос больше не был рокочущим. Он прозвучал робко. — Ты из… — Он заколебался. — Из башни в Красноземье?

— Да, — подтвердила Рапунцель. — А что?

Глаза Калабасы сверкнули.

— Сделка, — промолвил он.

Все присутствующие замолчали. Дочь Калабасы была мрачна, а сыновья смотрели, разинув рты. Все взоры устремились к Рапунцель.

— Сделка, — шепотом повторила Кармелла, тоже уставившись на Рапунцель. Она выглядела как громом пораженная. — Мне было девять, когда это случилось; я жила возле того дома…

Рапунцель вдруг почувствовала на затылке чьи-то цепкие руки и тревожно вскрикнула, когда плащ Джека сорвали с ее шеи. Волосы оказались выставлены на всеобщее обозрение, и толпа в голос ахнула.

— У нее на спине колесо с волосами, — крикнул человек, сорвавший с нее плащ. Он указывал на Рапунцель. — Она не горбунья! У девочки коса длиной с башню, совсем как в сказаниях!

— Ведьмино дитя! — завопила какая-то женщина.

Крики разносились по всему парку, и толпа кинулась врассыпную. Рапунцель опустилась на возвышение, глядя вниз на испуганных людей и понимая, что она в ответе за их ужас. Что это за Сделка такая и почему все перепугались, она не ведала. Обхватив себя руками, она пожалела, что не может вызвать Ведьму.

— Что же мне теперь делать? — пробормотала она.

— Забирать свой выигрыш, — отозвалась Кармелла, все еще не сводившая с нее глаз. — Если ты ведьмино дитя, значит ты родом из Желтой страны.

Глава 11

Стражники Калабасы схватили Рапунцель.

— Отпустите меня! — крикнула она, пытаясь вывернуться из их хватки, когда они рывком подняли ее на ноги. Ей почти удалось стряхнуть одного, однако он поймал ее руку, заломил и прижал к спине.

Стражники спустили Рапунцель с деревянной платформы и повели сквозь редеющую толпу селян к правителю Калабасе, который взирал на бегущих людей, словно хотел к ним присоединиться.

— Ну-ну, не делайте ей больно, — сказала дочь Калабасы, когда стражники приволокли брыкающуюся Рапунцель. — Папа, — резко произнесла она, — прикажи им ее отпустить.

— Ладно, Неженка. Отпустите ее, отпустите. — Калабаса махнул стражникам, и те освободили Рапунцель.

Его дочь снова отступила назад.

— Чего вы хотите? — требовательно спросила Рапунцель. — Собираетесь меня убить? В последний раз меня вот так таскали на Красной поляне, и тогда все феи желали моей смерти.

Калабаса выглядел удивленным. Один из стоявших позади него сыновей фыркнул.

— Нет, никаких убийств, — ответил Калабаса. — Точно нет. — Сдвинув шляпу, он почесал лысую голову. — Я лишь хотел спросить: Энвеария знает, что ты здесь?

— Если вы о Ведьме, то нет, не знает.

Рапунцель не могла отделаться от мысли, что очень странно вновь услышать это имя, но уже из других уст.

— Значит, не она выпустила тебя из башни.

— Ей не нужно было меня выпускать. Я спустилась сама.

— Значит, сбежала. — На лбу Калабасы выступил пот.

— Мне не нужно было сбегать. Я просто ушла.

— Ты… не была пленницей? — Он выглядел сбитым с толку. — Она не обращалась с тобой жестоко?

— Жестоко? Ведьма? — Рапунцель рассмеялась. — Конечно же, нет. Она меня любит.

Брови Калабасы взлетели вверх, и он спросил:

— Ну, это не так уж и плохо, верно?

— Именно. Теперь я могу идти? Пожалуйста? Я направляюсь в Перволес.

— Разумеется, ты можешь идти, — ответил правитель. — Прими извинения от Желтой страны и… да, отправляйся в Перволес, ну или куда пожелаешь.

— Извинения от Желтой страны?

— За то, что не вмешался, когда состоялась Сделка. Твоя мать просила о помощи. И мне было ее жаль, поверь. У меня у самого дети, и я правда ей сочувствовал, но что я мог сделать? Ничего. Энвеария честно тебя выиграла,  а потом увезла в неподвластную мне страну. Я никак не мог ее остановить. Пойми, магия — она для волшебников. Вмешательство не привело бы к добру. Верно, нексус Лопух?

Калабаса посмотрел на нексуса. Тот слегка покраснел и ответил:

— Вмешательство сочли бы неблагоразумным.

— Отдайте ей выигрыш, нексус, — напомнила Неженка. — Он ведь при вас?

Нексус криво улыбнулся Рапунцель. Несмотря на амулет, который сиял у него на груди, напоминая о значимости этого человека и его магических способностях, он казался дружелюбным и добрым.

— Этим не искупить то, что ты пережила, — сказал он, протягивая Рапунцель кожаный мешочек. — Никакие деньги не в силах стереть твое прошлое. Зато они могут помочь построить будущее.

— Я не хочу стирать прошлое, — возразила Рапунцель, думая о воспоминаниях, которых уже лишилась. — И что значит построить будущее? Что я должна построить?

Нексус Лопух посмотрел несколько удивленно и при этом сочувственно.

— Тебе решать. Ты свободна. Можешь избрать любой путь, какой пожелаешь.

Рапунцель взяла протянутый мешочек. Он оказался тяжелым, а его содержимое позвякивало.

— Отлично сказано, просто отлично! — Калабаса хлопнул ладонями по подлокотникам трона. — Поздравляем нового чемпиона Изобилии! А теперь по каретам!

Участники начали расходиться. Неженка немного помедлила.

— Я рада, что ты будешь представлять Желтую страну на ВВИ, — горячо сказала она Рапунцель. — Ты очень способная. Не бросай заниматься только потому, что одержала победу, ладно? Продолжай тренироваться. Чемпион из Коричневой республики выиграл три последних турнира. Пора бы разбить его в пух и прах.

— ВВИ? — повторила Рапунцель.

Неженка вскинула брови и покачала головой:

— Ой, ты же не знаешь. Всевремийские игры. Мы пришлем приглашение, в котором все объясним. Вот только куда его слать… То есть ты по-прежнему живешь в башне или…