Нечего прощать [СИ]

Скользящая дверь хлопнула. Оба вскочили застигнутые врасплох. Анастасия, улыбаясь смотрела на обоих:

— Похоже Клара с Мамой очень не зря волновались, я посмотрю.

Антон и Андрей как по команде потеряли дар речи. Антон прекрасно понимал, что Анастасия — не Марина — ее слезами не проймешь. А в голове у Андрея вообще творилось бог знает что, больше всего он боялся того, что прямо сейчас его порвут на части, откинут окно и прямо туда выкинут.

Анастасия села в кресло, точно напротив дивана и сказала:

— Ну рассказывайте, два проказника, как вы до такой жизни докатились? Я готова слушать. Судя по тому, что я видела, речь не идет о совращении малолетнего. Я права?

— Тетя, — сказал Антон, — это еще вопрос кто кого совратил.

— Ну в этом я не сомневалась ни секунду, — сказала Анастасия, — твои упражнения с языком в ухо явно не с его подачи получились.

— Крестная, — сказал Андрей, — я все спокойно расскажу, а ты уже потом будешь нас на части рвать и в окно выбрасывать.

— А кто сказал, что я собиралась это сделать. Я больше других ожидала этого сценария. И не боялась его, потому что знаю одну истину, которую Клара и Евгений никогда в жизни не примут как должное. От судьбы не уйдешь, мои дорогие. Если вы были предназначены друг другу изначально, то я тут ничего уже не исправлю. Да и никто не исправит. Рассказывай.

Андрей, достаточно коротко, лаконично, а главное без слез и соплей рассказал все Анастасии, которая спокойно слушала, понимающе кивала головой, а по окончанию рассказа подвела итог:

— Что ж, — сказала она, — вешать вас и правда совершенно не за что, хотя подогнать подо все это уголовный кодекс при очень сильном желании можно. Но очень запарно, трудно, и вряд ли у кого то это получится. У меня к вам две просьбы.

— Мы слушаем, — сказал более–менее успокоившийся после слов Анастасии Андрей.

— Первая. Ребята, запирайте к черту кабинет, если предаетесь ласкам. А если бы это был кто–то из сотрудников?

— Тетя, — заметил Антон, — они все стучат как правило. Влетать сюда без стука может только кто–то из хозяев. А мой папа вообще сюда не суется, боится, что и его мы без работы оставим.

— Ну на этот счет я и не сомневаюсь, потому что меня вы работая в паре оставили совсем без работы. Я посмотрю как вы запоете, когда у тебя начнется полноценная учеба, — ответила ему Анастасия.

— Ничего не изменится, — сказал Антон, — я все равно буду сюда приезжать и помогать моему Андрюше.

— И вторая просьба, — произнесла Анастасия с легкой мольбой, — мальчики, сводите меня пообедать, я жуть как не хочу есть одна.

— Это всегда пожалуйста, — сказал Андрей, — пойдем в японский?

Антон кивнул:

— Научим тетушку нашему фирменному рецепту, от которого всем в этом ресторане плохо становится.

И вот Анастасия оказалась в японском ресторанчике, на втором этаже центра. Антона и Андрея тут уже знали как постоянных клиентов. Когда официанты собрались убрать все палочки со стола Анастасия сказала:

— Оставьте, я умею есть палочками.

На это Антон и Андрей посмотрели на нее страшными глазами и сказали:

— А сейчас не умеешь. Положись на нас.

И тетушке было устроено самое космополитичное развлечение из всех доступных. Запивать подали кока–колу со льдом, принесли вилки, тройные порции васаби и довольно большой выбор роллов и суши, преимущественно с крабами, креветками и гребешками.

— А где лосось? — возмутилась Анастасия.

— А я не люблю рыбу, — отрезал Антон, — меня Андрей с трудом подсадил на креветок и краба.

Суши опускались в соус, в котором была заранее разведена завышенная доза васаби и сразу отправлялись в рот, запивая кока–колой.

Первая же суши своей остротой резко отдала Анастасии по затылку, а из глаз градом покатились слезы:

— Господи, — запила Анастасия еще раз, — как вы это едите?

— Очень просто, — сказал Антон, — это еще доза васаби маленькая, — он мокнул свою суши с креветкой и быстро съел ее, на лице расплылась блаженная улыбка.

— Злодеи. Вот и отлично, что вы сошлись, — пошутила Анастасия, — хоть плодить таких как вы не будете.

Антон и Андрей засмеялись:

— Лучшего комплимента, — сказал Андрей, — я и желать не мог.

— Тетя, ты чудо, — добавил Антон.

Так или иначе, но поход в японский ресторан в этот день удался на все сто процентов. Вот только финал у него вышел неожиданный. Анастасии позвонил Евгений и сообщил, что Соню везут в дом Гордеевых, и что Клара просила Антона переночевать у Андрея, так как в его комнате будет отдыхать Соня.

— Интересно, — сказал Антон, — а Соня не может спать в Женькиной комнате?

— Он ничего не объяснил, — сказала Анастасия, — значит не может.

— Мы все равно заедем ее повидать, — сказал Андрей, — а потом до меня пешком дойдем.

Тем временем в доме Гордеевых царило невообразимое. Марина, Клара и Ирина сидели в гостиной и ждали появления Тимофея. Евгений ходил из стороны в сторону, наведываясь в комнату Жени — тот по прежнему не вставал. Фоном играл диск «Головоломка» литовской группы 4Fun.

Зазвонил мобильный телефон Ирины:

— Да, Тимофей! Слава богу, — она опустилась на диван, — везете? Хорошо. Что? Кого вызвать? А что не так? Ладно.

— Что он сказал, — подбежали к ней Марина и Клара.

— Они везут Соню к нам, с ней вроде все в порядке, но он просил пригласить к ней женского врача.

— Зачем, — не поняла Клара.

— Он сказал, что объяснит по приезду.

— Надо приготовить Соне комнату, раз ей врач потребуется, — сказала Клара.

— Вопрос в том, чью, — сказала Ирина, — не селить же ее на первый этаж, в те комнаты, что задумывались для прислуги.

— Полежит в антохиной комнате, ничего с ним не случится, а он у своего Андрея поночует, новый параплан соберут и книги вслух почитают.

Евгений пошел звонить Анастасии, а в это время появились Тимофей, Надя, Рита и Соня. Соня еле шла:

— Господи, — воскликнула Ирина, — Соня, что с тобой сделали?

Тимофей подал ей знак, чтобы не докучала на этот счет:

— Какую комнату ей выделили, — спросил он.

— Антохину конечно, — ответила Клара, — кто у нас реже всех дома ночует.

Соню отнесли в комнату и с ней остались Тимофей и Рита, а Надя ушла вниз, расстроенная тем, что Антон может и не появиться дома, а сразу поедет к Андрею. Ее ненависть к Андрею росла с каждым днем, она была готова все рассказать Кларе прямо сейчас, но что–то ее удерживало.

Рита рассматривала дипладению в комнате Антон:

— Да, это точно от этого растения, — сказала она и показала место, откуда был отделен цветочный бутон.

— Невероятно, — сказал Тимофей.

Тут дверь открылась и появился Женя. Он сразу оказался подле Сони и уже не хотел от нее отходить ни на секунду:

— Что они с тобой сделали, милая?

— Я не знаю, — ответила Соня, — но та докторша сделала мне больно вот там, — она показала между ног.

— Я их всех убью, — сказал Женя.

— Успокойся, брат, — сказал Тимофей, — я за тебя уже все сделал. Думаю что Виктору Носову придется какое–то время полежать.

— Тимка отделал его так, что он будет очень долго помнить, — добавила Рита, — я его еле оттащила — иначе бы убил.

Раздался стук в дверь — это приехал доктор, которого вызвали для Сони. Он попросил всех выйти из комнаты и оставить их одних. Рита, Женя и Тимофей вышли в коридор и продолжили беседу. Было в красках пересказано побоище в Мякурах, а также описание всех ударов, нанесенных Виктору Тимофеем. Это немного ослабило пыл Жени.

Вскоре доктор вышел от Сони и сказал:

— Ну что я могу сказать, жизнь ее вне опасности, очень скоро восстановится и будет чувствовать себя хорошо. Аборт ей сделали качественно, от ребенка следов нет. По крайней мере стоит порадоваться, если такое слово уместно, что Соня попала в неплохие руки, поскольку она сможет забеременеть еще раз.

Женя ахнул:

— Так она была беременна?