Трудно быть мачо

ернакова здесь принимали в пионеры, здесь он давал торжественную клятву быть верным делу Ленина и коммунистическим идеалам, бороться за светлое будущее. Клятву не сдержал, не смог… Теперь на месте шалаша, где прятался вождь, сиял огнями ресторан. С одноименным названием. Потчевал гостей, уже добравшихся до светлого будущего «стерлядью по-пролетарски».

Возле бензоколонки в манящих одеждах мерзли на ветру труженицы заплечного кооператива «Сосульки». Пример для подражания. Зимой и летом, в холод и зной они на боевом посту и по первому зову готовы оказать водителям две-три минуты сексуальной радости. («Я приехала в Петербург с Украины – посмотреть Эрмитаж и Русский музей. А показывают только бани, да обочины») Сегодня почти на всех были красные колпачки с белыми помпонами. Новый год. Праздник. Народный. Любимый.

Видя тружениц «тыла и транспорта», Чернаков все время вспоминал случай, произошедший с ним лет десять назад. Как-то возле станции метро к нему подошли две девчушки, лет по двенадцать-тринадцать. В вязаных шапочках, из-под которых выглядывали банты. Почему они выбрали из толпы именно его, он не понял. Скорей всего, чисто случайно. Предложили обслужить сексуально. В любой форме. «Дяденька, совсем недорого… Вам понравится…» Вячеслав Андреевич не стал раскрывать карты. По району шла серия нападений на товарищей, приманенных малолетними путанками. Есть возможность отличиться. «О`кей, крошки. Куда пойдем?» «В парадную». Именно в парадных и бомбили похотливых лохов. Они направились в ближайший двор. Одна из подруг сходила на разведку в подъезд и вернулась опечаленная. «Занято… На нашем месте какие-то уроды квасят». Соседние подъезды были на кодовых замках. Минут десять искали достойный парадняк. Девчушки чуть не плакали от досады. Хоть на улице обслуживай. Чернаков, куда-то спешивший, решил прервать спектакль, поняв, что грабить его не будут. Сдаст в ближайший отдел, пускай местные менты проверяют подружек на причастность к разбоям.

– Ладно, девочки… Я знаю отличное место для любви. Тут рядом. Пойдемте.

Девочки среагировали мгновенно, словно тренировались. Пока Чернаков убирал в карман удостоверение, ломанулись в разные стороны, как воробьи от кота. Одна сиганула в узкую щель между домами, вторая через арку. Чернаков погнался за второй. Досадно, когда от тебя, авторитетного опера удирают какие-то соплявки. За аркой шумел проспект. Девчонка перемахнула через ограждение и бросилась на другую сторону. Визг тормозов, удар бампером «Волги». Летальный исход на месте… Как потом выяснилось, девочка была из вполне нормальной семьи, отец – директор крупного предприятия, мать – педагог. О своей погоне и о занятиях погибшей Вячеслав Андреевич никому не докладывал. Зачем родственникам знать? У них и так драма. Дорожно-трднспортное происшествие. А куда или от кого девочка бежала, какая теперь разница? `

Правило Алехина в данном случае не срабатывало. Чернаков до сих пор не мог забыть стеклянные глаза, испуганно смотревшие в небо, перепачканное грязью