Шоколад или жизнь?

Адель улеглась на шезлонг, а Бо с Арчем начали плескаться в воде, выкрикивая друг другу «марко» и «поло». Я же принялась усердно трудиться над предстоящим ужином. Весело забурлили разноцветные макарошки. Они смутно напоминали мне выцветший итальянский флаг. Наверное, создатели пасты именно на то и надеялись. Позже, промывая их под струей холодной воды, я вспомнила предостережение Андрэ: никогда не добавлять соус в горячую пасту, если конечной целью вы имеете подачу блюда в холодном виде. Горячие макароны — как губка, впитывают соус, превращаясь в мокрую массу чего-то грязного.

— Только не на этом soirée! — бормотала я себе под нос, откидывая спаржу и заливая ее ледяной водой, дабы сохранить цвет.

Как только я начала месить тесто для бискотти, в дверях появилась Адель со своей тростью. На ней был синий купальник, улыбка застыла от боли.

— Таблетки, — утвердительно попросила она. — Буду знать, как пытаться плавать кролем. Этот стиль просто убивает мою спину. Я бы попросила Бо, но ему срочно надо проверить свое секретное убежище.

— О, Боже мой! — заворковала я. — Скорее присядь, я поищу их.

Но шанс побыть великодушной спасительницей растаял как дым: в дверном проеме вырос генерал, свирепый боец в тяжелом халате, подаренном ему однокашниками по Вест-Пойнту, когда он вышел на пенсию. Вышивка на спине его одеяния гласила: «Всем, кто за АСЗГС [15], — публичная казнь».

— Не могу найти детонатор, — бурчал Бо, раздвигая канистры на полках.

— Не думаю, что он может быть там… — тихо предупредила я, но оба супруга проигнорировали меня. Адель решила сама поискать таблетки. В итоге парочка начала активно копаться в кухонных шкафах, отодвигая утварь и горшки с цветами, выгребая посуду и съестные припасы. Когда искомое обнаружено не было, сыщики приступили к выдвижным ящикам.

— А где Джулиан? — наконец спросил генерал.

— Кажется, внизу… В гараже вы смотрели?

— Что это? — поинтересовалась Адель, приблизив красивое лицо к тесту для бискотти.

У нас с генералом чуть сердце не прихватило. Мы промолчали, и Адель посмотрела мне прямо в глаза. Ответили мы с генералом вместе:

— Десерт!

— Пойду наверх. Таблетки, наверное, там, — ответила хозяйка и, хромая, покинула кухню.

— Вы и вправду потеряли детонатор или итальянское кольцо перепрятали?

— Ничего я не перепрятал, — голос его звучал глухо, словно он наелся песку. — Кольцо есть, детонатора нет.

Герой удалился.

— Наконец-то одна, — молвила я чуть слышно. Все это напоминало театральное представление. Закончив раскатывать тесто, я сделала печенье и поставила его в духовку. Пока готовила заправку для салата, звонила друзьям Арча.

На первом месте значилась девочка Андреа Кобёрн. Против ее имени Арч поставил звездочку. Она жила на Арнольд-Палмер-авеню.

Отец маленькой Андреа показался мне чересчур уж милым:

— О! Арч! Да, он был у нас! Мы обожаем его фокусы! Он сделал так, что бриллиантовые серьги моей жены исчезли! — На этом моменте он разразился безудержным смехом. Ну, по крайней мере, раз он так веселится, я могу быть уверена, что Арч вернул серьги на место. В итоге отец согласился привезти Андреа к нам, а потом забрать ее. Один есть! Осталось еще пять.

Солнце начало медленно опускаться за горы. Я достала из холода браслет с орхидеями, поставила в вазы шесть букетов от местного флориста, а потом… у ворот остановилась машина Сисси. Никогда не угадаешь, в каком она настроении. Так что я нацепила счастливую маску в надежде, что она отразит ее. Как ни странно, сработало. Она улыбалась, глядя, как я работаю в поте лица, немножко постояла у меня над душой и спустилась вниз к Джулиану. Арча я не видела уже… сколько? Я оценила плоды своего труда: два салата для взрослых, лаймовая смесь с ананасами и пастила для детей, спаржа, бискотти, гамбургеры… Да, я отчетливо помню, как засовывала пальцы в фарш, а он забежал за очередным лимонадом. Я сообщила, что все-таки дозвонилась до его друзей и что все в силе.

— О, нет! — завизжал Арч. — Мне же надо готовиться!

И был таков. Больше я его не видела.

Зазвонили в дверь: прибыли Харрингтоны. С сожалением я поняла, что Визи уже приняла на грудь бурбон. Глянула на часы — 17:30. Кажется, вечер будет долгим. А я даже еще не развела огонь. Пришлось попросить о помощи Брайана.

— Разжигать огонь, — промурлыкал он, приблизив ко мне лицо, — мое любимое занятие.

— Какое счастье! — без смущения ответила я, впечатывая в его грудь флакон с жидкостью для разжигания. — Мужчины не могут устоять перед угольками. Ведь открытый огонь напоминает им о естественной среде обитания — о пещере.

Пока подъезжали Расмуссены и другие важные лица из Элк-Парк, партнеры по гольфу и приятели Арча, я то и дело сообщала генералу по внутренней связи имена вошедших гостей. Бо рапортовал о последних новостях Адели, которой перед приемом так и не удалось подремать. Могла бы я, пожалуйста, развлечь их гостей?

И еще надо закончить готовить, да? Это Арч у нас волшебник, не я. Но естественно, я ответила: «Без проблем».

Выйдя на кирпичную террасу, я увидела, как Брайан Харрингтон исступленно раздувает огонь. Визи наливала себе выпить в открытом баре. Мне даже думать не хотелось, какой пьяной она будет к моменту подачи креветок и бургеров. Арч с друзьями были в бассейне и, видимо, чувствовали себя немного неловко. Все, кроме Андреа. Вид у нее был серьезный, и прямые каштановые волосы со спадающей на нос челкой, его подчеркивали. Она давала Брайану советы по разведению огня, в которых он не нуждался.

Я поскакала на кухню — собрать поднос с лимонадом и попкорном для самых юных гостей. Многие почему-то решили, что это день рождения Арча, и пришли с подарками. Мы еще немного понаслаждались эдакой антрепризой, а потом явились хозяева приема, и все пели «С юбилеем». Это был волшебный момент, правда, немного подпорченный противным смехом Визи, когда огонь снова потух.

Генерал Фаркуар решил сам заняться огнем, а я поспешила на кухню, начинать парад кулинарных шедевров. На большой поднос я поставила креветки и бургеры и, умоляя себя не уронить ничего, понесла.

Сисси и Джулиан уже были там. Бо, Адель, Визи и большинство взрослых нашли себе место в белых деревянных креслах, мило болтая. Джулиан сел в сторонке, один. Визи потихоньку бросала испепеляющие взгляды в сторону Брайана и Сисси. Джулиан был более прямолинеен: он прямо-таки поедал глазами парочку. Я проследила за его взглядом и поймала момент, когда большой Брай наклонился к самому уху девушки, якобы сказать ей что-то очень важное, хотя на самом деле он заглядывал в вырез ее платья.

— Брайан! — крикнула Визи. — Иди сюда! Мы беседуем о Филипе Миллере.

Мое сердце остановилось. Так хотелось узнать, что они говорили там о Филипе, но мне надо было выносить салаты и спаржу. Когда я была уже возле стеклянных дверей, меня догнал генерал. Бо остановил меня, легонько взяв за локоток.

— Это же вечеринка! — страстно начал он. — Насладись ею!

— Есть сэр, так точно! То есть… точно, как на пикнике.

Он снова запел, что я — часть семьи.

За нашими спинами враждебные голоса Брайана и Визи переросли в крики.

— Да уж, конечно! Давайте я просто принесу еду, как и собиралась? — улыбнулась я своей обычной и, надеюсь, достаточно дружелюбной улыбкой. — Так вы нашли детонатор?

— Нет. А бискотти получились?

— Да, вышли превосходно!

В кухне на меня нахлынуло чувство пустоты, какое обычно приходит вместе с сумерками. Я постаралась отмахнуться от него, когда ставила на поднос закрытые салатницы. Вот бы Шульц был здесь… Арч — с друзьями. Я же среди взрослых — явно лишняя. Почему я его не пригласила?.. Пора бы мне было уже привыкнуть к одиночеству. Шульца я видела только утром, потом он весь день был в суде. Может быть, на вторничный вечер его уже кто-нибудь ангажировал?.. Поставив поднос, я схватилась за телефонную трубку и набрала номер Шульца в офисе.