Шоколад или жизнь?

— Мам, неужели ты не знаешь, как это делать?

— Знаю, просто забыла. Это так же, как менять шину. Понимаешь? Проколешь шину, и вроде бы пустяк ее поменять, но требуется минут пятнадцать, чтобы сначала прийти в себя.

— Надо представить, что ты — часть электроцепи, — объяснял Арч, совершая нужные действия. — Провода просто замыкают цепь. — Он помолчал немного и с триумфом заявил: — Вот теперь попробуй!

Завелась, как песня! Арч отсоединил ненужные теперь провода и бросил их куда-то в машину (кажется, туда, где лежали креветки). Мне стало стыдно, что я считала, будто Арч не смыслит в автомобилях. Я выглянула из окна и крикнула «спасибо» даме и ее сыну.

Хотя мы и вернулись к Фаркуарам довольно быстро и без происшествий, дела все равно шли наперекосяк. Непрерывно звонил телефон. Флорист. Действительно ли генерал Фаркуар хочет браслет на руку с тремя редкими орхидеями? По пятнадцать долларов за штуку? Я ответила, да. Хуже не будет. Потом звонил Брайан Харрингтон. Придет ли на годовщину милашка Сисси? А его какое дело, думала я, но ответила — да. Затем был щелчок, но гудка я не услышала. Либо у Фаркуаров проблемы с телефоном, либо нас и правда кто-то подслушивает.

— Черт! Черт! Черт! — трижды стукнула я трубкой по стенке. Кто бы ни был этот урод, его уху такое явно не на пользу.

— А теперь что не так? — процедил Арч.

— Телефон не работает, — сердито бросила я. Пришлось еще несколько раз понажимать на сброс, пока вновь не послышался длинный гудок. Тут же набрала четверых друзей из списка Арча. На три звонка никто не ответил, у четвертого было занято.

— Прости, Арч. Я еще раз позвоню, когда приготовлю пасту для салата. Никого нет дома. Я не вино…

— Ты никогда не виновата! А кто тогда виноват? — бросил он и побежал вон из кухни. Уже в холле он крикнул: — Иногда мне хочется уехать и остаться жить с папой!

Я налила холодной воды в кастрюлю, поставила на огонь. В довершение своих нехитрых действий сильно стиснула зубы, аж до боли. Все мои материнские заботы — псу под хвост! Иди и живи со своим отцом, хотелось мне крикнуть вслед сыну. Но я не стала. Засыпала помолоть миндаль. Комбайн издавал отвратительные звуки, будто перемалывал гравий. Неожиданно наступило чувство облегчения. Я не собиралась сердиться или расстраиваться. И уж точно не собиралась произносить правду, которую знала наверняка: «Не нужен ты своему отцу…»

2 яйца

2 столовые ложки взбитых сливок

2 столовые ложки молока

2 кусочка хлеба

1 чайная ложка высушенного порубленного лука

1 и 1/2 чайной ложки соли

2 чайные ложки хрена

1/2 чайной ложки черного перца (желательно свежемолотого)

1/4 чайной ложки сушеного тимьяна

50 г сливочного масла

1/2 чайной ложки сухой горчицы

900 г постного говяжьего фарша

1/2 стакана кетчупа

Разжечь уголь. Смешать яйца со сливками и молоком, покрошить хлеб, добавить лук, соль, хрен, перец, тимьян и сухую горчицу. Хорошо перемешать и дать отстояться десять минут, затем перемешать снова. Удостоверьтесь, что масса однородная и хлеб растворился. Влить массу в фарш и еще раз перемешать.

Растопите масло вместе с кетчупом, поддерживайте томатный соус теплым.

Отмерьте 1/2 стакана фарша и слепите из нее котлету. Жарить на гриле (на раскаленных углях) с одной стороны. Затем перевернуть, намазать томатным соусом и жарить с другой стороны. Подавать горячим.

Из этого объема продуктов получается 9 порций.

500 г трехцветной пасты фузилли или ротини

2/3 стакана кукурузного масла

2 столовые ложки яблочного уксуса

2 чайные ложки дижонской горчицы

2/3 стакана майонеза

2 больших пучка порубленного сельдерея

6 толстых ломтей бекона, готовых и мелко нарезанных

2 яйца, сваренных вкрутую и нарезанных

несколько перьев зеленого лука, нарезанных

1/2 или 1 чайная ложка соли

паприка

Сварить пасту в подсоленной воде до готовности (11–13 минут). Промыть в холодной воде, чтобы паста полностью остыла.

В большой салатнице смешать вместе масло, уксус, горчицу и майонез. Добавить пасту и остальные ингредиенты в соус, аккуратно перемешать. Специи добавить по вкусу. Перед подачей на стол остудить.

Из этого объема продуктов получается 8-10 порций.

ГЛАВА 23

В кухню зашли Адель и генерал. Они были слишком тихи и почему-то избегали моего взгляда. Я сообразила, что сейчас меня либо пожалеют, либо уволят. К моему удивлению, пара пожаловала с первой из двух предполагаемых миссий.

— Пойдем на веранду? — спросил Бо тоном, каким обычно созывают персонал на летучку. — Мы случайно услышали вас.

Я что-то промямлила. Но не успели мы двинуться к выходу, как на кухню заглянул Джулиан. Не обращая внимания на Фаркуаров, он подошел к столу и потрогал свои помадки. Они были приготовлены утром, перед тем как он поехал в школу и, между прочим, один, без Арча. Язык чесался сказать ему это, но настроения услышать очередную грубость не было. Конфетки уже остыли. Джулиан сунул нос в комбайн с миндалем. Удовлетворенный, он двинулся к холодильнику, открыл его, случайно задел кувшины — те приветливо звякнули. Засунув под мышку пару банок лимонада, он сказал нам:

— Когда придет Визи, попросите ее спуститься вниз. Я помогаю Арчу устанавливать сцену.

— Ты что-то рано сегодня, — с прохладцей заметила я.

— Ага, я не пошел в лабораторию, подумал, вдруг Арчу потребуется помощь.

Я объявила, что как только Визи прибудет, я непременно попрошу ее спуститься. Прижав пальцы к вискам, я проследовала за Фаркуарами на террасу. Все, кто хочет помочь Арчу, — мои лучшие друзья на веки вечные.

— Голди, — начал генерал, усевшись в кресло и взяв меня на мушку своих ледяных голубых глаз. — Сейчас ты под обстрелом множества забот. Позволь нам протянуть тебе руку помощи.

Тогда я пояснила, что пыталась помочь Арчу с вечеринкой, которая будет проходить в то же время, что и их soirée [14]. При взгляде на Адель меня так и тянуло сказать, что это была ее идиотская идея, но я не стала, конечно, этого говорить.

— Ох, — закудахтала она. — А я так надеялась, что вечеринка его порадует… — Помолчав немного, Адель заключила: — Всем подросткам приходится пройти через этот неблагоприятный период жизни. Помню, как тяжело было Марле в таком же возрасте.

Мне все время хотелось смотреть на небо. Воздух был словно наполнен голубой жидкостью. Холмы, деревья и белоснежные шапки гор казались поэтому невероятно четкими.

— Не хочу, чтобы мой Арч выходил из себя, — продолжала я. — Не представляете, какая это была ужасная картина, когда я увидела его на дороге в город. Думала, он сбежал из дома. А закончилось все тем, что я потратила кучу денег на экстравагантную шмотку, которая ему даже не нужна.

Генерал покашлял и заговорщицки произнес:

— Если ты и правда не хочешь, чтобы Арч самовольно отлучался куда бы то ни было, я могу включать сигнализацию по периметру всякий раз, когда он дома. Если вдруг он попытается сбежать, мы сразу узнаем об этом.

— Нет. Я никогда бы… Спасибо большое! Правда, спасибо! — сказала я им обоим: точнее, паре их склоненных голов и двум парам сочувствующих глаз.

— Держать его здесь как преступника — это не выход. Пожалуй, позвоню его друзьям, пока буду готовить. А вам двоим, может быть, стоит пригласить его сейчас поплавать?

Фаркуары заулыбались. Им так важно было оказать кому-то поддержку!