Месть

Убедить Фло Зинк стать приемной матерью оказалось не так трудно. Труднее было приспособиться к совершенно новой для меня Фло. Одетая в блузку с блестками и юбку с широким поясом, она, казалось, была готова разрыдаться.

― Мне не разрешат, Лью, ― говорила она.

― У меня есть друг в нужном месте.

Не спрашивая, Фло налила мне пива. Я выпил его. О том, какой прозрачной жидкостью с кубиками льда наполнен ее стакан, я не имел понятия. Мы сидели у нее в гостиной и слушали Джонни Кэша.

― Не знаю, смогу ли я отвыкнуть от этого. ― Фло подняла свой стакан.

― Может быть, это будет хорошее начало. Я не преподношу тебе подарок, Фло. Я предлагаю тебе очень трудного подростка.

― Мне нравилась Берил, ― сказала она.

― Мне тоже.

― Ну что же, если мне разрешат, привози ее. Мне много лет, но я знаю, как обращаться с людьми с крутым характером. Ты перекусишь?

― Я бы не прочь, да некогда.

Фло проводила меня до двери. Стакана у нее в руке не было.

― Я очень хотела бы пустить пулю в лоб мужу Берил, как его?

― Дуайт Хэндфорд.

― Если бы он приехал, когда Берил ушла, я бы как пить дать укокошила его, и она осталась бы жива.

― Очень многие хотели бы сделать то же самое, ― сказал я. ― Спокойной ночи, Фло.

Было уже поздно, больше одиннадцати. Я подумал о том, стоит ли в темноте синий «Бьюик». Я не видел его, но надеялся, что он здесь, а не уехал на ночь. Я спал бы спокойнее, зная, что он наблюдает за мной.

Размышлять мне не хотелось. Мне хотелось помыться, побриться, надеть шорты, припереть дверь стулом и посмотреть «Сумасшедшую мисс Мэнтон», кассету, которую я купил на распродаже за три доллара. Хотелось немного успокоить ноющую боль под ребрами.

В офисе меня не ждали ни люди, ни привидения. Тень Берил Три не преследовала меня. Она, должно быть, знала, что я на ее стороне и что сегодня ночью мне нет смысла пускаться на поиски Дуайта Хэндфорда. Мне нужно было отдохнуть. Мне нужно было, чтобы со мной поехал кто-нибудь с оружием в руках. Мне нужно было придумать, чем заманить или напугать Хэндфорда, но ничего не приходило в голову.

Я полулежал на трех подушках, погрузившись в раздумья, когда зазвонил телефон. Нажав на кнопку «пауза», я перешел в кабинет.

― Фонеска, ― сказал я.

― Где она?

Я узнал его голос.

― Дуайт, я хочу кое-что тебе посоветовать. Тебя ищет полиция. Джон Пираннес тоже тебя ищет, а завтра начну искать и я. Мне нужно кое-что тебе сказать.

― Ну так говори, ― рявкнул он.

― Нет, я хочу, чтобы ты попсиховал. Ты ведь умный парень. Унести ноги гораздо благоразумнее, чем стараться удовлетворить свое любопытство.

― Где Адель? ― спросил он.

― Спокойной ночи.

Я повесил трубку, отключил телефон, перешел в комнату и отпустил кнопку «пауза». Барбара Стэнуик прошла по черному экрану ― и окно в моей комнате взорвалось.

Я бросился на пол, прокатился по нему и подполз к окну. Досчитал до пяти и выглянул из своей темной комнаты. Со стоянки «ДК» выезжал грузовик с прицепным крюком.

Кроме меня, в здании никто не жил. «ДК» был закрыт. Машин на Триста первой не было. Я подождал у окна минут десять ― полицейская сирена не зазвучала. Выстрелов никто не слышал, а если и слышал, в полицию не позвонил.

Я был уверен, что сегодня ночью он уже не вернется. Он знал, что я могу вызвать полицию, и хотел оказаться как можно дальше с каким-нибудь алиби. Но он мог также, обдумав все и решив, что тому, кто совершил два убийства за последние два дня, терять почти нечего, вернуться уже не для того, чтобы напугать меня, а чтобы подойти к окну и выпустить в меня обойму.

От Дуайта Хэндфорда можно было ждать всего.

Я схватил самое необходимое, быстро оделся и вышел в ночь. Где-то на западе в небе громыхало, но дождя не было. Я сел в машину и покатил в «Бест вестерн», все время оглядываясь назад. Дорога была пуста. На сей раз ангел-хранитель упустил возможность явиться мне на помощь.

Я зарегистрировался, прошел в свой номер, помылся и лег в кровать, проверив кондиционер и обнаружив, что температура в комнате двадцать два градуса. Мне было жарко, так же жарко, как становилось теперь всегда, когда я садился за руль машины. Я усилил подачу холодного воздуха, лег в кровать и стал слушать, как шумит кондиционер. Облегчения не наступило.

Мне приснился дождь и много-много чашек с супом. В чашках барахтались человечки, они тонули и звали на помощь. В каждой чашке было по ложке. Гномы могли бы вскарабкаться на ручки ложек или просто ухватиться за них, чтобы не пойти ко дну, но они только бултыхались и кричали тоненькими голосками, сотни голосков, сотни чашек с супом светлый прозрачный бульон, красные помидоры, зеленая капуста брокколи.

Когда я проснулся, то почувствовал, что голоден и еще ― что я что-то знаю наверняка. Об этом каким-то образом говорил мой сон, хотя в том виде, как я его помнил, он не содержал никаких определенных указаний. Я вылез из постели и минуту постоял неподвижно. В комнате было холодно, но мне по-прежнему было жарко.

Я набрал номер «Техас-бара». Эд Фэйринг не появлялся там так рано, ответить мог только Эймс. Гудков через двадцать он снял трубку.

― Я заеду за тобой через двадцать минут, ― сказал я. ― Захвати свой сверток.

― Хорошо, ― ответил он.

Я повесил трубку, побрился, оделся и вышел к машине.

Свинцовое небо грозило долгим жарким ливнем, какие бывают во Флориде. Эймса я забрал возле «Техас-бара». Он опять надел плащ, и на этот раз можно было рассчитывать, что он ему понадобится. Я был уверен, что под желтой накидкой прячется ружье, и убедился в этом, когда он сел в машину и положил его на колени. Я объяснил ему, куда и зачем мы едем. Он кивнул, и я нажал на газ.

С этого места я и начал рассказывать вам свою историю. Покойник в пустом доме в Пальметто был Дуайт Хэндфорд; от него осталось достаточно, чтобы в этом можно было не сомневаться. Я не знал, сколько пуль в него выпустили, вероятно шесть или семь, мне было все равно. Стреляли из пистолета с очень близкого расстояния.

Теперь, под продолжающимся страшным ливнем, я ехал обратно по Трэйл, потом по Сорок первой. Я понял, кто были человечки в супе, ясно вспомнил их маленькие лица. Это были лица людей, которых я знал, и один из них приезжал в Пальметто и застрелил Хэндфорда.