Зверь лютый. Книга 22. Стриптиз

Торопиться была причина: хоть ростовцы и отбили булгар от Ярославля, но те могли в любой момент вернуться. А местные племена, постоянно натравливаемые эмиром на русских, и вовсе никуда не уходили.

Форсированное инженерное обустройство критически важного плацдарма в условиях близкого противника - оказалось эффективным.

Повторного нападения не последовало - Радил успел.

Могу предположить, что здесь была реализована технология, которую в полной мере использовали русские во времена Ивана Грозного. Когда крепость рубят выше по реке, разбирают и, в виде плотов, сплавляют в нужное место. Где брёвна вытаскивают на берег, собирают и набивают землёй. А вот копать - времени не было, срубы ставили прямо на грунт.

Хоть и не вполне соответствующее науке - "святорусская фортификация", но новое укрепление было не по зубам уже и многолюдному племенному ополчению мари и меря.

Следом, после замирения с эмиратом и племенами, было начато сооружение рва и вала окольного города (посада).

Что мир - хорошо. Но что новая война будет - очевидно.

Напомню: между русскими и булгарами традиционно заключается перемирие на 6 лет.

Вал и ров (550 метров длиной) подковой опоясали кусок Княжьей горы, на концах обрываясь осыпями в сторону Волги. Невелик городок - 3.5 гектара. Но - вполне. Древний, княжеский Муром - чуть меньше.

Ширина вала "в подошве" - 22 метра, высота - 7, ров "в горле" - 18, глубина - 5.

Радил строил эту линию укреплений уже не спеша, по единому плану, используя прежний немалый опыт: определил ширину рва и крепостного вала, затем, с кромки напольной стороны рва, землю таскали на противоположный край вала. Это экономило усилия людей. По мере насыпи вала подъем на него становился все круче, но расстояние от места копки до места высыпки оказывалось все короче. Ещё и грунт утаптывался "сам собой". На завершающей стадии бадьи с землей поднимали наверх колодезными "журавлями". В дно рва вбили колья, острозаточенные, диаметр 8-12 см., длина - 70 см., воткнуты чуть наклонно в сторону ополья.

Поверх вала, как обычно у русских, поставили стены из городней - срубов (10-15м длиной), заполненных землей, камнем, боем керамики, изгаринами кузней. Для прохода через ров - мост на режах (деревянных клетках). В вал, вплоть до материка, запущено мощное воротное сооружение - огромная рубленая проезжая башня с перерубом лагами в полувысоте, на которые насыпаны земля и каменья. В случае вражеского приступа концы лаг подрубались, и они, вместе с насыпкой, падали вниз, создавая труднопреодолимый завал.

Дополнительный элемент обороны ворот - предмостный барбакан - частокол, за которым в начале осады укрывались защитники, затем он сжигался.

Видно, что Городец строился не против лесовиков - против них такие укрепления не нужны. Цель - удержать Волгу от булгар.

Так и получилось - после основания крепости военные караваны булгар выше Городца не поднимались. А вот от Батыя - не помогло. Прорваться через валы монголы не смогли. Но воротная башня оказалась "слабым звеном" - против китайских "пороков" не устояла. И никакие хитрости не спасли.

К Бряхимовскому походу в Городце сформировалась довольно забавная конфигурация: снаружи, защищая посад, ров-вал-стена - основные укрепления. Внутри, вокруг детинца - старые времянки прямо на грунте без рва и вала. Надо бы и внутреннюю линию укреплений переделать, но...

"Пока жаренный петух не клюнет..." - русская народная.

"Петух клюнул" - пошёл Бряхимовский поход. Булгары подходили к Городцу, предлагали сдаться. Радил им со стены матерно отвечал.

"Где тонко - там и рвётся" - опять же наша, исконно-посконная.

Лесовики имеют слабые луки. Я про это... уж и не знаю сколько раз. У булгар - более мощные, степные. Лесовики не используют зажигательных стрел. Луки - слабые, так стрелять - не в кого, устроить лесной или торфяной пожар... А булгары - умеют.

Посад внутри "окольного города" - плотно застроен. Домишки-дворишки загорелись. Но скверно не это. Посадским подворьям гореть - сам бог велел. Но полыхнул и "престарелый" детинец.

Внешняя линия укреплений была занята людьми, запасена вода - здесь огонь сбили. А вторая линия - детинец - нет. И до воды, как я уже объяснял про географию, здесь далеко.

Оплот полыхнул так, что были бы булгаре чуть резвее - взяли бы Городец. Но момент они упустили. А тут Волгой подошли ярославские ушкуи, снизу, от реки, на булгарских лодейках начался крик, и осаждавшие, ругаясь по-мусульмански, живенько пробороздили своими задницами все подходящие для аварийного спуска канавы и промоины Волжского берега.

Теперь на месте сгоревших оплота и острога роют ров и насыпают вал. Потом поставят городни и будет нормальный детинец. А по поводу пожарища по линии оплота историки будут спорить и в 20 веке.

Крепость укрепляется и приумножается: и казна людей шлёт, и сами, своей волей приходят. Присутствие дружины обеспечивает защиту. И - доходы обслуживающего населения: гарнизон - деньги тратит. Похоже на поселения римского лемеса.

Посад, сразу же после основания города, застроили плотно полуземлянками. Заглублены в материк до полутора метров, по углам - четыре столба, опоры для деревянных стен и кровли. Печь - в прирубе сеней, лишь устье - выходит в жилую часть полуземлянки. Почему так - "улицу греют" - не знаю.

Погреба во дворах - не в жилищах: манера повсеместна к югу от границы хвойных и смешанных лесов.

Около жилища - отхожие ямы и места производств: кузнечных, оружейных, глиняных... Всё плотненько. Кто видел новгородские раскопы - представляет: между постройками - шаг-два. Со стороны смотреть - муравейник. Городская стена даёт защиту, селиться снаружи... рискованно.

Городец, помимо наблюдательно-оборонительных целей, превратился в опорную точку русской колонизации. Как вверх по Волге, так и вниз. Через полвека для защиты разросшегося, перехлёстывающего уже за вал "окольного города", посада начнут возводить следующую линию укреплений.

Это должна была быть крепость, периметр валов которой составлял 2100 метров. Ширина основания - 33 метра при высоте от 9 до 15 метров. Среди укреплений других городов "Святой Руси" Городецкие валы должны были уступать по высоте лишь насыпным валам Киева.

Не успели. Более важные и спешные работы (основание Нижнего Новгорода и создание там деревоземляной крепости после договора владимиро-суздальского князя Юрия Всеволодовича с булгарами в Городце в 1220 году) отвлекли строителей.

Татаро-монгольское нашествие навсегда оставило реализацию этого проекта. И заставило, впервые в Городце, копать братские могилы погибшим.

Я нахожу здесь аналогию с "линией Сталина" - укрепление на направлении вероятного удара очевидного, давнего противника. С заменой его "линией Молотова" при продвижении границы. Обе линии, при появлении нового противника, в полном объёме не сработали. Одна - вроде как устарела, другая - ещё не готова.

Хотя более верно сравнение с полуостровом Ханко - военная база во враждебном окружении.

"С первого момента существования базы она строилась со значительными сухопутными укреплениями из-за своего расположения на территории потенциального противника".

Противник здесь иной - не финны со шведскими добровольцами, да и эпоха другая. И вокруг крепости возникает сельская округа: поселения располагаются на второй надпойменной террасе левого берега Волги, на первых надпойменных террасах Узолы с притоками и правого берега Санды, на берегах небольших болот-озерец в бассейне Санды, на водоразделе Санды и Линды, на берегах оврагов, выходящих в пойму Санды.

Часто их ставят на местах старых селищ муромы.

Летописная мурома - ещё одна волна находников. Пришли сюда в VI веке н.э. Хоронили в своём стиле - с конями. Куда потом делись - непонятно. Могильники их видны, а сами... поучаствовали в чьём-то этногенезе?