Зверь лютый. Книга 22. Стриптиз

Поразительно: никто не поведёт своего ребёнка в школу, где у преподавателей нет педагогического образования. А лучше - многолетнего успешного опыта. Но процесс обучения малограмотными средневековыми "физкультурниками" - описывается как чуть ли не вершина воспроизводства воинской элиты.

И сказал Иисус: "Оставьте их: они слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму".

Поверьте: "боевой опыт" в изложении "бывалого воина" - не каскад батманов и рипостов, а перечень съеденного, выпитого и трахнутого... в том или ином походе. Если уж очень доверительные отношения - расскажет как было страшно. И какие идиоты и сволочи - отцы-командиры.

2. Непригодность учеников.

Вот вам приводят семилетнюю девочку.

-- Дочь губернатора. Научите её фигурному катанию.

А этого ребёнка нельзя даже просто ставить на коньки! Это превратит её жизнь в цепь несчастий и мучений. Проблемы с опорно-двигательным - навсегда.

Но это никого не волнует. Потому что папа - губернатор.

Это - типовая ситуация феодализма. "Честь - по отцу". И наставник вынужден убивать время на бесперспективного воспитанника. Мучая и ребёнка, и себя. Потому что: "у него семь поколений благородных предков, а ты - морда холопская". И это правда: будешь мявкать - плетей огребёшь. В лучшем случае - вышибут со двора на голодную смерть.

Негодные учителя учат негодных учеников негодными методами. Единственная надежда получить хоть что-то приемлемое - заниматься этим годами.

Дальше - обратная связь. Если все ученики - двоечники, то доучил своего на тройку, и - хватит. А зачем дальше тянуться-напрягаться?

-- Мой - знает "удар сокола"!

-- А мой - "сокола", слив и рубку поперёк!

-- Ну ты... вооще! Гроссмейстер! Типа: лучший по профессии. Во всей нашей Нортумбляндии!

Конечно, есть люди, для которых рубка в доспехах тяжёлым мечом - вкус, цвет и смысл жизни. Такой и сам по себе будет совершенствоваться. Но... Вы много танкистов-хоббитов видели? Для которых хобби - поездить на танке по минному полю, пострелять в противотанковую батарею, поиграть с ПТУРСом в гляделки? Не в компе, а в реале. С оплатой топлива из своего кармана?

Бывает. Но не часто.

Конечно, сын феодала к 15 годам умеет ездить на коне, а сын смерда - нет. Дети простолюдинов больше страдают от голодовок, чем дети аристократов.

А вот в равных условиях...

Грубо говоря, из десятка юных баронов можно вырастить трёх КМС. А из сотни недорослей-виланов - десять КМС и трёх МС. И виланская команда баронскую - запинает.

Надо только посметь выбирать и уметь учить. Первое у аристократов - запрещено. Второе - давится отсутствием отбора. Если половина детей в классе - глухие, как вы будете учить такой класс пению? Или, все-таки, разделите учеников на группы? По их личным свойствам.

Феодальное общество - жёстко стратифицировано, судьба - предопределена от рождения.

У меня не так. У меня - свобода.

"Пой по свойски. Даже как лягушка".

-- Хочешь? Можешь? Мы знаем - как научить.

Нам плевать на родословную, мы обращали внимание не только на "стати" очередного волонтёра, но и на его обучаемость. И - мотивацию.

"Предпочтение отдаётся сиротам".

На самом деле - не такая уж большая новизна. Сходно - с отбраковкой по личным качествам учеников и учителей формируются княжеские дружины. У гридней не родовое - воинское братство. Янычары, мамлюки, гулямы.

Немало людей просилось в воинскую службу. Пополнялись все отряды: егеря Могуты, Фанга, Авундия, пешие стрелки Любима, пешие мечники Салмана...

Под присмотром Чарджи, Ивашки, Артёмия, Дика... шло формирование новых подразделений, создаваемых военных специальностей.

Про "гранатомётчиков" - я уже... В чистом виде - не пошло.

Лыжники - обязательно. Не воспользоваться твёрдым сдутым снегом на льду больших рек - глупость. Кстати, и в степи... Чуть позже, когда туда вылезем.

Драгуны? - Само собой! Чем дальше мы уходили от рек, тем чаще возникала нужда в быстром, верховом перемещении бойцов. С последующим пешим боем. Этому учили, это накатывали.

Повторюсь: ни русский крестьянин, ни, тем более, лесовик - верхом не ездит, седла в хозяйстве - не держит.

"Вот следы ваших обоих иноходцев! Этот гурон путешествует, как генерал. Его постигла божья кара - он сошел с ума!.. Поищи-ка следы от колес, сагамор, - продолжал он, смеясь от удовольствия. - Того и гляди, безумец скоро будет путешествовать в карете...".

Мы - не гуроны. Другие возможности, другие задачи. "Путешествие верхом" не безумие, а насущная необходимость. Навыки верховой езды вбиваются во всех. Начинающие, после первых уроков, с ипподрома уползают в раскоряку.

Это помимо стандартного из кавалерийских уставов: "чтобы крестьянская подлая привычка, уклонка, ужимка, чесание при разговоре совсем были у него истреблены...".

Глава 470

Конные стрелки. Тут уж Чарджи развернулся! Рыдали не только курсанты, но и их лошади. Уровень требований был задран настолько, что формирование шло медленно - не находилось соответствующих.

Надо сказать, что конные стрелки требовали едва ли не самого сложнейшего обучения.

Можно вспомнить построения кавалерии 17 века, когда конница выстраивалась до десяти рядов в глубину, порядно выезжала вперёд, давала залп по противнику и уступала место следующему ряду. Русские кавалерийские уставы 18 века допускали стрельбу с седла только из пистолетов и только по "лёгкому противнику".

Лишь после того, как полное неумение и нежелание американских федералов применять холодное оружие в ходе их Гражданской войны, привело к вооружению всадников револьверами - ситуация изменилась.

Лучник с колчаном - не гусар с пистолем. Может сделать несколько выстрелов в атаке. Да и стрела летит иначе, чем пуля - можно бить навесным через головы своих.

Меня успокаивали наблюдения германского посла 16 века, который отмечал удивительную воинскую выучку московитов. Русские дворяне весьма эффективно ухитрялись и конём управлять, и чуть ли не одновременно применять пику, саблю, лук, кистень, в морду... У Ивана Грозного - могли? - И мои смогут.

Чарджи зверел. Я сдуру объяснил ему элемент из подготовки самураев: с коня, скачущего во весь опор мимо забора, нужно попадать в щели между досками. Мне, почему-то, помнится, что из 14 стрел - 10 влетали. Теперь Чарджи днём гоняет новиков, а по ночам пытается самурайничать. Скоро на лицо будет одним цветом со своим чекменем. Я уж успокаивал его, типа:

-- Извини, ошибся. Брось ты это.

А он только шипит. Тут мимо проходил Любим. И я, чисто для прикола, сообщил обоим моим стрело-метателям и палко-натягивателям, что один чувак (1686 г., Киото, Вада Деихати) выстрелил в течении 24 часов 8 тысяч стрел, попадая раз за разом в мишень на расстоянии ста метров. А другой, тоже... экземпляр (1852 г., Масатоки) за двадцать часов выпустил в цель 10 тысяч стрел, попав 8 тысяч раз. Причём луки у японцев... длина доходила, как говорят, до 2.80 м. И чётко асимметричные. Как у гуннов, только наоборот: верхняя часть вдвое больше нижней.

Чарджи зубами заскрипел, а Любим посмотрел на небо, "потусторонне" улыбнулся:

-- Да. Интересно. Надо попробовать.

И через два дня у нас возник дефицит камыша - древков для стрел не хватает.

***

Чисто для знатоков.

Что наконечник с втулкой, что - со штырём, а крепление боевых средневековых стрел отличается от спортивных 21 века - хорошо воткнувшуюся стрелу за древко не вытащить. Поэтому при ранениях ни в коем случае нельзя тянуть - сразу древко выскакивает. Стрелу проталкивают. А уж потом, когда наконечник выйдет наружу - обламывают. Естественно, это возможно только если по пути раневого канала нет жизненно важных органов.