Один

– Хугин, ну, здравствуй, старина. Лети, разбуди Иллуги и Торфи. Они должны быть здесь на рассвете, скажи им, что они пойдут со мной к границам Хеля, потом поднимешь Оттара, новичка, я поселил его у Герды. Он тоже должен быть здесь не позднее восхода солнца.

Отдав распоряжения ворону, Один прилег на широкую скамью, покрытую мягкими пушистыми овечьими шкурами, и моментально уснул. Впереди был очень тяжелый день.

Хугин быстро разбудил Иллуги, несколько раз стукнув клювом в дверь его дома и на человеческом языке прокаркал воину приказание Одина.

С Торфи дела обстояли несколько сложнее. Сколько ни клевал Хугин дверь, никто не подходил и не собирался его впускать. Пришлось проникнуть в дом через дымоход. Хугин легко нашел хозяина дома, спящим на полу у очага. Торфи видимо, где-то бражничал всю ночь со своими друзьями, а придя домой, повалился прямо на полу и заснул почти мертвым сном. Хугин каркнул несколько раз, важно прохаживаясь вокруг спящего воина, но потом понял, что каркай, не каркай, а Торфи будет спать до обеда – надо принимать меры посерьезнее. Хугин подошел поближе, пристроился и изо всех сил клюнул ухо спящего богатыря. Торфи моментом подскочил, как ужаленный, спросонок сразу хватаясь за меч, но ворон был вне пределов досягаемости: сидел на перекладине под самой крышей и смеялся по своему – по-вороньи.

– Ты чего клюешься, старое пугало? – разозлился Торфи.

– А чего ты дверь не открываешь посланцу Одина? – парировал Хугин, ничуть не обидевшись на «старое пугало».

Торфи промолчал: понял, что не прав.

– Просыпайся быстрее. Сегодня на рассвете ты идешь с Одином к границам Хеля. Кстати с вами идет новичок – Оттар.

– Ладно, лети буди его – проворчал Торфи. – Я уже проснулся.

Хугин каркнул на прощание, снова вылетел в дымовое отверстие и направился к дому Герды будить Оттара.

Подлетев к дому, ворон вначале заглянул в окно – темнота, тишина. Хугин прислушался – не слышно ни звука, наверное, все спят. Ворон стукнул несколько раз клювом в окно. В доме послышалось какое-то движение, дверь открылась, на порог вышла Герда. Хугин пролетел мимо нее в открытую дверь и оказался в большой передней комнате. Ворон сел на столе, не зная, за какой из трех дверей находится Оттар. Герда вошла в комнату вслед за вороном, она сразу узнала крылатого посланца Одина.

– Оттар там, – Герда показала на правую дверь и открыла ее перед вороном.

Хугин влетел в комнату поменьше и уселся на краю ложа Оттара. Глядя на спящего воина, Хугин громко каркнул.

Оттар проснулся сразу и уставился на огромную птицу. Он сразу вспомнил, что этот ворон и еще один сопровождали Одина еще в Миргарде. Оттар вопросительно взглянул на птицу.

– Повелитель зовет тебя. Пора проверить, на что ты годишься в асовом воинстве. Собирайся, на рассвете мы должны быть готовы и ждать Одина.

Оттар легко поднялся, ему было особенно нечего собирать, и уже через пять минут воин был готов в дорогу. Герда сложила ему в мешок небольшую голову сыра, немного сушеного лосося и вяленого мяса кабана. В большой кувшин она налила слабого пива и запечатала горлышко.

Оттар вышел, забрал из стойла своего коня – красивого иноходца белой масти. Хугин уселся на плече воина, чтобы показывать ему дорогу, и они поскакали по спящему Асгарду в серых сумерках начинающегося дня.

Возле дома Одина уже ждал Иллуги, его конь был привязан возле молодого дубка и мирно пощипывал траву. Торфи пока нигде не было видно. Ворон прокаркал Оттару:

– Жди здесь.

А сам полетел опять к дому Торфи.

– Ну, если этот пьяница все еще спит, ну, и задам я ему! – думал Хугин, рассекая крыльями морозный утренний воздух и время от времени поглядывая на дорогу – не видно ли где лошади Торфи.

Ворон заметил его на полпути к дому Одина. Лошадка медленной рысью самостоятельно шла по дороге, а всадник, кажется, храпел в седле.

На этот раз Хугин рассердился не на шутку, подлетел и, громко каркая, сильно клюнул Торфи в шею, так что из маленькой ранки пошла кровь. Спящий воин проснулся, первое, что он увидел, был большой ворон, сидящий на холке лошади, каркающий и размахвающий крыльями.

– Ну, чего ты ругаешься, Хугин? Видишь же, еду я, по первому твоему зову.

– Как ты едешь, так, может, к обеду и доберешься, а мне за тебя хозяин шею свернет! – прокаркал Хугин.

– Давно пора! – ухмыльнулся Торфи, прикрывая на всякий случай рукой глаза: вдруг эта птица опять захочет клеваться.

Хугин перелетел и уселся на плече Торфи, больно клюнув его в затылок.

– А ну, давай, погоняй свою лошадь!

Торфи к этому времени окончательно проснулся и быстро поскакал к месту встречи с повелителем.

– Хугин, а ты не знаешь, что понадобилось Одину в аду? – спросил Торфи.

– Приедешь – сам у него спросишь! – огрызнулся старый ворон.

– Ну ладно, не обижайся, дальше Утгарда я никогда еще не был. А тут вон какая даль, в самый Хель!

– Ничего, съезди и туда для разнообразия. Если проиграем Ригнарёк – все будем вечно бродить по Хелю, можешь присмотреть там себе местечко заранее.

– Прекращай каркать, Хугин. Ничего мы не проиграем, – уверенно сказал Торфи.

– Хорошо, только не засыпай опять. Я лечу к хозяину и ты поспеши.

С этими словами Хугин взлетел с плеча Торфи.

Подлетев к дому, ворон увидел, что Одина пока нету, а Иллуги с Оттаром мирно о чем-то беседуют. Торфи почти уже приехал.

– Вроде, все в порядке, свое поручение я выполнил, – подумал Хугин и умчался ввысь, куда-то по своим вороньим делам.

Один проснулся, когда на улице уже было светло.

«Кажется, я проспал намного больше, чем хотел, – подумал Один. – Ну, ничего, зато хоть выспался».

Он быстро поднялся, плеснул себе воды в лицо из ковша в углу. Осмотрелся – Хугина нигде не видно. Взял меч, копье и другие вещи, приготовленные еще с вечера, и вышел из дома. Три воина, сопровождающие его в этом походе, уже давно ждали на улице. Хугин и Мунин сидели высоко на ветвях дуба, растущего во дворе.

– Ну, что, все в сборе? Это хорошо, – сказал Один, рассматривая снаряжение трех воинов.

– Оттар, это твой первый поход с асами. Не подведи меня. Путешествие будет трудным – до Перекрестка Миров доберемся, как обычно, а там будем изображать простых людей из Миргарда – и так до самого Хеля. Никакой магии, никакого бахвальства. Нам надо дойти до Хеля, и чтоб никто не заподозрил, что мы из асов. Иначе все путешествие будет напрасным. Обратно вернемся побыстрее. Время не ждет – Ригнарёк не за горами.

Один отошел от воинов, приложил ладони ко рту и крикнул:

– Ио-хо-хо, Слейпнир, твой хозяин зовет тебя! Потом издал еще какой-то звук, который не могло бы повторить ни одно человеческое горло.

Воздух перед Одином начал темнеть, в сгустке темного сверкнуло несколько синих молний, потом облако с молниями рассеялось, а вместо него стоял очень большой черный конь с сияющими красными глазами и гривой цвета серебра. Вместо четырех ног у Слейпнира было восемь, и все они заканчивались серебряными копытами. Один вскочил на спину коня и что-то шепнул ему на ухо.

Тут же из-под копыт у Слейпнира появилась радуга, один конец ее был как раз у коня под ногами, а другой терялся где-то вдалеке.

– Скачите за мной, – приказал Один воинам, – и старайтесь не потерять меня из виду. Ничего не бойтесь: дорога под вами будет твердой, пока последняя лошадь не коснется копытами земли на Перекрестке Миров. Только не вздумайте оборачиваться назад, пустота между мирами не терпит трусов.

Слейпнир с Одином поскакал вперед по радуге. Хугин уже сидел на плече хозяина, а Мунин летел в воздухе, громко крича. Один махнул рукой трем воинам, чтобы они следовали за ним на своих лошадях. Иллуги и Торфи уже привыкли к такому способу передвижения из одного мира в другой, а вот Оттару было немного не по себе, когда его конь послушно поскакал по переливающейся перламутром дороге, высоко над землей. Иллуги ехал впереди, он повернулся и крикнул что-то Оттару, но тот не мог его услышать из-за воя ветра, заглушающего все остальные звуки.