Утерянное Евангелие от Иуды. Новый взгляд на предателя и преданного

В этой истории апостол Петр беседует с Христом и вдруг неожиданно видит, что вдалеке толпа ловит и распинает Христа. Вслед за тем он видит еще и третьего Христа у креста, на котором висит второй, и этот третий Христос смеется. Не нужно объяснять, почему Петр абсолютно смущен и ошеломлен увиденным:

Как только он сказал это, увидел я, как он был схвачен ими. И сказал я: «Что я вижу, о Господи? Ты ли это, которого они хватают, когда ты держишься за меня? Или кто этот тот, который стоит у креста, радостный и улыбающийся? Это кто-кто другой, а не тот, чьи ноги и руки они приколачивают гвоздями?» (Апокалипсис Петра, 81)[86]

Иисус объясняет, что тот, смеющийся у креста, и есть «живой Иисус». Тот же, кого распяли, не более чем «его плотская оболочка, которая всего лишь отражение. Они предают позору то, что является его подобием» (81). Впоследствии смеющийся поверх креста Иисус приближается к Петру со следующими словами:

Будь сильным! Ибо тебе были даны тайны познать через откровение, что тот, кого они распяли, является первородным, домом бесов и сосудом, в котором они обитают и который принадлежит Элохиму…

…Тот же, который стоит возле него, это живой Спаситель, первая часть от того, которого они схватили… Поэтому он смеется над их непониманием… Так вот останется то, что подвержено страданию, поскольку тело это подобие. А то, что было освобождено, это мое бестелесное тело.

В Евангелии Иуды одного из богов-создателей звали Эль. Здесь его называют Элохим, это множественное число того же слова, и в этом виде оно чаще встречается на страницах еврейской Библии. Этому создателю принадлежит тело, но внутренняя сущность — божественный элемент — внетелесен и неподвластен страданию. Когда убивают тело, подмену реальной личности, освобождается внутренняя сущность. Подобная трактовка весьма близка к тексту Евангелия от Иуды.

Обратите внимание, что и здесь Иисус представлен смеющимся. Его смех направлен против невежества этого мира, который считает, что знает Иисуса. Но те в этом мире, кто знал его «во плоти», не знают о нем ничего — равно как и ученики в Евангелии от Иуды, над которыми Иисус смеется, когда они заявляют, что он является сыном того Бога, который создал этот мир.

Полемика с представителями ортодоксальной церкви

Можно добавить еще несколько слов о смехе Иисуса. В Евангелии от Иуды и в обоих трактатах Наг-Хаммади, о которых я уже упоминал, во Втором трактате великого Сифа и в Коптском апокалипсисе Петра, Иисус смеется над теми, кто его не понимает. При этом меньше всего его понимают даже илимские легионеры, пытающиеся его распять, а собственные последователи, которые полагают, что хорошо знают его. Во время написания данных текстов считалось, что лучше всего знают Христа представители ортодоксального христианства. Но в соответствии с гностическими текстами эти христиане пребывают в серьезном заблуждении. Они перепутали внешнее обличье Иисуса с его внутренней реальностью.

Этот момент наиболее очевиден в Коптском апокалипсисе Петра. Спаситель начинает разговор с Петром со следующих слов:

Я говорил тебе, что они слепы и глухи. Теперь же послушай то, что будет сказано тебе в тайне, и сохрани это. Не рассказывай этого сынам века сего. Ведь они будут поносить тебя в этом веке… Но когда узнают, будут тебя прославлять. (Апокалипсис Петра, 73)

Так же как и Иуде придется пережить тяжелое решение в Евангелии от Иуды, так и на Петра будут гонения в соответствии с Апокалипсисом, названным его именем. Однако Иуда в первом тексте и Петр во втором находятся на стороне знания; и им будут открыты великие тайны; и они превзойдут всех остальных. Ведь остальные «неразумные» (Апокалипсис Петра, 74).

Коптский апокалипсис Петра дает нам следующее объяснение того, что не в силах понять невежественные. Они думают, что смерть Иисуса привела к спасению: «И они прославляют людей, которые распространяют ложь, те, которые будут после тебя [то есть представителей ортодоксальных церквей. И они будут привержены имени мертвеца, думая, что они очистятся [то есть они думают, что спасительной является смерть Иисуса». Впоследствии нам сообщают, что эти лживые лидеры — не кто иные, как епископ и дьяконы. Но они не могут быть источником живого учения истины: «Они — лишь каналы безводные».

Мы видели, что в Евангелии от Иуды представители ортодоксальных церквей подвергались критике за их неверное представление о Христе. В данном случае Евангелие от Иуды составляет часть традиции, известной из двух других (несифианских) гностических текстов, найденных в Наг-Хаммади.

Параллели с Евангелием от Фомы 

Когда я впервые прочел Евангелие от Иуды, меня особенно поразило то, как много общего у этого текста с одним из других трактатов Наг-Хаммади, а именно с самым знаменитым из них, Евангелием от Фомы. Евангелие от Фомы, как я уже упоминал, является собранием 114 высказываний Иисуса. В Евангелии нет повествования как такового: ни о деяниях Иисуса, ни о его чудесах, превращениях, Тайной вечере, нет описания страстей, ареста, суда, смерти и воскресения. В книге одно высказывание следует за другим. Единственным повествовательным элементом являются вопросы учеников Иисуса, на которые он не отвечает.

Евангелие от Иуды, разумеется, принадлежит к совсем другому жанру. В нем есть повествовательное оформление рассказа — появление Иисуса перед учениками и его исчезновение. К тому же все его высказывания приведены в форме бесед, а не изолированных утверждений. Вместе с тем теологические концепции двух Евангелий во многом схожи, о чем я более подробно расскажу в следующей главе. Для обоих авторов не так уж важно, что сделал Иисус (творил ли он чудеса, о которых лишь вкратце упоминается в Евангелии от Иуды и вовсе не упоминается в Евангелии от Фомы), его смерть и воскресение (о которых также не упоминается) не наделяются центральным смыслом. Важно лишь то, что он сказал. И вечная жизнь за теми, кто поймет это учение.

Эти мысли подробно приводятся в начале Евангелия от Фомы, которое начинается со следующих строк:

Это тайные слова, которые сказал Иисус живой и которые записал Дидим Иуда Фома. И он сказал: «Тот, кто обретает истолкование этих слов, не вкусит смерти». [87]

Точно так же как Евангелие от Иуды начинается с фразы, что это есть «тайное сообщение об откровении, которое Иисус высказал», так и Евангелие от Фомы начинается с «тайных слов, которые сказал Иисус живой». И далее они во многом схожи, в частности одинаковым теологическим подходом к спасению.

Схожей является не только общая теологическая подоплека, но и отдельные эпизоды. Я приведу здесь лишь несколько примеров:

1. Когда Иисус открывает свое откровение о создании мира Иуде, он говорит о том, чего «не зрели ангелы, не постигала душа, и никогда не называли по имени». Это напоминает высказывание апостола Павла в Первом послании к коринфянам 2:9, когда он говорит: «не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку». Но это также напоминает текст из Евангелия от Фомы, 18: «Иисус сказал: Я дам вам то, чего не видел глаз, и то, чего не слышало ухо, и то, чего не коснулась рука, и то, что не вошло в сердце человека».

2. Когда Иуда, единственный из учеников, умудряется выстоять перед Иисусом, он не может смотреть ему в лицо и отводит взгляд. Это сильно напоминает слова из Евангелия от Фомы, 51, о том, что никто не может посмотреть в глаза Иоанну Крестителю, ибо «из рожденных женами нет выше Иоанна Крестителя».

3. В Евангелии от Иуды только Иуда получает тайное знание; в Евангелии от Фомы знание получает только Фома. В обеих книгах другие ученики демонстрируют полное непонимание Иисуса. В Евангелии от Иуды они ошибочно полагают, что он сын их собственного бога (то есть создателя); однако Иуда заявляет о том, что Иисус пришел из царствия Барбело и что «Я не достоин раскрыть имя пославшего тебя». Так и в Евангелии от Фомы другие ученики, такие как Симон Петр и Матфей, неверно понимают личность Иисуса, Фома же говорит: «Господи, мои уста никак не примут сказать, на кого ты похож» (Евангелие от Фомы, 13). В обоих случаях после этого Иисус отводит своего ближайшего ученика в сторону, чтобы поведать ему о скрытых тайнах. В обоих случаях мы не узнаем, что это за тайны. Но в обоих случаях вернейший ученик Иисуса противопоставлен другим. В Евангелии от Фомы Фома говорит другим ученикам, что, если он откроет им то, что сказал Иисус, «вы возьмете камни, бросите их в меня». В Евангелии от Иуды нам говорят, что Иуда будет заменен, чтобы «двенадцать [учеников снова могли соединиться со своим Богом».