Четвертая экспедиция (сборник)

И озеро, словно успокоившееся от его покаянных мыслей, снова сияло зеркальной гладью воды, а предзакатное солнышко вышло из-за небольшого облачка и садилось за горизонт уже в ясном небе, обещая на завтра хороший теплый день. И Владимир почувствовал, что вслед за первыми аккордами в голове уже стала понемногу складываться основная музыкальная тема симфонии. Она пока была еще очень смутной, но Владимир определенно чувствовал ее приближение.

* * *

Ирина и Владимир получили по просторному красивому номеру на втором этаже. Еще в этот момент на базе отдыхало десятка полтора состоятельных туристов.

Алексей вместе с портье помог Ирине и Владимиру занести багаж и сказал:

– Ну что же, с прибытием вас, господа музыканты. Милости просим в наш местный оазис спокойствия и гармонии.

– Как Вы красиво изъясняетесь, – удивилась Ирина.

– А здесь место такое, не терпит фальши и грубости, а тем более сквернословия, – продолжил Алексей. – Уже замечено, что самые заядлые матерщинники здесь начинают нормально разговаривать. Природа перевоспитывает.

– Надо же, прямо сказки какие-то рассказываете, – не поверила Ирина.

– Да вы сами в этом скоро убедитесь, – невозмутимо ответил Алексей. – А сейчас приводите себя в порядок, и примерно через полтора часа встречаемся внизу в ресторане на ужине. Я к вашим услугам.

– Договорились, – ответила Ирина.

– Спасибо Вам, Алексей, за прекрасную дорогу, великолепное угощение и приятную компанию, – поблагодарил его Владимир.

– Не за что, господа. До встречи за ужином, а там обсудим наши планы, – ответил Алексей и пошел вниз к себе в номер.

Когда он скрылся, Ирина, стоя у двери своего номера с ключом, игриво произнесла:

– А у нас сегодня свои планы, правда, мой миленький?

Владимир уже принял внутреннее решение, что жить по совести для него правильнее и легче. Получается, что даже и плодотворнее, потому что миг вдохновения после мнимого диалога с Байкалом его снова посетил в момент внутреннего раскаяния. Но обижать Ирину ему тоже не хотелось. Он ответил:

– Ириша, ты знаешь, я после длинной сегодняшней поездки что-то совсем неважно себя чувствую. Давай отдохнем. Утро вечера мудренее. Я, может быть, и на ужин не пойду. Мы и так в пути чрезмерно ели и пили.

– Жалко, Володенька. Ты меня уже вторую ночь маринуешь. Ну что с тобой поделаешь, отдыхай. Но ужинать все же приходи, хотя бы посидишь и чайку попьешь, а то неудобно перед Алексеем. Он нас ждать будет.

– Хорошо, я постараюсь, – сказал Владимир Ирине и скрылся в своем номере.

Он быстро разобрал чемодан, потом принял душ. Накинув халат, сел в мягкое кресло, пытаясь расслабиться, и ни о чем не думать хотя бы оставшиеся полчаса до ужина. Но мысли сами лезли в голову. Почему он до сих пор столько времени не мог нащупать желанную тему? Может быть потому, что все вдохновение уходило в страсть первобытного и вечного инстинкта, которому он с таким желанием предавался с Ириной? И эта страсть напрочь отключала его мозги? Да, это так, хотя, наверное, не совсем в этом причина. Если бы кроме дикой похоти при этом присутствовала любовь к Ирине, наверное, вдохновение не покидало бы его. Тогда она, наоборот, была бы его желанной музой. Но после таких эпизодов близости у Владимира всегда наступало чувство вины перед своими домочадцами: Леной и Юленькой. Какое уж тут будет вдохновение.

Владимир заметил, что краткий миг творческого просветления приходил к нему только тогда, когда он оставался наедине с Байкалом. И теперь он снова и снова стремился к этому. Ему не терпелось посидеть в уединении на берегу, слушая легкий шелест волн, глядя на водную гладь и высокое небо и думая как бы ни о чем, и одновременно обо всем. Это состояние не поддавалось описанию, но именно оно приводило к гармонии с собой и с внешним миром. И музыка приходила сама. Оставалось ее только не забыть и перенести на бумагу, а потом чуть-чуть отлакировать, когда под рукой окажется привычный рояль.

* * *

После ужина Алексей вызвался показать им ближайшие окрестности, пока совсем не стемнело. И, хотя чувствовалась усталость после проведенного в дороге утомительного дня, Ирина и Владимир согласились. За ними тут же увязался пес, которого как выяснилось, звали Малыш. Это была симпатичная крупная дворняга светло-коричневого окраса с добрыми преданными глазами.

– Да приблудился пару лет назад и живет здесь на базе при кухне, – пояснил Алексей.

– Что, Малыш, с нами пойдем? – спросил Алексей.

В ответ пес завилял хвостом и начал радостно прыгать на Алексея, опираясь на него передними лапами и пытаясь лизнуть.

– Рядом, – скомандовал Алексей, и пес послушно потрусил поодаль своим параллельным маршрутом, отвлекаясь по пути на свои собственные дела в лесу, иногда надолго пропадая из виду, но неизменно возвращаясь к ним время от времени.

Выйдя через задние ворота за ограду базы, они пошли вниз по лесной дороге, казалось, что в противоположную сторону от Байкала. Однако километра через полтора густой лес кончился, и они вышли на равнину, окруженную с трех сторон живописными сопками и примыкающую к байкальскому берегу. Показалось немного странным снова оказаться на берегу, ведь по ощущениям они шли в противоположную сторону. Когда подошли ближе к берегу, Алексей произнес:

– Посмотрите направо на этот высокий холм. Это мыс Халтыкей, и здесь есть небольшая пещера, но без меня вы ее не найдете. А если мы поднимемся вверх на вершину холма, то оттуда увидим мыс Арал и ту бухту с песчаной косой, где мы сегодня сошли на берег. А слева видите? Почти такой же длинный галечный пляж, как тот, на котором мы высаживались. И эта прибойная зона из крупной гальки тоже отделяет от Байкала вот это небольшое озерцо, как и у мыса Арал. И в нем тоже полно карасей.

– А вон там за этим длинным пляжем на север берег больно резко поднимается, – заметил Владимир. – Там дальше-то что?

– Там этот подъем довольно долго тянется. Высшая точка этой так называемой дороги, идущей параллельно берегу, называется Хильбурский перевал. За ним дорога идет постепенно вниз к небольшому бурятскому поселку Онгурены. Мы потом можем туда на квадроциклах съездить. Только на них и можно туда проехать. Даже для хорошего джипа эта дорога тяжела. Но там очень красивые и живописные места. Побывать там стоит.

Меж тем уже сгущались сумерки, и пора было возвращаться. Они медленно пошли назад той же лесной дорогой, наслаждаясь чистым первозданным воздухом под стрекотание вечерних цикад. Вскоре послышался шум работающего дизельного генератора, обеспечивавшего электричеством всю базу – островок цивилизации среди дикой тайги. Это означало, что они почти пришли. Было уже совсем темно.

– Можем поиграть в бильярд, посетить сауну, посидеть в баре или просто посмотреть телевизор, – предложил Алексей.

– Нет, Алексей, спасибо, мы Вас освобождаем от хлопот на сегодня, – сказала Ирина. – Мы все же устали.

– Ну, как знаете, – ответил Алексей, – тогда спокойной ночи. А как Вы на счет того, чтобы завтра после завтрака на квадроциклах съездить на мыс Зундук? Там очень легко дышится и открывается очень красивый вид с высоты почти 800 метров на остров Ольхон и на весь Байкал. А лесная дорога туда – просто сказочная.

– Мы с удовольствием, – тут же согласилась Ирина.

– Давайте сначала дождемся утра, – сдержанно произнес Владимир, которому хотелось большего уединения. – Спокойной ночи, Алексей.

* * *

Владимир утром проснулся отдохнувшим и с легким сердцем. Слава богу, Ирина вняла его просьбе и вечером не досаждала притязаниями и заигрываниями. Да и, скорее всего, она сама умаялась после насыщенного вчерашнего дня и спала в своем номере «без задних ног».

Было еще совсем раннее утро: небо лишь слегка посветлело, и солнце еще не вышло из-за горизонта. Владимир решил больше не валяться в постели, а, пока все спят, прогуляться самому без лишней свиты и заодно сделать пробежку и небольшую зарядку. Потом его посетила неожиданная мысль об утреннем купании в Байкале. Он надел спортивный костюм, кроссовки, взял полотенце и спустился вниз на первый этаж.