Падение терратоса (СИ)

- Да, вот так бывает, засидишься в конторе допоздна, а потом страшно идти домой, - уловил Тьетэ настроение Кинта, - сторожа поговаривают, что видят приведения.

- Ну, с пьяных-то глаз чего только не увидишь, - хмыкнул Кинт, а сам покосился на месяц, висящий над башней, мимо которого по небу тянулись облака. - Но местечко, согласен, жутковатое.

- А днем ничего, даже красиво... Ну мы скоро заменим светильники на разрядные, будет светлее. Вот и пришли, - Тьетэ толкнут тяжелую дверь конторы, - по коридору до конца.

Кабинет Тьетэ был в полном смысле слова рабочим, большой стол посередине кабинета, заваленный какими-то чертежами и схемами, у дальней стены письменный стол, кресло, за ними, на стене, нарисованная схема путей на территории Латинга, отображены и депо, и станция, и товарные склады, еще одна карта северо-востока терратоса с линиями железных дорог.

- Возьмите стул, садитесь. - Тьетэ прошел за письменный стол и опустился в кресло. - Итак, на ежемесячных собраниях северо-восточного треста железных дорог все чаще стали подсчитывать убытки от налетов банд, особенно на северном направлении, а также выросли расходы на компенсации пострадавшим пассажирам. На последнем собрании было принято решение организовать свою службу охраны...

Сев на стул напротив Тьетэ, Кинт внимательно слушал и набивал трубку.

- ...я ума не приложу, как это все организовывать, но понимаю, что для этого нужен человек, знакомый именно с этим видом службы. Вы, Кинт, служили в корпусе охраны дорог, как мне рассказал Бойл.

- Да, верно.

- А в каком звании, кстати, закончили службу?

- Мастер-жандарм.

- То есть, командовали звеном?

- Верно.

- А где именно служили? Простите, но мне нужно будет наводить справки, и я должен получить от вас более подробную информацию.

- Все правильно, нельзя доверять мышам охранять мешки с зерном... я понимаю. Служил сначала в Степном форте, недалеко от столицы, а потом в Северном, за перевалом.

- Северном... это недалеко от Тека?

- Да.

- И как там?

- Все говорили, что гиблое место, но мне нравилось... только зима долгая и холодно.

- Угу... - Тьетэ сделал несколько отметок в блокноте. - Кинт, вы согласны взяться за организацию службы охраны северо-восточного треста железных дорог? Эм... ну естественно, после того как я доложу о вашей кандидатуре на следующем собрании и после того как наведу о вас справки.

- Согласен, мне это интересно, но я уже говорил вам, что охранного патента у меня нет.

- Если все сложится... а я надеюсь, что все сложится хорошо, то северо-восточный трест железных дорог оплатит ваш патент, причем он будет с правом найма.

- То есть патент будет именной, и я смогу нанимать бойцов.

- Да, вы, как руководитель службы, сможете от имени треста заключать с ними контракт. Ну, и я от имени треста, в свою очередь, заключу контракт с вами.

- Заманчиво, господин Тьетэ, не скрою.

- Еще бы! Я вас понимаю, вы хотели посвятить свою жизнь службе в дорожной жандармерии, по ее окончании получить надел земли и спокойно провести старость, но из-за бездарного решения парламента, я бы даже сказал, вредительского, вы оказались... эм... а сколько вам лет, Кинт?

- Двадцать пять.

- Ну вот, двадцать пять лет, и вы отставник... никому не нужный, умеющий лишь служить монарху, о котором уже все забыли.

- Да, безрадостно.

- Что ж... где можно вас найти? Собрание состоится в конце недели, и я извещу вас о его результатах.

- Прачечную мадам Ригер знаете?

- Конечно, - улыбнулся Тьетэ, - я хорошо знаю мадам Ригер, и был знаком с ее последним мужем.

- Я купил у нее флигель, вот там и живу.

- Договорились, тогда в выходной с утра я буду у вас в любом случае, каким бы ни было решение собрания.

- Хорошо.

- Тогда пойдемте, у башни сторожа моя повозка стоит, отвезу вас и поеду в ратушу за супругой, она у меня в казначействе служит и тоже вечно засиживается допоздна.

Глава двадцать четвертая

Дома Кинт долго не мог уснуть. Присев в углу у камина, пыхтя трубкой и попивая крепкий шант, он прокручивал в голове весь прошедший с Тьетэ разговор. Тьетэ показался Кинту серьезным и прагматичным человеком, принадлежал к аристократическому сословию. Однако Тьетэ не был заносчивым, не смотрел на других свысока, та кружка пива, выпитая им в кабачке в обществе машиниста и отставного жандарма, о многом говорила.

- Вообще, если выгорит, то можно неплохо зарабатывать и делать то, что умею, - вслух, чуть слышно, сам с собой разговаривал Кинт, - с бандами действительно беда в последнее время, такое ощущение, что кто-то специально нарушает некогда размеренную жизнь в терратосе. Возможно, капитан Морес был прав, и это делают шпионы соседних терратосов, на севере - так точно, это может быть их рук дело в сговоре с контрабандистами. Что тогда сказал Григо, когда я его накачал шантом? "И кое-кто мне дорого заплатит за дыру в ноге..." Да, я помню эти его слова, значит, он как минимум догадывается, кто руководил налетом, и как максимум знаком с ним лично.

Следующие три дня показались Кинту вечностью, время тянулось мучительно долго, и он занимал себя разными полезными и не очень делами. Например, неоднократно перечистил все оружие, почти три часа монотонно шуршал точильным камнем по штыку походной винтовки, и им теперь можно бриться. Каждый вечер Кинт гулял по парку, который отделял депо от жилых кварталов, а потом до глубокой ночи засиживался дома у камина.

Уже вечером выходного дня, после ужина, Кинт вышел из флигеля на балкон попыхтеть трубкой и понаблюдать за игрой детворы во дворе-колодце, за тем, как приемные дочери мадам Ригер, напевая какую-то веселую песню, возятся у котла с бельем... Чертовки! Тана помахала Кинту рукой, а они и рады хихикать да перешептываться. Два старика на балконе напротив тоже, как и Кинт, выходят вечером подышать свежим воздухом, поболтать о новостях и за неимением других развлечений с грустью вспоминать свою молодость, глядя на играющих в догонялки дворовых мальчишек.

Повозка господина Тьетэ въехала во двор, когда уже стало темнеть, а дворники начали обходить свои владения и зажигать фонари. Повозка остановилась, Тьетэ перекинулся парой фраз с прачками, Тана, улыбаясь, показала на Кинта, Тьетэ кивнул, махнул ему рукой и направился к винтовой лестнице.

- Заходите, господин Тьетэ, - сказал Кинт, когда тот появился в дверях.

- Добрый вечер, Кинт. - Тьетэ вошел и огляделся. - О, скромно, чисто, уютно у вас здесь.

- Мне тоже нравится... Чаю?

- Да, не откажусь.

- Присаживайтесь, я сейчас.

Тьетэ присел за стол, прислонил к нему трость, а из саквояжа стал доставать какие-то бумаги и канцелярские принадлежности. Переложив пару листов с печатями и гербами, он, откинувшись на спинку стула, сказал:

- Два дня назад был еще один налет, совсем недалеко от города, в лощине... убили жандарма охранного корпуса, который сопровождал почтовый вагон, ну и собственно этот вагон и ограбили.

- Зачем кому-то воровать письма? - Кинт поставил на стол кружки и налил чай.

- В почтовых вагонах не только письма, Кинт, в этот раз, например, там везли приличную сумму денег, предназначавшуюся для найма сезонных рабочих, которые будут строить новую железнодорожную ветку на запад и два моста.

- Значит, кто-то проговорился...

- Похоже, - вздохнул Тьетэ, - ну ладно... Если вы еще не изменили своего решения касательно моего к вам предложения, то хочу вам сообщить, что на совете ваша кандидатура утверждена. Были, правда, определенного рода сомнения, из-за вашей эм... биографии, да мы наводили справки через тайную жандармерию.

- И что же там?

- Ну, последние несколько лет скучать вам не пришлось, - улыбнулся Тьетэ.

- Это точно.