Подробности мелких чувств

тумбочке, а под потолком - голоса девочек. Нет! Я как раз не думаю, что было нарочно и что был злой умысел. Как говорила моя бабушка, заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибет. Какое тут ключевое слово? Правильно: "дурак". Как весь наш несчастный народ, который, как дитя малое, не знает, не понимает, чего ему надо: соленых огурцов или конституции?

Женщину, которая все может сделать, а значит, ее надо спасать, или не надо спасать, потому как и так все было хорошо? Все равно бы дали заслуженного. Не сейчас, так послезавтра. Опять же детские голоса под потолком. Тремор. Я думаю, это он. Пальчики туда-сюда, все дрожмя дрожат, ну и взял не то! Нету тут злодейства. Нету! Одна нервность.

- Они такие похожие и такие разные? Так? - сказал-спросил его врач, имея в виду таблетки и давая намек, как выходить ему из положения.

- Что вы! Они совсем не похожи! - ответил артист, имея в виду женщин и только о них и думая.

- Тогда непонятно, как вы могли спутать? - возмутился врач.

- Так вот же... В голове у меня все помутилось. Шум, голоса... Как не в себе...

Что там с ней ни делали, как ни вычищали взбаламученную кровь, не спасли кандидата в депутаты. А ведь у Марии была цель, артисту она рассказала, взять Москву с первой попытки и закрепиться в ней навсегда. Спрашивала: "Тебе какой театр лучше подойдет?" Артист сказал, что, конечно, Ленком, но хитрый Захаров набрал столько красивых мужиков...

- Не проблема, - отвечала Мария. - Это для меня не проблема. И она выдала такой импульс Захарову, что у того случился приступ.

А вот с ней, бедолагой, все получилось куда хуже: смерть от перепутанных любимым человеком таблеток, которому в этот момент "голос был".

Знатоки не стали вести следствие, потому как - зачем? Столько желающих переехать в Москву - раз. Мужик, в смысле муж-артист, безобидный и на убийство не способный - два. А три - зараза она была, Мария Гансовна, и сволочь, и трех мужей как за себя кинула. И не тот мы народ, чтоб ради буквы закона идти на все. Мы всегда считаемся с комплексом обстоятельств.

Была баба-ведьма и нету, ибо вожделей да знай меру, импульсы импульсами, а таблетки малю-юсенькие, проскочат - и не заметишь...

И есть еще один момент. Назовем его четвертым элементом.

...Редко, но случается. Аллергия человека на человека. На волос, на запах, на вкус. Ну никто же не проверяет! А надо бы... Чтоб к импульсам прикладывалась справка. Хотя, может, это не наше дело? Может, так природа захотела, почему - не наше дело и не нам судить? Смерть ведь тоже явление природы.

Артист остался один со своим званием и ролью Фирса, которую получил вместо Лопахина, когда перестали идти импульсы от вышестоящих людей. Когда он в конце спектакля был забыт в доме (сволочи дворяне), он плакал чистыми, собственными, то есть личными, слезами. Бывшая жена-театралка говорила своему новому мужу, сидя близко к сцене, что, мол, ее прежний супруг поджигает себя в искусстве с двух концов.

- Ну и хрен с ним! - отвечал ей новый